Внимание! Провоз лягушек строго воспрещен!

Глава 4. …И мир

Следовало признать: вонючий толстяк умел преподносить сюрпризы. До ночевки в гостинице, он казался натуральным чудовищем, не только внешне, но и внутренне. Но он неожиданно подорвался, чтобы вовремя доставить ее в номер, где она могла бы переодеться без лишних глаз. Извинился за то, что пялился на ее грудь, так мило говорил комплименты и пытался ее утешить, что Василиса даже почувствовала к нему расположение.

И вдруг оказалось, что он знает, что такое душ! Появился оттуда благоухающий морским бризом, еще раз извинился за то, что у него только мужской гель для душа, но предложил его использовать, если она хочет. Василиса немного оттаяла, хотя ложиться с ним на одну кровать, пусть и широкую, всё равно было страшновато. Стоя под душем, она наслаждалась теплыми струями, сначала чутко прислушиваясь к тому, что творилось за дверью, а потом уже без страха. Высушила волосы магией, иначе пришлось бы либо спать на мокрых волосах, либо до утра их сушить феном. Так лучше уже и не париться.

Кое-как натянув на себя футболку и юбку, которые абсолютно бесстыдно облегали всё, что можно и нельзя, прежде чем вернуться в спальню полюбовалась в зеркало на «красоту», как выразился Илья. Это он еще ягодицы не видел, круглые, как дыньки. Хотя, конечно, тут больше гены, чем ее старания. Фитнес Василиса любила и регулярно посещала тренажерный зал, но все-таки и верхние девяносто шесть, и нижние девяносто ей достались от природы. Без всякой магии и человеческих усилий. Мужчины Бессмертные — сильные маги. Женщины — сногсшибательные красавицы.

Вспомнив о Светославе, она взгрустнула. Приятно, что она нравится Илье. Но любимому нравилась маленькая грудь, умещающаяся в мужской ладошке, отчего она отчаянно комплексовала и очень хотела похудеть. Но всё без толку.

Выбравшись из душа, она прислушалась к дыханию горы, покоящейся на самом краю постели. На всякий случай позвала тихонько:

— Илья Александрович! Ты спишь?

Ответа не последовало, и она осторожно улеглась с другого края.

Но сон не шел. Стоило ее водителю пошевелиться, как она вздрагивала и поднимала голову. Расслабиться никак не получалось. Василиса ворочалась с боку на бок, заснуть не могла.

— Тебе там стекловату вместо перины, что ли, положили? — сонно поинтересовался Илья. — Или все-таки гороху не пожалели?

— Извини, — вздохнула Василиса. — Нервничаю, не могу заснуть.

— Чего нервничаешь? Меня, вонючего злодея, боишься? — заплетающимся языком уточнил он.

Василиса хихикнула.

— Сейчас ты не ведешь себя как злодей. И после душа не воняешь.

Парень сел на постели, будто его подбросило пружиной.

— Чего?

Девушка тоже села, испуганно хлопая глазами: она что-то не то сказала?

— Я не хотела тебя обидеть, — пролепетала она.

— Нет, погоди, — отмахнулся он, сидя к ней спиной и глядя в окно. — Ты сейчас серьезно? Что я не воняю?

— Илья Александрович, если принимать душ, то пахнуть не будет. А если потом еще антиперспирантом воспользоваться…

— Так вот в чем дело было! — воскликнул он, словно нежданно сообразил, как рассовывать металлы в клеточки таблицы Менделеева. — А я-то думал! — он захрюкал, плечи его затряслись, и Василиса не сразу сообразила, что он смеется.

С некоторой оторопью она смотрела на его темный силуэт на фоне окна. Наконец он утих и снова улегся в кровать, вытер маленькие глазки, на которых выступили слезы от смеха. Василиса всё еще ничего не понимала.

— Слушай, Премудрая, — вдруг спросил он, глядя в потолок. — А ты давно со своим Светославом тискаешься?

— Ну вот зачем ты всё портишь! — возмутилась она. — Обязательно быть таким грубым?

— Прости. Просто не знаю, как это культурно назвать.

Голос его звучал искренно, и Василиса тут же простила. Тоже легла на спину и стала смотреть в потолок.

— У нас любовь.

— А! — сказал Илья с какой-то странной интонацией. — Ну ладушки. Давно у вас любовь?

— Четыре года. И еще два года, пока я жабой была.

— Не, два года не считаются. Он вообще-то за эти два года должен был всю Россию как минимум на уши поставить в поисках тебя. Если любовь, конечно.

— Откуда ты знаешь? Может, он искал? — надула губки Василиса.

— Ну, раз не нашел, значит, плохо искал. Я бы первым делом у бати твоего поинтересовался, куда его драгоценная дочурка делась.

— Папа не знает о нас, — горько заявила девушка.

— Да? А чего так? Гопник он, что ли? Барышня и хулиган?

— Нет, всё сложнее, — тяжело вздохнула Василиса. — Он родной брат моей мачехи.

— Да ладно! — хмыкнул Илья. — Прикольно, конечно, вы там живете. Ну и сколько вы планировали от бати прятаться?

— Светослав обещал что-нибудь придумать.

— И четыре года думал?

— А что? — с вызовом спросила Василиса. — Легко только пальцем в носу ковырять, и то вывихнуть можно. А тут наша судьба на кону.