Во имя порядка: на закате древней эпохи

Глава 6. Операция «Кинжал»: наступление орды

Спустя три дня. Скарагг.

Прохладный немного морозный воздух прокрался в тёмное помещение, лаская открытые части тела смуглой девушки. Из-под шкурного одеяла чуть показывается оголённый смуглый голень, плечи немного обнажены. По комнате разносится мерное сопение, которое, впрочем, практически не слышно из-за лязга металла, конского ржания и хлопот, творящихся за небольшим окном. На малой подушечке разбросаны чёрным покровом длинные волосы девушки, которая крепко спит, не слыша того бардака, который творится внутри крепости.

- Дижаам, - в комнату прошёл мужчина в камзоле, в его руке зажата небольшая кружка, от которой исходит студёный пар; он ласково посмотрел на даму и поправил одеяло ей, чтобы та не замёрзла.

Килеянка видит прекрасный сон, перед ней стелется образ родного дома, только он намного больше и уютнее. Тут всё прекрасно – нет голода или жажды, стены словно сотканы из серебра, а глаза видят самых дорогих и родных сердцу людей. Здесь есть место для всех – её брата, который в полном порядке, не болен чумой, статен, и красив; для отца, что смотрит на девочку взглядом полным отчей любви и ясен умом; и даже для матери, которая ласково гладит Дижаам по голове. Неверие накрывает килеянку, ведь тут на столе красивые яства, все одеты в лучшие одеяния и дом полон любви – того, чего ей не хватало в детстве. А с отрицанием приходит и желание остаться в этом мире грёз, ведь в её жизни такого никогда не было, только боль, борьба и обман.

- Дижаам, - ласково обратился глава семейства, - какая же ты стала большая.

- О-отец, - смущённо заговорила девушка, сон оказался слишком реалистичным. – Г-где я?

- В доме отцов наших, который дан нам Великим Отцом, - ответил спокойно мужчина. – Тебе не о чем волноваться здесь.

- Дижаам, - мягко и нежно заговорила мать, - ты стала такой самостоятельной, посмотри… дочь, мы гордимся тобой, честно… мы любим тебя.

- Но, - продолжила Онелис.

- Нет никаких «но», - строго, однако без злобы вымолвил отец. – Мы просто тебя любим. И просим посмотреть на жизнь. Она ведь у тебя одна.

- Папа… мама… брат, - стала перебирать Дижаам, в её горле всё сдавило, а глаза… ей показалось, что на щеках чертят тёплую полосу реальные слёзы. – Как же я по вам соскучилась. Я хочу остаться с вами, здесь. Вас так не хватало.

- Знаю, - ответила мать. – Но тебя ждёт твоя жизнь.

- Она, вся моя жизнь — это попытка доказать, что я….

- Мы знаем, и не осуждаем, мы тебя любим такой, какая ты есть. Просто… проснись.

Глаза Дижаам лениво распахнулись после слов матери. Ноющее чувство ушедшей любви, которой она не получила в детстве, камнем застыло в груди. Этот сон… он первый за несколько дней в крепости, предыдущие были сущими кошмарами, а вот этот словно и дарил покой и заставлял задуматься, обратить внимание Дижаам на то, почему она решила идти по головам ради своих целей. Здесь все её идеи поколебались, если раньше она мечтала о наживе, богатстве и превосходстве, то теперь вершина её грёз – как можно быстрее убраться отсюда и исправить внутреннее душевное состояние.

- Дижаам, - ласково обратился рядом стоящий мужчина, вырвав её из размышлений.

- Джакомо, - тихо пролепетала Онелис, пытавшись подняться с постели, - что ты мне принёс?

- Это зелье укрепления сил, - протянул торговец. – Оно тебе понадобится.

Дижаам протянула трясущуюся руку за ним и едва не уронила кружку, но Джакомо вовремя обхватил своими руками её ладони и помог поднести её к губам, одновременно обогревая кожу девушки. Пара глотков и внутри поселилось приятное бодрящее тепло, вместе с приливом сил, пронёсшимся от пят до макушки.

- Спасибо, - Дижаам протянула обратно кружку. – Зачем ты обо мне… заботишься? - словно не веря, что это можешь быть к ней применимо, засмущалась на последнем слове дама.

- Потому что ты болеешь, - просто ответил мужчина. – Как же я могу обойти тебя без внимания?

«Как это мило…», - позволила себе килеянка отметить заботу эндеральца, за свою жизнь избегавшая каких-либо привязанностей и оценок действий других людей любыми категориями кроме «выгодно» или «невыгодно».

Девушка попыталась подняться и вставая с кровати её голову слегка вскружила. Тут же перед глазами на один только миг возникли лица из кошмаров… это перекошенные, с облезлой кожей и в страшной гримасе боли лики мертвецов. Она помнит их… это был торговый штаб Золотого Серпа, где она… со своими людьми и прорицателем устроила бойню ради большого куша в конце пути.

«Я же говорила этому пареньку-идиоту… говорила, что не шучу! Почему он не послушался!? Почему!?», - горечь разлилась по рассудку Дижаам, её голову вскружило и только крепкие руки Джакомо не дали упасть девушке.

Она шла сюда за наживой, шла копаться в артефактах скараггов и даже переступила борт корабля и ушла в крепость, но слабая духом и имеющая мириад чёрных поступков за спиной, она не выдержала натиск пси-атмосферы. Кошмары шли вереницей, тело ломало и скручивало, а подсознание рождало одну безумную мысль за другой. Только остатками воли она держала себя в разуме… но не проходило и утра, когда Джакомо приходилось сушить солёные от слёз подушки.

- С-спаибо, - прошептала Дижаам, становясь уже самостоятельно, её ночная сорочка немного испачкана и порвана, но это не первое, что волнует даму; оглянувшись, она опять увидела, что на подушке пятна влаги. – Я?