Внучка Грэнни

Внучка Грэнни

***

Эта история началась прошлым летом, как нас отпустили на летние каникулы.

У нас с мамой есть соседка, Тамара Александровна. Она бывшая училка и вообще ужасно вредная. И все дети Ивановки тайно называюи ее злой бабкой Грэнни (1). Конечно, не потому что у нее красные глаза и она лупит всех дубиной. Она просто любит ко всем прикапываться и ругаться на всех. Так вот, к ней, в начале июня привезли внучку из города. Мама рассказала, что ее зовут Моника. Раньше я никогда такого имени не слышала. Придумают же!

Я ждала, что она в первый же день выйдет за ворота и присоединится к банде нашей улицы, которая каждый вечер резвилась прямо на дороге. Но этого так и не произошло. Девочка выбиралась из дома только по утрам и вечерам, когда не сильно припекало солнце, садилась в тень на скамейку возле цветника и читала. В длинном платье, соломенной шляпке с цветком, белых гольфах и туфельках она казалась мне какой-то книжной принцессой.

Ничто не могло отвлечь ее от чтения и выманить из дома. Даже наши веселые крики во время волейбола. Это меня немного удивляло. Но и радовало, что она нисколько не была похожа на Грэнни, которая не могла пройти мимо ни одного ребенка, не сделав ему замечания, часто неуместного и резкого. А значит, с ней можно было рано или поздно подружиться.

И однажды, подходящий момент настал.

Одним вечером я вышла на дорогу раньше всех. Тренировать нижнюю и верхнюю волейбольную подачу мне быстро надоело, и, заметив у соседнего дома знакомое светлое платьице, я решила попробовать наладить контакт.

Чуть приоткрыв чужую калитку и заглянув, я позвала:

– Привет! Меня Дуся зовут! Ты и есть Моника?

Девочка вздрогнула и смущенно улыбнулась:

– Добрый вечер. Да.

Опасливо покосившись на окно соседского дома, я продолжила беседу:

– Такое имя у тебя крутое …

– У меня папа из Франции. Мы в августе поедем в Бордо к моим другим бабушке и дедушке.

– Офигеть! – воскликнула я – Ты по-французски говоришь?!

– Да, он для меня второй родной.

– А скажи чего-нибудь…

– Je suis Monique Mareux (2), – улыбнувшись сказала девочка и ее выговор показался мне похожим на кошачье мурлыканье.

Любопытство и жажда общения захлестнули меня еще сильнее.

– Классно! – искренне похвалила я и ударила мячом о землю — Давай к нам! Мы в волейбол играем.

Моника тут же замялась и смущенно потерла коленку:

– К вам?

– Да, еще Костя и Филя придут, может еще Люба и Лада. Я тебя со всеми познакомлю, чего одной сидеть? Сходи, отпросись у бабушки.

Соседка, кажется, совсем огорчилась от моего предложения.

– Нет. Я боюсь, – тихо проговорила она, сжимая пальцами кружево на платье – Бабушка говорит, что за воротами цыгане…

Забыв о правилах приличия, я расхохоталась в голос:

– Ни фига себе! Цыгане! Нет тут никого! Давай! Спроси!

Моника молча покачала головой. Я закрыла калитку.

– Ну как хочешь. Но мы все равно тебя ждем!

***

Я думала, что после этого разговора загадочная соседская принцесса все-таки присоединится к нам. Однако она так и не вышла. Ни в тот день, не на следующий, ни через два дня.

Копаясь в грядке с морковкой, я постоянно заглядывала через забор, вглядывалась в окна дома бабки Грэнни:

– Дусь, ты чего нос к соседям суешь? – наконец не выдержала, мама, которая по соседству приводила в порядок свеклу:

– Я Монику пыталась пригласить поиграть в волейбол, а она отказалась.

– Стесняется?

– Скорее боится. Бабка ее пугает…

– Дусь, нельзя так про взрослых говорить, – укоризненно заметила мама, выпрямилась и поправила панаму – Попробуй еще. Угости ее чем-нибудь. Вон, первой клубничкой, например.

Эта идея мне понравилась. Я заранее набрала в кружку самых больших и красивых клубничин, и как только увидела, что Моника устроилась у цветника с книжкой, тотчас бросилась к калитке:

– Эй! Иди сюда! Смотри, чего тебе принесла!

Соседка подошла с той же растерянной улыбкой, словно не веря, что кто-то ей заинтересовался и чем-то захотел с ней поделиться.

– Это тебе! С нашей грядки! Попробуй! – объявила я, протягивая угощение.

Моника робко взяла из моих рук кружку.

– Спасибо, Дуся, – проговорила она – Я только покупную клубнику ела. И в шоколаде еще.

– Внученька, с кем ты там? – голос Тамары Александровны прозвучал, как гром среди ясного неба. Спустившись с крыльца слишком проворно для своего возраста, она встала позади внучки и скрестила на груди руки. Смотрела она так сурово, словно я уже что-то стащила и была поймана с поличным.

– Бабушка, это… – начала Моника, но я перебила ее.

– Здравствуйте! Я вам ягод принесла! Угощайтесь! – и ничуть не растерявшись широко улыбнулась.

– Не забудь помыть, – вместо приветствия проговорила женщина и проплыла к цветнику.

Моника растерянно замерла с кружкой, не зная, стоит забрать ее или отдать обратно. Я перевесилась через забор, схватила кружку, быстро высыпала ей в ладони ягоды, кржку подхватила и побежала к дому.

Настроение было хуже некуда. «Вот уже точно Грэнни!», – сердито думала я – «Хорошо еще не с дубинкой встретила!».

***

– Дуськ, вот сдалась тебе эта Моника, – ворчал Филя. Он сидел на ветке дерева и болтал ногами. – Да может ей нравится такая жизнь! Может, она таким и видит свое лето – только с книжкой!

– Ага, конечно! – отозвалась я – Я вчера видела, как она одна прыгала через скакалку в своем дворе и выглядела грустной!

— Это тебе только показалось, а может она… Этот… как его… Интроверт, во!

–Да бабушка ее не пускает, это ясно, – вздохнула Лада, переплетая косичку.

– А может, болеет чем-то? – предположил Костик, оторвавшись от своего блокнота. – И бабушка волнуется…