Вновь пережить 80 лет?

Глава 7

Покинув лавку травника, я размышлял о возможности открывать навыки простым наблюдением. Боевой навык мне определенно пригодится – рано или поздно стычка неизбежна. Мир этот гостеприимством не отличается, да и мой характер далеко не ангельский.

Кроме того, необходимо сфокусироваться на зельеварении: объединить травничество, кулинарию и алхимию (которую ещё предстоит открыть) в единую специализацию. Это освободит драгоценные слоты для других умений. Не хотелось бы занимать их первыми попавшимися способностями, чтобы потом стирать целые пласты знаний. И, конечно, я по-прежнему горел желанием открыть медитацию или что-то вроде «духовной тренировки». Нужно выяснить, какие навыки требуются для специализации, нацеленной на развитие меня как практика.

Итак, с целью обрести навык кулачного боя, я забрался на крышу городской голубятни. Подстелив под себя найденные там же тряпки, я устроился поудобнее и стал наблюдать за улицей возле кабака. Полчаса ожидания – и вот она, кабацкая потасовка, первое побоище, которое я увидел в этом мире. Выбор места был прост – его попросту не было. Улица возле кабака (или таверны, как тут говорят) – единственное известное мне место, где по вечерам с завидной регулярностью выясняют отношения на кулаках.

Тренировочная площадка стражи располагалась в Золотом квартале, там же, где и павильоны школы Гнева Небес, в которых оттачивали мастерство практики. Так что единственным доступным для меня зрелищем оставались вот такие незатейливые мордобои. Конечно, был ещё вариант – самому ввязаться в драку с шайкой Ашуры, но это уж совсем крайний случай. Перспектива получать навык, будучи избиваемым толпой, не прельщала, да и для здоровья это не слишком полезно.

Итак, я наблюдал за обычной дракой обычных людей, даже не практиков. Развернулась она снаружи кабака, поскольку внутри дежурил вышибала-практик, способный вмиг скрутить любого из этих забияк.

Схлестнулись деревенские с городскими. Первые – более жилистые, кряжистые, загорелые, в выцветшей от пота и солнца одежде. Крепкие мужики, но их было меньше.

Горожане выглядели поопрятнее, но и сложением уступали – понятно, жизнь у селян тяжелее, вкалывать приходится от зари до зари, да и охотники среди них наверняка есть. Зато городских было почти в полтора раза больше, и они медленно теснили противников.

Честно говоря, исход поединка меня не волновал. Зато я с неподдельным интересом следил за тем, как ловко некоторые участники орудуют кулаками. В прошлой жизни мне доводилось драться, но профессионально я этим никогда не занимался, полагаясь больше на грубую силу. Поэтому наблюдать за техникой было любопытно.

Особенно выделялся один боец – щуплый, невысокий, но невероятно юркий паренек, телосложением напоминавший Коджи. Но, в отличие от прочих драчунов, он действительно умел драться, и это бросалось в глаза. Его движения были резкими, точными, выверенными.

Он дважды метко съездил по зубам какому-то крепкому, упитанному горожанину, который от этих ударов лишь попятился, не успевая защититься. Парень не только бил точно, но и мастерски уворачивался от выпадов парочки, пришедшей на помощь своему товарищу. Его тело словно само знало, как двигаться, чтобы избежать удара.

Я внимательно следил за его движениями – то плавными, текучими, то взрывными, резкими. Ловил каждый удар, каждое уклонение, стараясь запечатлеть их в памяти. Мысленно прокручивал его действия снова и снова.

И самое поразительное – у меня получалось! Я был так сосредоточен, что его пассы буквально отпечатывались в сознании. Это напоминало ситуацию с травником: одного объяснения было достаточно, чтобы информация навсегда врезалась в память. Я мог закрыть глаза и воспроизвести каждый финт, каждый выпад этого паренька с самого начала драки и до того момента, как появилась стража и привычно разогнала толпу ударами ножен по спинам и филейным частям – досталось и городским, и деревенским.

И всё же, свербит сомнение: хватит ли мне духу воспроизвести это в реальной схватке? За тем бойцом явно проглядывались тренировки – железный самоконтроль, годы оттачивания, въевшийся в рефлексы опыт. У него был костяк, которого я начисто лишен. Могу до бесконечности проигрывать в уме его приёмы, но без этой основы – они лишь подделка, пустая форма. А та самая боевая сноровка, на которую я рассчитывал, так и осталась недостижимой. Мне её даже не предложили как вариант.

Вздохнув, покидаю нагретую солнцем крышу.

Ладно! Первый заход – мимо. Значит, будут и другие подходы. Идеально, конечно, сойтись с кем-нибудь в спарринге, прочувствовать сопротивление, но это, увы, вопрос будущего.

С голубятни я направился сначала помедитировать, а уже оттуда – домой. Всю дорогу ум будоражила загадка: что за фокусы вытворяет моя память? Откуда эта способность так кристально четко запечатлеть каскад движений того парня, так что картинки боя до сих пор живые, будто отвлекся секунду назад?

Раньше я полагал, что легкость, с которой давались уроки травника, – следствие активированного навыка. Теперь же эта теория кажется шаткой. Невероятно, чтобы знание целебных трав так усиливало восприимчивость к деталям кабацкой потасовки.

Решение этой головоломки было где-то на поверхности, но предчувствие шептало: оно мне не придётся по вкусу.

В моём арсенале числится заклинание для работы с памятью (если термин «работа» применим к грубому выдиранию информации из чужого сознания). Да, я не произносил никаких формул, не фокусировался ни на ком для его активации. Но что, если взглянуть на этот мой «призовой» навык под другим углом?

По своей природе, заклинание просто выхватывает данные. Но ведь затем их нужно профильтровать, отсеять весь ментальный сор. Скажем, извлекая из головы человека события последнего дня ради конкретного ответа, я не стану пичкать свой разум всей этой многочасовой рутиной. Я знаю, как оперировать фрагментами воспоминаний – спасибо Системе за эту имплантированную способность – и лишнее просто выбрасываю.