Во власти поддельного ректора

11. Пора осмотреться

Начинать новое всегда страшно. Когда не имеешь ни малейшего понятия, чем всё это может обернуться. Когда уговариваешь себя шагнуть вперёд, даёшь себе волшебного пинка, а потом бежишь, шарахаясь от каждой тени, и в каждой неудаче видишь повод для слёз, но отчаянно пытаешься не потерять равновесие, словно потерять равновесие – значит потерять себя.

Рисовать акварелью я училась именно так. Сейчас всё было иначе.

Будучи по жизни человеком нерешительным, я подумала о героинях юмористических женских детективов, которые вынуждены были притворяться и выкручиваться, потому что жизнь их заставляла. Наверное, я так не смогу.

Хотя, когда самой страшно, прикрыться чужой личностью неплохая идея. Всё, что окружает меня, вполне может быть одной огромной декорацией.

Браслет ощущался в кармане, но почему-то мне хотелось опробовать собственные силы в этом спектакле. А может, я просто боялась браслета больше.

И вот я иду по этажу, словно во сне. Моя комната была посередине коридора, за спиной лестница, впереди, как и сзади, частые небольшие двери, подобные моей, с маленькими серебряными номерками, видно местное общежитие. В конце этажа обнаружилась небольшая светлая душевая: пять раковин, диванчик в глубине, два стола в проходах и просторные кабинки с кремовыми шторками. И всё так миленько, чистенько – любо дорого смотреть!

Во мне проснулось любопытство. Я поднялась на третий этаж и, оглядев открывшийся вид, ясно осознала, что местных студентов было принято селить в чуланах. Простор и высота потолков восхищали ощущением роскоши, светлые стены звучали торжественно, лаконичные линии отделки сохраняли строгость, аж целых три лестницы ненавязчиво знакомили с мастерством архитектора, две более узкие и одна широкая посередине, к которой я и подошла.

Она была вся из дерева, но словно литая, так гладко отполированы были все её детали и так плавно перетекали одна в другую. Не слишком тёмное дерево выглядело очень органично, под перилами витиеватые нескончаемые узоры цветов, и ни одной пылинки. Удивительно!

Лестница вела только вниз, в большой зал, сверху висела большая люстра, напротив действительно огромные двойные двери, по обе стороны от них зеркала в простой раме, но размером в полстены удваивали объём помещения. Я слегка вздрогнула от своего отражения, показавшись себе издалека старше, чем была.

До сих пор мне не встретился ни один местный персонаж. И мне удавалось убедить себя в собственном спокойном равнодушии. Я двигалась так, будто мне всё равно, осматривалась так, будто совершенно готова удивляться, взрастила в себе безразличие ко всей этой ситуации. Но, стоило мне заслышать первые же шаги, как вся эта мишура вмиг слетела, и я ощутила, как же всё-таки мне страшно.

Я стояла посреди последней ступени гигантской лестницы, в чужом огромном негостеприимном зале, в одежде с чужого плеча, с нелепо присвоенным именем на пропуске и полным непониманием, куда от всего этого спрятаться.

Сейчас меня заметят. Обнаружат и прихлопнут, как надоедливую моль из комода с любимыми вязаными носками!

Из проёма показался мужской силуэт, книга с гулким стуком ухнула на пол из моих рук. Я пригнулась, пряча лицо и жалея, что не оставила волосы распущенными, и притворилась, что собираю листочки.

Мгновение, второе, ничего не происходит. Звук шагов перетёк за мою спину и стремительно отдалился, я разогнулась. Тихонько выдохнув, я оправила юбку и, стараясь не торопиться, повернула туда, откуда мужчина уже ушёл. Подходя к проёму, ощущала, как напряжение потихоньку отпускает. И едва не подпрыгнула, услышав низкий голос подозрительно близко за спиной.

– Вы уже здесь? Чудно! Поможете в библиотеке.

Ну кто так подкрадывается! Не дожидаясь ответа, мужчина пошёл вперёд, мне ничего не осталось, как торопливо последовать за ним.

Вот и он, мой первый персонаж. Широкая спина, сильная, тон властный, шаги стремительные. Движется плавно, как хищник. По такому думаешь – хорошо дерётся, лучше на пути не вставать. Но маловато для первого впечатления. Хотя костюм вот. На ректоре был зелёный, вельветовый, а у этого почти чёрная тягучая ткань, и крой более свободный. В таком удобно давать негодяям в глаз. Только, может, он сам негодяй?

Нее, не похоже. Напротив, какой-то он больно порядочный, в смысле как аристократ – долг, честь и всё такое. Такому бы в законе служить…

Я так задумалась, что не увидела, как он остановился, и чуть налетела на него. Ух, он там что, из железа сделан?

– Осторожней, студентка, смотрите перед собой, когда идёте.

Он сощурил глаза и пристально, но быстро осмотрел меня с головы до ног.

– Простите, пожалуйста, – пробормотала я.

Не по себе от такого взгляда. Он распахнул передо мной дверь.

– Входите, вас ждут. Рук не хватает, а нам как раз завезли новые издания. И кому всё это разбирать? Явно не мне.

Он дерзко выгнул бровь, и на дне его взгляда я уловила весёлые искорки за всем этим официальным фасадом.

Интересный мужчина. Чёрные короткие волосы слегка вьются, нос прямой, аристократичный, глаза зелёные, цепкие. Я немного засмотрелась, и он подмигнул так быстро, что мне наверняка показалось.

Я смотрела ему вслед, пока он не скрылся за поворотом, по-кошачьи плавно и независимо преодолев всю длину коридора. Приятный мужчина. Даже несмотря на то, что припахал меня к непонятной деятельности.