Во имя порядка: на закате древней эпохи

Глава 8. Последние стражи Арктвенда

Следующее утро. Арктвенд.

Прекрасное рассветное утро зиждется над песчаным берегом. Смуглая девушка, чей прекрасный лик обращён к солнцу внимает прохладным ветрам, развивающим её чёрные волосы. На ней лёгкая светлая одежда, поддающаяся порывам ветерка, в глазах сияет красно-золотое закатное светило, окрасившее воды в раскалённое растёкшееся злато. Всё это ей напоминает о доме, о родных краях и берегах Киле.

- Дижаам, - раздался голос, подобный шелесту сухих листьев, и она обернулась и сию секунду её глаза встретились со светоносной фигурой – хитон этого существа светел, русые волосы не поддаются ветру, а на поясе взгляд слепит золотая обложка толстой книги.

- Отец, - потянулась к нему девушка, подумав, что во сне вновь видит потерянную родственную душу.

В ответ только тишина. Светозарное существо, сохраняя невозмутимость серьёзного лица, только слегка махнуло рукой, зазывая даму с собой, и она пошла, будто бы её подтолкнули. Вскоре они вышли на пространный изумрудный луг, где плечи ласкают кончики травы. Юноша ведёт её вперёд и вскоре они оказываются у обрыва. Длань указывает чтобы Дижаам взглянула туда, и она подчиняется, и её взгляду открывается картина боли и ужаса. Там, на самом дне лежит человек и приглядевшись, Онелис там узрела смуглую килеянку… саму себя. На её груди жернов, выплавленный из тусклого золота, руки и ноги скованны платиновыми кандалами, а кожа покрыта россыпью мелких сапфиров и брильянтов. Одежда доставляет мучение тем, что она выполнена из гранённых драгоценных каменьев, направленных остриями в кожу.

- Что это!? – вскрикнула она.

- Твои желания, - раздался спокойный голос, полный одновременно и тепла, и обвинения. – Ты имеешь всё, чего так желает твоё сердце.

- Но я здесь не могу воспользоваться богатством! – запротестовала девушка, подобно тому как маленькая девочка бунтует против родителей.

- А когда оно тебя не заводило тебя в тупик? Когда оно не сковывало твою жизнь? Когда оно не давило на тебя?

- Но ведь оно мне нужно…

- Ты никому не должна, - отрезал голос. – Это не есть путь к любви!

Дальше юноша взял за руку Дижаам и повёл её в сторону, прочь от пропасти. Они вышли к огромной горе. Её вершина теряется в белоснежных небесах, насыщенных светом и лёгкостью. Там у подножья играется девочка в синем платьице. Возле неё двое взрослых, которых она из-за тумана различить не способно.

- Это могла быть я? – аккуратно спросила Дижаам.

- Это может быть с тобой, если не исцелишь сердце, - раздался голос, и юноша указал ниже шеи; килеянка опустила взгляд и увидела, как сияние в её груди отравлено червоточиной тьмы.

Но страха от этого не было, только сожаление и печаль, странное ноющее чувство, что она может упустить нечто важное, что способно в корне изменить её жизнь.

- Иди, - был голос и видение растаяло, оставляя глубокий след в душе.

Девушка слега приоткрыла глаза и перед ней серая действительность – маленькая холодная комнатушка, куда её заселили.

- Дижаам, - разбудил девушку мягкий голос.

- Джакомо…, - позевав она потянулась рукой к мужчине, но мгновенно её одёрнула, когда услышала ответ.

- Это не он, - с этими словами дама мгновенно натянула на себя одеяло, а в узком входе увидела мужчину, чей нагрудник стянул красную рясу, штопанную во многих местах, на бедре его висит меч, а пояс разжился странной изогнутой палкой.

- Штеппфан! – крикнула Дижаам. – Что ты тут забыл!?

- У нас тут вроде война, - грозно ответил инквизитор. – Джакомо уже на стенах. Ты же не захотела покидать крепость с остальными поселенцами. Вот теперь воюй.

- Ах да точно. Я скоро буду, - Дижаам потянулась к одежде. – Ты только выйди.

Штеппфан поспешил прочь. Его ждёт куда более важное дело – вскоре сюда пожалует враг, от которого не откупиться, ни договориться. Пройдя по узким коридорчикам цитадели он быстро прошёл в кабинет наместника, где уже толпятся офицеры. Каждый командир имеет прекрасный широкий нагрудник и шлем барбют с колыхающимися перьями.

- Так вот, - говорит наместник. – Переправьте арбалетчиков на башни. Что с копейщиками?

- Как вы и приказали – держат ворота.

- Отлично, - Шапуа поднял голову. – А вот и наш инквизитор пожаловал. Что-то вы припозднились. Но ладно, чего интересного можете поведать про скараггов?

Штеппфан кинул взгляд на карту острова, и приметив пологую местность возле стены, указав на неё.

- Вы же её усеяли «подарками»?

- Да, мои ребята постарались закидать там всё капканами, да ям нарыли. Так что скараггам будет сюрприз.

- Хорошо, потому что они станут наступать там, где открытая местность. Вы раздали же ополченцам ручницы, как я просил?

- Да. Рассажены у окон и ждут момента подпалить зад дикарям.

- Отлично. Тогда будем надеяться, чтобы капитан Блай не даст нашим кораблям потонуть. Кстати, у скараггов тяжёлая кожаная броня, так что их самые сильные воины вряд ли в такой дождь вступят в бой. Приготовьтесь биться против легковооружённых солдат.

- Хорошо. Раз все нюансы мы уяснили, то вперёд мессиры офицеры! – махнул Шапуа. – Идите к своим войскам и занимайте позиции.