Во имя котиков и любви

Глава 6 Самый лучший день

В зале собралось полным-полно гостей. Большую часть из них я видела впервые. Среди именитых акул бизнеса, щелкая затворами фотокамер и ослепляя вспышками, сновали репортеры.

Вот тебе и «только свои». Мой будущий свекр, Борис Иванович Комаров, расстарался не на шутку. Кстати, на том, что сначала должно состояться венчание и лишь потом регистрация в ЗАГСе, тоже настоял он.

– Как чувствует себя наш ангелочек? Волнуешься? Ну так это нормально, – обхаживал меня будущий родственник, на манер сына нервно потирая свою лысую голову. – Аркаша сегодня тоже сам не свой. Но ты не вини его, для мужчины свадьба – это не праздник, а скорее испытание и важный рубеж: ответственность на себя взять, остепениться. Ничего, не вы первые, не вы последние. Свадьбу отгуляем, а уже завтра на острова полетите внуков зачинать, – продолжил в своей привычной манере, не давая вставить и слова.

Анна Львовна, его мудрая и оттого молчаливая супруга, лишь скромно улыбнулась на откровения Комарова-старшего, а вот меня резко бросило в жар.

– Спасибо, Борис Иванович, вы абсолютно правы, – эту идеально выверенную фразу меня просили запомнить с первого же дня знакомства. Для общения с будущим свекром только она и подходила на все сто процентов.

Наделенный большой властью, человеком он был своевольным и очень непростым. Чужие, а особенно свои, его уважали и побаивались, отчего никогда не оспаривали решений и не смели перечить. Ни от жены, ни от сына, ни уж тем более от бесприданной невестки Борис Иванович не потерпел бы подобных вольностей.

– Начинается, – скомандовал будущий дед моих детей, окинув меня довольным взглядом, словно одну из своих породистых лошадей в стойле.

Наверное, грешно было так думать, и стоило гнать прочь подобные мысли, ведь эти люди принимали меня в свою дружную семью. Но других ассоциаций, увы, на ум почему-то не приходило.

– Улыбайся, – беспрестанно напоминала Новикова, – а то завтра во всех модных изданиях будет красоваться твоя кислая рожа.

Мне было плевать на общественное мнение и деньги Комаровых. Я выходила замуж по любви, большой, чистой и самой первой в моей жизни. От нее где-то в груди горело настоящее солнце. И даже когда Аркаша еще не обращал на меня никакого внимания, моя любовь была так сильна, что казалось, ее хватит на нас обоих.

Я знала ей цену. Это не всякие там мимолетные увлечения и глупые наваждения, не выходящие из головы, а нечто серьезное, сознательное, на всю жизнь.

Оглядываясь назад, я вспоминала, как, затаив дыхание, смела лишь мечтать об этом дне, представлять, как пойду в подвенечном платье по красной дорожке к нему навстречу, как мы произнесем клятвы верности и обменяемся кольцами, соединившись в поцелуе. Сейчас же, когда этот день действительно настал, и мой любимый ждал меня у алтаря, все остальное не имело значения.  Я уже была беспредельно счастлива! От исполнения заветной мечты меня разделял лишь десяток шагов и считанные минуты.

Красная дорожка усыпана цветами. Стоило мне на ней появиться, как голоса в зале стихли, а приглушенную мелодию подхватила скрипка. Ее песня такая трогательная и волнительная, оголяя нервы, проникала в самую душу.

Даже не верилось, что именно ко мне, скромнице Веронике Ковалевской, были прикованы все эти восторженные взгляды. Правда, я и сама в этом воздушном белом одеянии ощущала себя ангелом, спустившимся с неба. Жаль, никто из моей семьи не дожил до этого прекрасного момента.

Сделала первый шаг, затем еще один, и еще. Следуя совету лучшей подруги, я улыбалась и старалась глубоко дышать, но глаза все-равно невольно увлажнились.

Ну, уж нет! Даже от счастья я не собираюсь лить слезы в самый счастливый день моей жизни. Не сегодня!

Поднимаю голову, расправляя плечи, и вижу его. Аркадий ждет меня там, впереди, у алтаря. Такой желанный и почти идеальный, как наша будущая совместная жизнь. От этой мысли в груди радостно скачет сердце и подгибаются колени. Но внутренний голос в моей голове, слишком отчетливый, громкий и такой несвоевременный вдруг ее перебивает:

«Извини, дорогая, у меня больше нет сил на это смотреть. Обстоятельства изменились. Пора возвращаться домой!»

Я и удивиться не успела, как картинка перед глазами начала темнеть.

«Что значит возвращаться домой?! Я и так дома, среди друзей и близких. А как же моя свадьба, мой Аркашенька и наше безоблачное будущее?!» – пульсировало в голове, пока я жадно хватала ртом воздух и падала, будто обесточенная.

Но столкновения с жестким полом так и не произошло. Чьи-то сильные руки успели подхватить меня прежде. Тяжелые веки медленно опускались и последнее, что я увидела перед собой, это сосредоточенное и такое мужественное лицо Кристиана Бейкера.

– Я же говорил, что мы скоро встретимся. Не бойся, Ника, просто расслабься и ни о чем не думай. На той стороне тебя уже ждут, – все еще слышала его голос, оказавшись в полной темноте, словно он знал что-то такое, чего не знала я.

Казалось, не прошло и секунды, как где-то вдалеке забрезжил свет. Он становился все ярче и ярче, пока буквально меня не ослепил.

– Мия, хватит жмуриться. Открывай глаза, – молодой худощавый мужчина с растрепанной шевелюрой и странным свечением вокруг головы завис надо мной с какой-то слишком радостной физиономией. – Вот и умница!

– А ну, немедленно верните меня обратно! – заверещала не своим голосом, но в горле резко запершило, и я закашлялась.

Это ж надо, похитить невесту из церкви средь бела дня! Совсем совесть потеряли, изверги!

«Телепортация успешно завершена. Основные показатели в норме…» – звучало фоном из прибора, датчики которого облепили меня с ног до головы. Да и само это устройство походило скорее на реквизит фантастического фильма. В наших больницах я такого отродясь не видела.

– Успокоилась? А теперь рассказывай, как прошло погружение?

Смотрел при этом странный тип на меня так, словно мы старые друзья, которые, как минимум, сидели всю школу за одной партой, если еще раньше не ходили в один горшок. Вот только я абсолютно точно видела его восторженную физиономию впервые.