Во власти тьмы

Глава 2. Когда зверь поднимает голову

Тишина не спасала.
Она только подчёркивала, насколько близко смерть стояла между ними.

Райвен смотрел на Лиару так, будто она была не человеком — приманкой.
Хрупкой.
Доверчивой.
И слишком глупой, чтобы понять, что подошла к самой грани.
Тьма внутри него взревела, почувствовав её запах.

Омега… возьми её… сломи… подчини…

Голос ударил по мозгу, и Райвен едва не согнулся от боли.
Он резко шагнул вперёд — почти рывком. Камень под ногами треснул.

— Я сказал не подходи, — его голос был ниже, темнее, чем человеческий.

Лиара не двинулась.
Только медленно подняла подбородок, будто бросая вызов.
Слишком смело.
Слишком дерзко.
Слишком… опасно.

— Ты потерял контроль, — сказала она тихо. — И чем быстрее это примешь, тем быстрее я смогу—

— Ты ничего не сможешь, — прорычал он.

Он оказался перед ней за долю секунды.
Схватил её за запястье — резко, грубо — так, что она втянула воздух от боли. Его ладонь обжигала, но ещё сильнее жгла ярость, исходившая от него.

Тьма вспыхнула вокруг, как огонь, вырывающийся из трещины в земле.

— Если ты знала, кто я, — прошипел он у её уха, — ты бы бежала.

Я знаю, — прошептала она едва слышно.

Он зарычал — настоящий рык, не человеческий.
Её слова разбили то, что оставалось от его самообладания.

Он прижал её к каменной колонне. Жестко. Быстро.
Никакой нежности — только инстинкт, ярость, зверь внутри, который хотел подчинить, сломать всё сопротивление.

— Не испытывай моё терпение, Омега, — его пальцы сомкнулись на её горле. Не сдавливая… пока. — Я держусь только потому, что не хочу убить тебя случайно.

— Ты меня не убьёшь.

Эти слова сорвались с её губ почти шёпотом, но прозвучали твёрдо.

Его глаза сузились.

— Уверена?

— Да, — она встретила его взгляд. — Потому что ты боишься этого больше, чем я.

Он замер.
На один миг — слишком долгий для Альфы.

Тьма внутри заметалась в ярости.
Ветер внутри храма усилился, подняв в воздух пыль и обрывки сухих листьев.
Райвен впился глазами в её лицо.
Ему хотелось… заткнуть её, чтобы она перестала говорить.
Перестала смотреть так.
Перестала видеть его — настоящего.

Пальцы на её горле дрогнули.

— Ты не понимаешь, — выдохнул он. — Тьма хочет тебя. Она хочет разорвать твою душу.

— А ты? — спросила она.

Тишина.
Жестокая, режущая.

Он наклонился ближе, так близко, что её дыхание смешалось с его.

Тень внутри его глаз пульсировала, меняя зрачки в узкие, хищные щели.

— Я… хочу, чтобы ты ушла. Пока можешь.

Это не было слабостью.
Это было предупреждение. Последнее.

Но Лиара понимала правила альфы. Понимала, что сила — это единственный язык, который слышит зверь.

Она подняла руку — и коснулась его лица.
Смело. Непозволительно.

И тьма… замерла.

Глухой удар прокатился по храму, будто воздух прогнулся.

Райвен резко отшатнулся.
Его дыхание сорвалось, по коже прошла дрожь. Он смотрел на неё так, будто она только что сломала цепи, которые держали зверя внутри.

Он шипел, дышал тяжело, глаза вспыхнули почти белым огнём.

— Не смей… — он говорил, как будто каждое слово резало горло. — Не смей больше прикасаться ко мне.

— Или что? — спросила она.

Он сорвался.

Молниеносное движение — и она оказалась на полу, а он стоял над ней, нависая, как тень. Руки упирались по обе стороны, запирая её в ловушке.

— Или я перестану бороться, — сказал он тихо, опасно, — и тогда ты увидишь, что такое настоящий Альфа, одержимый зверем.

Он наклонился ближе.

— И твоя любовь к жизни… исчезнет навсегда.

Лиара смотрела на него, не отводя взгляда.

И в её глазах не было страха.

Именно это и разозлило его больше всего.