Внутри меня огонь

Психолог – 1

David Hodge - When It All Goes Away

Психолог – 1

16 лет

Отношения с отцом до сих пор остаются натянутыми. Первое время он старается не пересекаться со мной, избегает общения как может. Видимо, боится, что я вновь подожгу гараж вместе с его новенькой подержанной машиной. В прочем, спустя неделю после моего возвращения папа отчётливо даёт понять, что если я что-нибудь спалю, в этот раз больницей так просто не отделаюсь.

Не знаю, когда всё это началось. Отец всегда был строг ко мне, ругался по пустякам, вечно был чем-то недоволен. С мамой он тоже постоянно ссорился, особенно во время её болезни. Иногда я слышал, как он кричал, что я такой же ненормальный.

Я помню её то энергичной, то грустной. Порой она запиралась в спальне и лежала под одеялом целыми днями, отказываясь есть, пить, выходить на улицу. А на следующий день могла резко заняться уборкой, наготовить еды на неделю вперёд, творить всякую весёлую ерунду. В такие моменты она была похожа на белку в колесе.

Иногда она успокаивалась и становилась «нормальной», как любил говорить мой папа. «Нормальной» - это не весёлой и не грустной. Просто нормальной. Тогда я не знал, что это означает, и лишь спустя годы после её смерти понял причину таких резких перепадов настроения.

«Биполярное расстройство личности». Вот как это называется.

Если быть честным, мою маму убил не отец, а проклятая биполярка. Таблетки не помогали, болезнь прогрессировала, и контролировать её было практически невозможно. В один из своих приступов депрессии мама вскрыла вены. Конец истории.

Но я в любом случае продолжаю винить отца. Он мог помочь ей, спасти. Если бы он относился к ней добрее, с пониманием, да хотя бы сдал врачам на лечение! Она могла бы сейчас жить.

Вместо этого он её ненавидел. Я видел, с каким отвращением он смотрел на неё, когда мама пряталась под лестницей, пытаясь одолеть негативные эмоции. Отец силком вытаскивал её оттуда и кричал, кричал, кричал, а мама рыдала, не в силах сопротивляться такому потоку злобы.

Если бы…

Если бы.

Ничего уже не изменить. Воспоминания как отвратительный сорняк, если их выдернуть, они всё равно прорастут и засорят душу пожирающими корнями.

***

Год на домашнем обучении проходит вполне себе нормально. Элис нанимает репетиторов, но большую часть заданий я изучаю самостоятельно, лишь сдаю несколько экзаменов, чтобы получить диплом начальной школы и наконец-то поступить в среднюю.

Мне удаётся наверстать пропущенный материал всего за год. Два курса младшей школы экстерном, дальше первый курс средней. Честно, мне просто больше нечем заняться. Учёба отвлекает и занимает все мысли, а слоняться по городу и думать о проблемах – не лучшая затея в моём положении, особенно если я хочу отвязаться от опеки родителей и уехать куда-нибудь из города.

Этой мыслью я загораюсь после встречи с Рори. Жить рядом с ним, боясь случайно пересечься и наткнуться на прошлое – пугает меня до усрачки. Я хочу сбежать и начать жить с чистого листа, а для этого мне нужно действительно постараться.

Моё примерное поведение и хорошие результаты на тестах заставляют Элис прийти к выводу, что меня можно выпускать в люди. Однако она беспокоится, что мои будущие одноклассники будут издеваться надо мной не только из-за болезни, но и из-за возраста, что может привести к нежелательным последствиям. Поэтому вместе с директором они приходят к выводу, что меня стоит поместить в особенный класс. И в дополнение ко всему поставить обязательное посещение школьного психолога раз в неделю строго по пятницам.

Итак, мне шестнадцать, я на втором курсе средней школы, хотя по идее мне должно быть только двенадцать, и всё, кажется, продвигается достаточно хорошо. Лучше, чем я ожидал в начале.

- Как у тебя дела, Стив? – интересуется мистер Барроу, мой школьный психолог, когда я в очередной раз прихожу в его кабинет после занятий.

- Нормально, - честно признаюсь я, потому что дела действительно идут хорошо.

Темнокожий мужчина с короткими жёсткими волосами делает глоток из кружки, и я внимательно наблюдаю за ним. Живот уже подаёт признаки жизни, но перед возвращением домой у меня ещё осталась парочка незаконченных дел.

- Чаю?

Качнув головой, я прячу руки в карманах кофты и по привычке нахожу там зажигалку.

- Я слышал, у тебя появились друзья, - он закатывает рукава фиолетовой рубашки, при этом наблюдает за мной заинтересованным взглядом.

В прочем, этот человек никогда не отличался усидчивостью.

- Не то, чтобы друзья, - чуть кривлюсь, осматривая кабинет, заполненный зелёными цветами и шкафами с книгами. – Работаем в группе, делаем проект по истории. Они думают, если я старше, то ещё и умнее.

- А это не так? – остановив резкий взгляд на психологе, я секунду молчу.

- Не знаю, - пожимаю плечом.

- Ты сейчас должен учиться на третьем курсе старшей школы, разве тебе не обидно? – его губы поднимаются в улыбке, а голос становится ироничнее.

Пытается вывести меня, задеть. Я прекрасно знаю этот глупый метод получения информации и уж точно не собираюсь на него попадаться.

За окном светит яркое зимнее солнце, и я вижу часть сугробов, укрывающих двор. Эта школа маленькая и спокойная, дети здесь в основном дружелюбные и частенько набиваются ко мне в друзья, чтобы я смог защитить их от хулиганов и прочих приставал. А ещё здесь учится Трейси Кристалл. Типа, присматривает за мной. Идея Элис.

- Мистер Барроу, - вздыхаю я. – Вы хотите, чтобы я сказал, что в этой школе сплошная глупая малышня? Что мне скучно вместе с ними, и я бы предпочёл общаться со своими ровесниками? – мужчина открывает рот, наверное, чтобы возразить, но я его опережаю. – Нет, я не хочу общаться со своими ровесниками, меня и глупая малышня устраивает. Их, как минимум, можно не опасаться.