Во Тьме. Король без короны

Глава 18. Родственные связи

В комнате было полутемно и холодно. Камин не топился уже несколько дней. Даже остатки золы сквозняк развеял по углам, посеребрив их. Тепло стало здесь нежеланным гостем. Сарина металась в жару уже двое суток подряд, не различая ночи и дня. В редкие минуты облегчения она садилась в кресло у окна, где любила когда–то сидеть ее мать, чтобы посмотреть во двор. Умирающая природа напоминала ей саму себя, такую же измученную и уставшую от жизни. Впервые за долгое время, Сарина жалела о том, что не родилась простой смертной. Она всегда любила свою натуру, старалась развивать дар, жить в мире с природой, жить во благо людям. Теперь ей хотелось иного – лишиться чар, ведь если уйдет магия, умирать будет не так мучительно больно. Так уж было устроено в мире Синих сумерек, что чаровницы обладали удивительно длинной жизнью, а чары позволяли им долго оставаться молодыми. Время обретало над ними силу лишь с того момента, как жительницы Зачарованных холмов становились матерями, а до этого момента текло удручающе медленно.

Сарина поднялась с кресла. Ее тело совсем потерялось в складках белой ночной рубашки, слишком широкой и длинной для нее. Босые ноги чаровницы неслышно ступали по ковру, когда она прошла к центру комнаты, где стоял стол. Среди пустоты спальни она казалась совсем крохотной, от того болезнь ее приобретала чудовищные размеры. Недуг полностью окутал чаровницу, не позволяя ей нормально двигаться, говорить, дышать. Остановившись возле стола, Сарина посмотрела в окно. Взгляд ее потускнел, глаза слезились.

– Пора, – прошептала хозяйка замка Варгос, когда из рваных туч показался серп народившейся луны. – Пора, – перебрав несколько листов с записанными на них заклинаниями, она отыскала нужный обряд.

Это был очень древний ритуал, созданный самой Маливией дель Варгос. Именно его давность гарантировала, что все пройдет так, как нужно. Магические обряды никогда не были простыми и требовали особенной внимательности. У Сарины итак было недостаточно сил, чтобы тратить их еще и на последствия, поэтому она выбрала именно этот способ.

Собрав со стола все необходимое, чаровница прошла к окну и разложила на широком подоконнике свечи, сухие травы, широкую плоскую чашу черненого серебра и длинный стилет с тонким острым лезвием. Разгладив свиток, она несколько раз перечитала написанное, опасаясь перепутать что–то или забыть. Сарина понимала, что от нее зависит жизнь обитателей Лучезарных земель, поэтому ей нужно быть максимально собранной и внимательной. Сегодня сестра правительницы Зачарованных холмов не могла полагаться на свою память, поскольку болезнь могла быть непредсказуемой. Положив свиток так, чтобы было хорошо видно текст, Сарина зажгла свечи и расставила их вокруг чаши. Спустя несколько минут, когда травы догорели, и в комнате повис густой, терпкий дым, чаровница уколола себе палец острием стилета.

– Обращаюсь за помощью к новорожденной луне, – проговорила она, капая кровью на пепел, что остался в чаше. – Связываю свою кровь со всяким живым существом и наделяю его силой противостоять Злу. Пусть будет слово твердым, а воля нерушимой. Жилища – запечатываю, комнаты – запечатываю, все владения смертных – запечатываю. Не войти отныне никому, кроме хозяина. Да будет так! – с этими словами чаровница сняла с безымянного пальца правой руки тяжелый перстень с крупным черным камнем и бросила его в пепел.

Перстень окутала зеленоватая дымка, которая начала медленно впитываться в камень. Чары поползли по чаше, охватывая пепел и, когда коснулись капель крови, с которой рассталась Сарина, чаровницу буквально сложил пополам приступ надрывного кашля. Ухватившись за край стола, она отчаянно пыталась справиться с ним, замечая, как начинает потрескивать и разогреваться камень в кольце. Постепенно он становился красноватым, словно напитываясь кровью. Когда–то, очень давно, когда над миром Синих сумерек еще всходило солнце, это кольцо подарил ей денр Темных долин. Драгоценность стала символом его любви и серьезных намерений, которым не суждено было осуществиться уже никогда. Узнав о своей болезни, Сарина оборвала их связь, не оставив Магнусу надежды.

Рухнув на колени возле стола, чаровница в ужасе поняла, что не сможет завершить ритуал. Полагая, что у нее достаточно сил для этого, сестра правительницы холмов жестоко ошиблась. Для того, чтобы все прошло благополучно, нужно было уберечь камень в кольце от разрушения, иначе исход колдовства грозил смертью всем хладным. Силясь справиться, Сарина протянула руку к чаше, собирая в себе остатки чар, что уже дрожали на кончиках ее пальцев.

Пепел начал медленно разлетаться, оседая на краях чаши, столе и свитке. Абсолютно холодный, он прожигал в пергаменте крохотные дыры, орошая их кровью – результат магического воздействия. Описание ритуала не говорило ни о че таком, из чего Сарина заключила, что действо уже пошло не по плану. Отчаянно собираясь с силами, она думала лишь о том, что должна выполнить данное денру обещание и защитить его народ. Сделать это даже ценой собственной жизни. Камень в кольце вспыхнул красноватым огнем и оглушительно щелкнул, готовый разлететься на сотни мельчайших осколков. Чаровница вскрикнула, готовясь к худшему, но… ничего не произошло.

Внезапно перстень окутали змеистые тонкие жгуты черного цвета с зеленоватыми вкраплениями на концах. Они обвивали кольцо, сматываясь в небольшой клубок, а когда рассеялись, то можно было наблюдать абсолютно целый невероятно красивый черный сапфир. Его грани отливали сиреневым оттенком, выдавая истинный цвет камня – глубокий фиолетовый. Никогда еще он не был таким прекрасным – чистым, роскошно сияющим и манящим.

Пораженная случившимся, Сарина с огромным трудом поднялась на ноги. Наблюдая, как темные чары отпускают сапфир, чаровница проследила за их движением. Извиваясь и едва слышно шипя, словно тончайшие змеи, они отползали от стола, направляясь к выходу. Оглянувшись, хозяйка замка увидела в дверях своей спальни высокую молодую женщину в длинном насыщенно–зеленом платье, что плотно облегало ее высокую грудь и мягкими складками обволакивало ноги. Темные волосы были аккуратно заплетены и убраны в высокую прическу. На прекрасном лице, что являлось точной копией лика Сарины, застыло выражение досады и чего–то еще, чему чаровница пока не могла дать определения. У нежданной гостьи оказались такие же, как у нее зеленые глаза, но в них сейчас клубилась Тьма. Она во всем была похожа на Сарину – словно отражение, но и разительно отличалась от нее. Будучи вторым ликом своей сестры, правительница Зачарованных холмов Ларина дель Варгос была схожа с ней только внешне – на этом идентичность заканчивалась. Впрочем, даже здесь родная земля отличила их, одарив Сарину платиново–белыми локонами. Казалось, этим холмы хотели показать, как сильно отличаются друг от друга сестры.