Во Тьме. Король без короны

Глава 10.3

– Почему все так похожи? – задал Камиль очередной вопрос, кивая на страницу с портретами.

– Это холмы, – ответила чародейка. – Они хранят тайны. Корни рода Варгос уходят так глубоко, что даже мы сами не знаем точное количество обладательниц Силы. Каждая из этих книг написана одной из нас. Чары скрывают практически все облики чародеек. Именно поэтому тебе они кажутся на одно лицо.

– Не на одно лицо, – возразил правитель Лучезарных земель. – Просто похожи. А разве нельзя посмотреть родовое древо, чтобы узнать точное число обладательниц Силы? – Камиль указал на большое полотно на противоположной стене. Там раскинулось могучими ветвями дерево жизни, усыпанное именами и титулами, помнящее каждую из дочерей холмов.

– Как я уже сказала, – Сарина проследила за взглядом де Карда. – Сила впитывается в нашу землю. Земля же и наделяет ею нас. Представительницы нескольких последних поколений особенно могущественны, поскольку до них жили тысячи чародеек. Природа всегда оставляет запасной козырь в рукаве, Камиль, – впервые она назвала его по имени, а не манерным «мой денр». – Чтобы сохранить Силу и баланс, холмы перестали наделять магией каждую из нас, как это было раньше. В родословных появились белые пятна.

– Вот почему так странно погибали некоторые из вас, – мысли денра начали складываться в логическую цепочку.

Многое из того, над чем долгие годы ломал голову отец, сейчас стало предельно ясно. Смерть Анны дель Варгос, матери сестер, была одной из самых загадочных за последний век. Во времена правления деда Камиля именно Анна была хранительницей Зачарованных холмов. Серые дни и ночи бесконечным потоком плыли над миром Синих сумерек, который уже начал погружаться во мрак. Темные мысли, точившие сердца, сгубили не одну жизнь. Каждый из смертных оказался под ударом, когда исчезло солнце. День больше не защищал людей от самых опасных обитателей мира Синих сумерек – хладных.

– Это и послужило началом распада Триады, – кивнула Сарина. – Во время охоты старший сын денра де Карда, твоего деда, подвергся нападению одного из хладных отшельников, что бродят по просторам нашего мира. Когда прибыл гонец из замка в Лучезарных землях, мать собрала настои и отправилась лечить больного сына денра. Она не знала, что случилось.

– Но я точно помню, что Анна обладала чарами, – Камиль присел на край одного из столов, чувствуя всю трагичность истории. – Как же так вышло, что она не смогла помочь?

– Нет, не обладала, – возразила сестра Ларины. – К тому времени уже не обладала, потому что родила двух дочерей вместо одной и отдала свою Силу одной из них. Твой дед счёл изменой Триаде её неспособность помочь и сжег Анну дель Варгос на костре во дворе своего замка. После этого моя бабка отказалась выполнять условия Триады, затаила обиду на людей. Хладные были только рады подобной ситуации. Магнус давно устал быть идеальным оружием. Постепенно Триада полностью распалась, и соблюдаемый веками договор взаимной помощи в случае беды приказал долго жить. Но мама была не первой, кого сожгли люди.

Сарина говорила спокойно, без тени недовольства или обиды. Просто рассказывала историю семьи, в которой родилась. Все это время чародейка перебирала книги, не оставляя надежды что–то отыскать.

– Сарина, – денр все же решился начать разговор, ради которого прибыл в Варгос. – Ты можешь что–то сделать и защитить мой народ от хладных? Я бы не хотел, чтобы как–то пострадали Магнус и…

– Ни один волос не упадет с головы Магнуса, – перебила его чаровница, на какое–то время прекратив беспрерывные поиски среди вороха свитков. – Конечно, он рассердится, но потом поймет, что это лишь во благо.

– Значит, ты поможешь? – мягкие интонации денра стали еще теплее, в них зазвучала надежда.

– Думаю, есть один способ, – кивнула Сарина. – Я попробую связать жителей долин с волей смертных.

– Разве это возможно? – усомнился Камиль.

– Все в мире Синих сумерек создано посредством участия магии зачарованной земли, – проговорила чаровница. – Таким образом, я наложу запрет на вход в дома смертных, не причиняя вреда хладным.

– Как скоро это случится?

– Такой выброс магии непременно привлечет внимание моей сестры, – ответила чаровница. – Поэтому придется подождать, пока народится новая луна. Молодой месяц поможет мне скрыть от Ларины то, что я собираюсь сделать.

– А ты? – перехватил ее руку денр, когда Сарина снова принялась перебирать записи. – Что будет с тобой?

– Моя участь предопределена, Камиль, – вскинула на него ярко–зеленые глаза чаровница. – Я умру. Случится это завтра или через несколько лет – не так уж и важно. Что значит одна жизнь, когда на карту поставлена судьба целого народа?

– Что ты имеешь в виду? – насторожился де Кард. – Если есть вероятность, что ты не переживешь это, я запрещаю даже думать…

– Я не спрашиваю твоего разрешения, – Сарина едва ощутимо коснулась пальцами губ денра, вынуждая его замолчать. – Холмы не оставят меня в трудный час, – она снова вернулась к прежнему занятию, давая понять, что не желает больше говорить на данную тему.

– Вот! – спустя несколько минут тягостного молчания, чаровница положила перед Камилем раскрытый манускрипт. Её указательный палец уперся в большой портрет на всю страницу. Изображенный мужчина был смутно знаком денру де Карду. Создалось впечатление, что где–то уже встречалось это лицо с правильными утонченными чертами.