Во власти желаний

Глава 1

ЛИЛИ

В просторном зале танцевальной студии, залитом мягким светом софитов, царила атмосфера напряжённой работы — здесь, без сомнения, творилось настоящее искусство. Но для Лили Резерфорд эти часы тренировки превратились в настоящее испытание: лоб покрылся испариной, футболка прилипала к спине, а дыхание сбивалось.

— Ещё раз, — твёрдо потребовал Тайлер. Его голос прозвучал резко и непреклонно. — Ты не набираешь достаточную высоту в этом прыжке в шпагат. Выше, Лили!

Он стоял у стены, уперев руки в бока, и внимательно наблюдал через зеркальную стену за каждым её движением. От его цепкого взгляда не ускользало ни малейшее отклонение от идеала. Лили, пытаясь отдышаться, на мгновение замерла, устремив взгляд в отражение — раскрасневшаяся, с прилипшими к лицу прядями волос, но с упрямым блеском в глазах.

Последние три часа они упорно отрабатывали её лирическую программу. Мышцы ныли от напряжения, каждая клетка тела молила об отдыхе, ноги дрожали от усталости. Но Лили не осмеливалась показать, насколько измотана, — ни жестом, ни взглядом, ни словом. Тайлер был требователен до крайности, и подвести его казалось немыслимым. К тому же он был абсолютно прав: силы постепенно иссякали, а потенциал её танца раскрыт далеко не полностью. Она могла — и должна была — добиться большего.

Закрыв глаза, Лили сделала несколько глубоких вдохов, медленно считая про себя до десяти. Она мысленно прокручивала последовательность шагов, представляя каждое движение с идеальной точностью. Перед внутренним взором возникали образы: плавные переходы, чёткие линии, безупречная техника. До прослушивания в престижную парижскую школу танцев оставалось меньше месяца — срок неумолимо сокращался, и с каждым новым днём сердце Лили сжималось всё сильнее. Хореография, которую они готовили, была по-настоящему амбициозной: она не просто демонстрировала техническое мастерство, но и бросала вызов её артистизму. Если бы только ей удалось наполнить танец более глубоким эмоциональным звучанием… передать ту внутреннюю историю, что жила в музыке.

Лили нахмурилась и резко открыла глаза: она могла поклясться, что ощутила на себе чей-то пристальный взгляд. Кто-то, кроме Тайлера, наблюдал за ней — едва уловимое, но отчётливое чувство чужого присутствия пробежало холодком по спине. Но они были единственными, кто остался в студии в этот поздний вечер, — все остальные давно разошлись по домам. Стряхнув наваждение и лёгкий приступ дурноты, она решительно кивнула Тайлеру. Он молча кивнул в ответ и включил музыку.

Завораживающие вступительные аккорды полились из динамиков, заполняя пространство зала и словно подхватывая Лили на своих волнах. Она на мгновение замерла, впитывая ритм, затем плавно взмахнула рукой — и тут же начала серию пируэтов. Теперь каждое движение рождалось не из усталости, а из внутренней собранности: тело вспомнило выученное, а воля взяла верх над изнеможением.

Она безупречно исполнила номер, завершив его эффектной финальной позой в тот самый миг, когда затихли последние ноты. Музыка растворилась в воздухе, оставив после себя звенящую тишину, — и в этот момент Лили была настолько захвачена пережитым, настолько погружена в послевкусие танца, что вздрогнула всем телом, когда по студии разнёсся медленный, размеренный хлопок.

Освободив позу, Лили медленно повернулась и посмотрела на импозантного мужчину, лениво прислонившегося к дверному косяку. Он неспешно аплодировал, слегка склонив голову набок, словно оценивал не просто танец, а нечто большее. Его силуэт чётко вырисовывался в проёме двери, подсвеченный тусклым светом коридора.

Её сердце забилось быстрее, а в груди тревожно ёкнуло.

— Мистер Астор-Дюпон? — вырвалось у неё почти непроизвольно. Что он здесь делал в столь поздний час?

— Кто вы? — резко бросил Тайлер, стремительно направляясь к двери. Его голос прозвучал твёрдо и настороженно.

Тайлер вовсе не был маленьким человеком — крепкий, мускулистый, с уверенной походкой. Но рядом с Конором Астор-Дюпоном он всё равно казался менее внушительным: ростом и комплекцией тот превосходил почти любого, а его присутствие заполняло пространство, как мощная волна.

— Я законный опекун Лили, — спокойно произнёс Конор, скрестив руки на груди. Его тон был ровным, почти небрежным, но в нём чувствовалась скрытая сила. — А вы тот человек, из-за которого она опоздала на сорок минут.

Лили нахмурилась, сжимая в руке бутылку с водой, и подхватила сумку. Это было явным преувеличением. Да, ей пришлось жить у Астор-Дюпонов шесть месяцев, пока её родители находились в Дубае, но он не был её официальным опекуном. И опоздали они максимум на полчаса — она точно помнила время.

— Где Пит? — спросила она, стараясь скрыть нервозность.

— Пит? — Конор слегка приподнял бровь, и Лили невольно сглотнула. Чёрт возьми, он был великолепен — даже сейчас, в этой нелепой ситуации. Высокий, с безупречной осанкой, в дорогом костюме, который сидел так, будто был сшит специально для него.