Во славу Шиида

Размер шрифта: - +

Пролог. Terra nullius

 

Пустыня. Бескрайняя и безжизненная. Выжженная лучами разъяренной звезды. Сияющий шар посреди неба освещает мертвую планету сутки напролет, не давая ни секунды отдыха. Хотя… Можно ли говорить о сутках в мире, где само время остановилось? Где растворились понятия «неделя», «месяц», «год»? Где даже не бывает ночи? Едва ли.

Этот мир вступил в вечную Эпоху Песка. Бесконечные дюны, огромные камни да свирепый ветер, дующий со всех сторон сразу — единственные властелины этих земель. Вода и плодородная почва просто не могут существовать в подобных условиях. А без них не может существовать и сама жизнь. Здесь нет ни птиц, ни зверей, ни крохотной травинки. Ни людей. Этот мир мертв.

Было ли так всегда? Сложно сказать. В любом случае спросить о прошлом не у кого. Планета давно прошла точку невозврата, и теперь на ней обитают лишь песчаные бури. Ну… или так было раньше.

В пустыне существует одно примечательное место, которое может заинтересовать стороннего наблюдателя, конечно, если такой найдется. Источник. Древнее хранилище энергии. Кто создал его и для каких целей — навсегда останется тайной, но единственная имеющая значение для нас вещь — то, что Источник сыграл огромную роль в мире без будущего. Можно сказать, ключевую 
роль.

Странный артефакт захоронен в небольшой пещере и представляет собой алтарь из неизвестного материала. Достаточно одного взгляда на это поразительное творение, чтобы понять, что его создал настоящий мастер: прямые линии, ровные углы, безупречно выполненный замысловатый орнамент. Наверняка, когда-то с его помощью проводили ритуалы или даже жертвоприношения, но теперь алтарь заброшен. Пустыня давно должна была поглотить пещеру и навеки стереть ее с лица планеты, но не иначе как магическое поле отводило песок и ветер в сторону, не давая Источнику кануть в Лету. Да, артефакт не был простым куском камня, и все же без света свирепой звезды великая сила древнего сооружения никогда не проявила бы себя. Лучи небесного чудовища вывели этот мир на новую ступень развития, предварительно уничтожив его. Как ни печально, но начиная с чистого листа, иногда можно добиться куда больших успехов.

В низком потолке пещеры зияло отверстие, через которое свет звезды проникал внутрь и ложился на алтарь. Гладкая поверхность Источника долгое время дрожала и покрывалась рябью, словно сопротивляясь воздействию извне, но в один исторический момент, наконец, не выдержала и треснула. Темная энергия, наполнявшая артефакт, вырвалась наружу. Соединившись с лучами звезды, она породила целый народ, первых обитателей жестокого мира. Шиида.
Один за другим сгустки тени обретали форму и тело, ведомые инстинктом, выбирались из пещеры и попадали в мертвую пустыню. Мертвую ли? На планете вновь появилась жизнь. И пусть эта жизнь еще не полностью осознавала себя, она уже была разумной.

Но, конечно, запас энергии Источника не был бесконечен, как не бывают бесконечны и любые другие источники. В то время как новые существа выходили на свет, сила алтаря иссякала. В конце концов, настала та секунда, когда артефакт замолчал. К этому моменту население планеты составляло двести тридцать два шиида.

Их внешность и строение стали мощнейшим инструментом приспособления к жестким условиям жизни. Они не нуждались в воде и пище, но были зависимы от лучей звезды. Из-за этого все тщедушное тельце шиида было покрыто одной большой кожистой складкой, напоминающей своеобразный балахон: она должна была улавливать как можно большее количество световых потоков. Из-под «балахона» выглядывали лишь черные, высушенные кисти рук с длинными пальцами без ногтей да вытянутые лица с большими тусклыми глазами, крупным носом и узкой, едва заметной полоской рта. Рост шиида не превышал полутора метров: крупному существу было бы сложно перемещаться по песку и укрываться от песчаных бурь за низкими камнями.

Но была у новых обитателей пустыни и еще одна особенность, вызванная скорее несовершенством Источника, чем необходимостью для выживания. Все шиида являлись точной копией друг друга и почти не имели отличительных признаков. Одинаковые черты лица, одинаковое поведение, и один на всех характер: покорный, внушаемый, по-детски наивный. Они не имели желаний, не умели ставить цели. Само их существование выглядело, как ирония древнего создателя Источника, и было лишено смысла. Все, что могли делать шиида, это бродить вокруг пещеры, вести примитивные переговоры на своем шуршащем языке и прятаться от природных катаклизмов за скалами. Хуже всего то, что этот народ был обречен на вечную жизнь среди песков. Они не могли умереть от старости. И если шиида все же убивали буря или рухнувший на голову камень, то высвободившаяся энергия устремлялась назад в Источник и тут же вытекала из него наружу, создавая новое существо взамен покойника. Таким образом замыкался круг.

Но ведущих полуживотный образ жизни шиида едва ли волновала бессмысленность всего происходящего с ними. Их вообще мало что волновало. Вряд ли существа без стремлений смогли бы достичь хоть сколь-нибудь заметных результатов, если бы не случай, изменивший все.

Некоторым шиида посчастливилось обладать магическими способностями, что, впрочем, не выделяло их из общей массы. Таких счастливчиков было немного, не больше пятой части от всего числа. Они не были сильными магами, способными перевернуть камень одним своим взглядом, нет, но определенные силы у них все же имелись. Хотя, конечно, далеко не такие, чтобы ими можно было гордиться: примитивное управление потоками энергии да манипуляции песком и камнями на небольших расстояниях. Особого толка от этих способностей все равно не было. Но именно среди магов волей случая нашелся один шиида, который смог повернуть жизнь целого народа в новое русло.

Поначалу ничего не предвещало перемен. Можно было бы даже сказать, что это был самый обычный день, если бы на планете еще сохранилось деление на дни. Шиида, как обычно, гуляли вокруг пещеры, когда внимание одного из детей Источника было привлечено слабым отблеском у основания скалы. При ближайшем рассмотрении причиной блеска оказался маленький полупрозрачный кристалл белого цвета, вросший в толщу камня. Первобытное любопытство без особых усилий взяло верх над осторожностью, и вскоре минерал лежал в руке исследователя. Но сколько маг не возился со своей находкой, практического применения ей найти так и не удалось. Тогда шиида решил показать кристалл своим сородичам, правда, вновь безрезультатно: никто не счел его полезным. Можно было бы просто выкинуть безделушку и навеки забыть о ней, и все же что-то (может зарождающееся чувство прекрасного?) остановило мага от глупого поступка. Он решил сохранить камень.

Прошло не так уж и много времени после этого случая, и с хозяином кристалла начали происходить странные метаморфозы. «Балахон» шиида покрылся белыми полосками, которые сливались в причудливые узоры. Сначала тусклые и немногочисленные, но чем дальше, тем ярче они становились. Дети Источника с опаской смотрели на своего полосатого собрата и старались не сталкиваться с ним лишний раз. Конечно, это не могло не расстроить мага, вот только расставаться с подозрительным кристаллом он совсем не спешил. Ведь, как оказалось, камень менял не только внешний вид владельца.

В какой-то момент шиида понял, что он… мыслит. Не тем шаблонным сознанием, которым наделил его Источник, а каким-то совсем новым образом. Маг получил то, чего не было ни у кого из его народа: полную свободу. Воображение. Желание действовать, изменить мир, себя, окружающих. И отвращение к пустому существованию. Бесчисленные возможности открылись перед ним, и шиида поспешил воспользоваться ими. Прежде всего он дал себе имя — Мериан.
Маг собрал всех сородичей и объявил им о своем прозрении. Мериан поведал всем о великом божестве Шиида, создателе всего сущего, чей свет питает и дает жизнь, о даре свыше — кристалле небесного происхождения, об истине, которая открылась ему, пророку, накануне. Да, новоприобретенное воображение «пророка» разошлось не на шутку, но никто из шиида даже не подумал усомниться в этой истории. Доверчивый народ все выдумки Мериана принял за чистую монету и согласился — он просто не мог не согласиться — следовать за ним. Первое же, что повелел новый лидер — построить город.

Вся работа, от высечения каменных глыб до возведения зданий, легла на плечи простых шиида. Мериан же чертил на песке проекты, руководил строительством и искал, без остановки искал, божественные кристаллы. Пророк задался целью найти себе помощников в управлении городом и народом, которые будут подобны ему самому. А для этого требовались таинственные самоцветы.

Долгое время поиски не приносили результатов, но Мериан отказывался верить, что кристалл существовал в единственном экземпляре. Маг возносил молитвы Шиида, упорно продолжал искать камни и однажды его попытки все же увенчались успехом. Глубоко под песком пророку удалось найти целую россыпь похожих кристаллов. Правда, красного цвета. Мериан счел это знаком и поспешил отобрать десять самых, по его мнению, сильных и преданных магов. Он раздал своей свите кристаллы, провозгласив ее Кругом Жрецов, а себя назвал верховным жрецом. Так у города появились правители.

К слову о городе. Общими усилиями он к этому моменту был построен и представлял собой даже довольно величественное зрелище, учитывая, что над ним работали ребята, совершенно не сведущие в зодческом деле. Не слишком большой, город представлял собой множество рядов хижин, расходящихся лучами от высокого храма, в котором обосновались жрецы. Хижины были всего лишь пустыми коробками с дверным проемом и съемной крышей. Но вот храм… Мериан позаботился о том, чтобы каждый ярус священного здания был несколько меньше нижнего, из-за чего храм по форме напоминал усеченную четырехгранную пирамиду, поднимавшуюся к небу ступенями. Всего в нем было пять этажей, и на самом верху располагались покои верховного жреца.

Конечно, храм украшал однообразную картину, но по сути оставался все той же коробкой из грубо отесанного камня, разве что причудливой формы. Мериан чувствовал, что городу чего-то не хватает. И в попытках отыскать это «что-то» пророк наткнулся на одну интересную идею. Собрав уже успевших «покраснеть» жрецов, он призвал Круг дать волю своей фантазии и начать творить. Статуи, барельефы, орнаменты — все что им захочется, ведь это дело, угодное Шиида. Стоит ли говорить, что жрецы восприняли слова предводителя с нескрываемой радостью? Почти сразу внутреннее и внешнее убранство храма (да и всего города) запестрило самыми аляповатыми и странными произведениями. И пусть искусством их можно было назвать с большой натяжкой, но дети Источника начали развиваться, преображать мир вокруг себя. И пусть активное участие в этом принимали только одиннадцать из них. Какая разница, ведь у пустынного народа появилось будущее.



Аргонатика

Отредактировано: 06.07.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться