Во всём виноват поцелуй

1

Он был совершенно ей незнаком — и в то же время она была уверена, что где-то его видела.

Они лежали в постели, на смятых простынях, и он уверенно её ласкал — так, будто давно изучил её тело и привычки. Не было ни неловкости, ни смущения, только взаимное желание, горячее и неутолимое.

Когда они лежали рядом, уставшие, опустошённые, не успевшие остыть, она с ним заговорила:

— Как тебя зовут?

Он посмотрел на неё. У него были прозрачные каре-зелёные глаза. Знакомые глаза.

— Вейлир.

— Странное имя.

— Я сам его придумал.

Это тоже показалось ей странным: имя же придумывают родители, как это — «сам»?

— Ты симпатичный, — сказала она, рассматривая его лицо.

— Я знаю, — он неожиданно улыбнулся, делаясь от этого ещё симпатичнее. — Ты и раньше говорила.

— Мы встречались?

— И не раз.

Удивлённая, она замолчала. А он продолжал смотреть на неё и улыбаться.

— Да-да, я знаю, — он положил указательный палец ей на губы, словно хотел заставить молчать. — Ты не помнишь. Ничего страшного. Я подожду, и тогда...

Палец мягко соскользнул с губ, ладонь прошлась по щеке, заправила за ухо завиток волос.

— И тогда? — шепнула она, глядя в каре-зелёные глаза.

— Тогда я заберу тебя с собой.

И он снова потянулся поцеловать её, будто боялся дальнейших вопросов. Она с готовностью ответила, закрыла глаза, отдаваясь ласкам. Внутри разгорался жар, и только чужие прикосновения могли его утолить. Из приоткрытого окна слышался шум дождя, и эта осенняя мелодия словно закрывала их от всего мира, заключала в кокон, где существовали лишь они двое — и спиральная лестница наслаждения, по которой они вели друг друга. Медленно, упорно, до самой высшей точки.

А потом он незаметно исчез.

Он исчез — а она проснулась.

 

***

 

Мало того, что ночью Женька не выспалась, когда шла в школу, промочила ноги, так ещё и историчка заставила пересказывать домашнее задание. А стоило запнуться на паре мелочей, как она, обрадовавшись, влепила тройбан и велела сесть.

Мымра, что тут скажешь.

Женька сложила руки на парте, удобно устроила на них голову и приготовилась досыпать. Или попытаться вспомнить: сон был... очень приятный.

Не тут-то было.

Едва она закрыла глаза, как с задних парт послышался громкий шёпот:

— Аникина вчера бухала до утра, до сих пор не проспалась.

— Бюстик, заткнись, — отпарировала Женя, не оборачиваясь. Узнала по голосу.

Вот только зря она назвала Бастика Бюстиком, по прозвищу. Забыла, как нервно он реагирует на любой намёк на свой рост.

— Сама заткнись, паскуда! — реакция была предсказуемой.

Сидевший впереди Столяров обернулся.

— Оба успокойтесь, пока по паре не схлопотали, — сказал он тихо, но внушительно.

Староста был прав, и Женя молча уткнулась в учебник. Но не тут-то было. Позади зашелестели, послышался звук отрываемой бумаги, и через пару секунд на парту упал свёрнутый комочек. Женя брезгливо его развернула.

На клетчатой бумаге красовались кривые буквы: «Думаешь, тебе всё можно? Дорвёшься, шкура».

Женя только плечами пожала. Показала записку соседке по парте.

Катя прочитала, сначала усмехнулась, а потом вдруг округлила глаза и испуганно зашептала:

— Ой, это же Бастик? Ты знаешь, что он с Габиным дружит? С ним осторожнее надо.

О факте дружбы Женька слышала впервые, а о самом Габине — ещё как. «Золотой мальчик», король школы, ученик параллельного одиннадцатого «б». Он и его свита — высокий, тощий, как скелет, Севостьянов и угрюмый качок Михаленко — были известны всем. Неудивительно, что Бастик, подлиза и прилипала, захотел втереться в тёплую компанию.

Впрочем, в реальность угрозы Женька всё равно не поверила. Пожала плечами и с улыбкой покачала головой.

 

Следующий урок был английский, другая аудитория, поэтому, как только прозвенел звонок, Женька по-быстрому собрала сумку.

Поднялась — и ни с того ни с сего потемнело в глазах. Чтобы устоять, она схватилась за парту. Потрясла головой и вдруг увидела у доски смутно знакомый силуэт. Светлые брюки, безрукавка с зелёно-жёлтыми драконами... нет, змеями... светлая чёлка падает на глаза. Человек стоял впереди, опираясь на школьную доску, стоял и пристально смотрел на Женю. Именно на неё.

— Женя! — лицо стоящего у доски заслонили крашенные в тёмно-красный волосы подруги. Женя качнулась в сторону, пытаясь рассмотреть неизвестного. Вздрогнула. Там никого не было.

— Да Женя же! Тебе что, привиделось что-то? Ты прям застыла.

— А вы не видели?

Катя лишь помотала головой.

— А ты что видела? — спросил Столяров. Он уже был рядом с выходом из класса, но повернулся, реагируя на шум.

— Человека, — призналась Женя. — Стоял у доски. Не из нашего класса. И вообще не из школы, взрослого.

Столяр и Катя обменялись взглядами. Кто-то сзади спросил:

— Что случилось?

— Женька призрака увидела.

— Фига! Что за призрак? Расскажи, Аникина! — заканючили сзади. — Не жмоться, интересно же!

— Забили, — буркнула Женя.

Закинула сумку на плечо, схватила за руку болтушку Катьку и выскользнула из класса. С одноклассников станется и по всей школе эту историю разнести, так что лучше не снабжать их лишней информацией.

Впрочем, то, что Женя увидела, выйдя из класса, её тоже не обрадовало.



Анна Мичи

Отредактировано: 24.11.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться