Во имя Мира трёх Времён

Глава 21

АЛЬМА-ТОРАН

Быстрый шаг лошади резко оборвался. Путники позади едва успели остановиться. По коже Амиры пробежали мурашки. Кулон на её груди вспыхнул — таким же светом отозвался и кулон Фрейдис. Хальвард схватился за голову и, не удержавшись, сполз с коня, корчась от боли.

— Хальвард! — вскрикнула Фрейдис, бросаясь к нему.

***

В тот же миг где-то далеко Шаккран резко остановился, опершись рукой о каменную ступень. Его тело пронзила та же волна. Он стиснул зубы, сдерживая глухой выдох.

***

Камра застыла у границы Мёртвых земель. Фиолетовое пламя вспыхнуло сильнее обычного, словно откликаясь на невидимый зов.

***

— Ваше превосходительство… задание провалено. Она сбежала.

Мужчина с изрезанным лицом стоял на коленях перед Амоном.

— Они сделали ход… — голос бога стал холодным и тяжёлым. — Хранитель проявился.

Он одним движением швырнул докладчика в сторону.

— Если ты не исправишь то, что натворил, отправишься вслед за своими соратниками. Ты понял меня?

Тот лишь судорожно кивнул, не смея поднять глаз.

***

Тем временем Фрейдис пыталась удержать брата.

— Сделай что-нибудь! — резко обернулась она к Амире. — Что с ним? Это ты?!

— Я… я не знаю, — честно ответила Амира, опуская взгляд.

— Хранитель проявился, — прозвучал женский голос за их спинами.

Все обернулись. К ним приближалась женщина. Её присутствие ощущалось сильнее, чем обычно.

— Рейхамириш… — выдохнула Амира, склоняя голову.

Богиня не ответила. Она прошла мимо и остановилась возле Хальварда. Без предупреждения приподняла его одежду, оголяя спину.

— Не смей! — Фрейдис резко перехватила её руку. — Я тебе её отрежу!

Рейхамириш посмотрела на неё спокойно, с мягкой усмешкой.

— Это моя земля, — тихо сказала она. — И здесь я решаю, кому прикасаться.

Фрейдис замерла, но руку не сразу отпустила.

— Амира, она на тебе.

В следующее мгновение богиня вместе с Хальвардом исчезли.

Фрейдис стояла, не понимая, как реагировать на происходящее. В глазах метались страх и ярость. Она хотела броситься за ними, закричать, ударить кого-нибудь — но не знала куда. Её брат только что исчез в руках чужой богини, а сил сопротивляться не было.

Амира подошла к ней сзади.

— Прости, — прошептала она.

Фрейдис не успела обернуться. Точный удар в основание черепа — и тело девушки обмякло. Амира поймала её, осторожно опуская на землю.

— Так будет лучше для всех, — сказала она пустоте.

***

Спустя несколько часов Амира стояла в просторном зале перед Рейхамириш.

— Что происходит? — голос её дрогнул.

Богиня стояла на террасе, глядя вдаль.

— Рашу удалось пробудить Хранителя Реи, — произнесла она спокойно. — И похоже, она тоже скоро начнёт вспоминать.

Амира напряглась.

— Также он сказал, что на неё напал один из организации Альсармен.

— Значит… — прошептала Амира. — Его Превосходительство убило сразу двух зайцев?

— Да, — кивнула Рейхамириш. — Но в этот раз они действуют иначе. Без колебаний.

— Он хотел убить сосуд? — в голосе Амиры прозвучал шок.

Богиня не ответила сразу.

— А как же Фрейдис и Хальвард? — не выдержав, спросила Амира.

— Хальвард поправится. У него проявилась метка Хранителя — так же, как и у Лиама. Это упрощает задачу.

— А Фрейдис?

— Она — не Рея, — медленно сказала Рейхамириш. — Но она может вспомнить раньше.

— Ты о катастрофе? — раздался голос за спиной.

Обе резко обернулись. Фрейдис стояла в проходе, скрестив руки на груди. Её голос звучал ровно, но взгляд оставался тяжёлым — она явно слышала всё с самого начала, а может, и пришла в себя намного раньше, чем они думали. Но вместо криков и угроз она выбрала слушать.

— Я не всё помню… — медленно произнесла она. — Но видела вас обеих. И ещё одну девушку… Мы были вместе. Где-то далеко.

Она перевела взгляд с Амиры на богиню.

— Поэтому я здесь. И пока не собираюсь делать глупостей. Я хочу понять, что происходит с моим братом.

В зале повисла тишина. Амира осторожно шагнула вперёд.

— Фрейдис… позволь представить тебя Рейхамириш.

Девушка не ответила. Только чуть склонила голову — жест, который можно было расценить и как уважение, и как вызов. Но в её позе больше не было той дикой, слепой ярости.