Во власти пламени

Размер шрифта: - +

Глава 1

 

— Готова поспорить на свои рубиновые подвески, что эррол Тейран победит и в сегодняшних сражениях. И, как и в прошлом году, его назовут королём турнира. Ах, Шахир, он такой… — восторженно выдохнула Лаали.

Я закатила глаза. Начинается…

— Храбрый, сильный и вообще! — продолжала петь дифирамбы своему кумиру девушка, а я тем временем боролась с желанием спихнуть Лаали с ковра на пальму, мимо которой мы сейчас пролетали.

Или, может, лучше сбросить её в фонтан на Цветочной площади? Прохладная вода однозначно пойдёт ей на пользу.

— Интересно, а какие на нём сегодня будут доспехи?

Я зажмурилась. В следующий раз пойдём пешком, а летающим ковром, как кляпом, я заткну Лаали рот. Потому что слышать по сто раз на день это имя просто невыносимо. Шахир, Шахир, Шахир! В последнее время моя подруга будто помешалась на нём. Такое ощущение, что её заклинило: Шахир то, Шахир сё. Можно подумать, самый лучший, самый красивый и неповторимый дракон на всё село. Рассветное королевство то есть.

Лично я старалась сторониться старшего сына первого советника его светлейшества. Ладно, я в принципе всех драконов сторонилась, будь то Огненные или Ледяные. Кроме одного… Но сейчас не о том!

— Лаали, милая, — я глубоко вдохнула, затем выдохнула, стараясь успокоиться, — мне кажется, не стоит так зацикливаться на одном тальдене.

— Я приму участие в отборе и выйду за него замуж! — перебила меня девушка и заявила с фанатичным блеском в глазах: — Никаких других тальденов мне надо!

Тяжёлый случай.

Может, мне лучше самой с ковра свалиться? И пусть Лаали летит на свой турнир в гордом одиночестве. Мне там вообще делать нечего. Но родители настояли, чтобы я не пропустила ни одного праздничного дня. Приманивала женихов, так сказать. Потому что быть незамужней алианой в девятнадцать лет — это конец. Света, жизни, родительских надежд. 

Покружив над ристалищем, ковёр мягко опустился в густую траву с яркими вкраплениями полевых цветов. Лаали грациозно поднялась, счастливо жмурясь на солнце и улыбаясь. Внимательно оглядела разноцветные шатры, раскинувшиеся за полем, и приступила к изучению трёх ярусов трибун, затканных развевающимися на ветру полотнами. Наверняка выискивала взглядом своего драгоценного дракона.

Поправив полупрозрачную вуаль на лице (алианам в Рассветном королевстве запрещается показываться на людях с непокрытой головой и открытым лицом), подруга задумчиво пробормотала:

— Осталось узнать, кто станет королевой турнира.

Давняя традиция — победитель в сражениях выбирал даму сердца, даруя ей что-то из своих доспехов, перчатку там или, бывало даже, шлем (конечно же, именно о таком пропахшем потом и лошадью подарке мечтает каждая девушка), после чего имел право танцевать с ней на вечернем пиршестве все танцы и даже ненадолго остаться с ней наедине.

Я с сожалением посмотрела на Лаали и, взяв её за руку, крепко сжала тонкие пальчики. Она у меня замечательная. Наивная немного, правда. Ведь знает же, кто станет королевой турнира — эта змеючка Амарелия, по которой Шахир, говорят, уже который месяц сохнет. И тем не менее Лаали продолжала себя обманывать.

— Кто бы ей ни стал, ты у нас первая во всём Жемчужном городе красавица, — ласково улыбнулась подруге.

И это была чистейшая правда. К своим семнадцати годам Лаали превратилась в очаровательную девушку. Невысокая, хрупкая, с тонкими нежными чертами и миндалевидными серо-голубыми глазами. А уж её густой тёмной копне, сейчас заплетённой в толстую косу, завидовали все без исключения алианы и простые девушки.

Кроме меня, наверное. Я вполне довольна своими волосами, которые мама в детстве, когда расчёсывала, с любовью и восхищением называла золотым шёлком.

Стоило мне ступить в траву, как коврик послушно свернулся тугим рулоном. Подскочил мальчишка в красных шароварах и распахнутом, накинутом на обнажённую грудь жилете (жара стояла неимоверная). Я бросила ему монетку и попросила позаботиться о моём любимом коврике. Мальчик низко поклонился и помчался к шатру — хранилищу волшебных половиков.

А мы, влившись в пёструю толпу, не спеша двинулись к трибунам. Сегодня было особенно многолюдно: финальный день сражений обещал быть богатым на впечатления. Простые горожане занимали места ещё на рассвете, иначе могли так и не попасть на представление. Знать, как обычно, не слишком спешила. И мы тоже, признаться, опаздывали. А всё Лаали! Которая никак не могла выбрать между платьем бледно-розовым и ярко-зелёным. Решив, что изумрудный цвет больше подходит зеленоглазой мне, чем ей, девушка остановилась на розовом варианте, а потом ещё добрые полчаса крутилась перед зеркалом, любуясь собой. Пока я не затащила её на подоконник, а с него на ковёр.

Мы поднялись на трибуны одними из последних, но волноваться было не о чем: никто бы и никогда не осмелился занять места, отведённые для дочери герцога Анвэри, моего отца.

— Риан, смотри! — радостно воскликнула Лаали, когда герольд начал называть имена победителей прошлых сражений, и те по очереди стали выезжать на поле боя под громкие рукоплескания зрителей.



Валерия Чернованова

Отредактировано: 09.05.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться