Во всём виновата месть

Глава 12. Сойти с дистанции

- Аня, ты даже не позавтракаешь? – с утра встречает мама и говорит как-то непривычно мягко. Кажется, даже почти робко. Или мне просто кажется это?

До сих пор не привыкла, что меня называют другим именем. Реакция заторможенная - весь выходной я провалялась в кровати, свернувшись клубочком под одеялом, а сейчас чувствую себя побитой собакой, которой предстоит одержать победу на соревнованиях. Такое себе состояние, откровенно говоря. Но я была бы не я, если бы сдалась. Я обещала, что одержу победу над мажором и поставлю его на место.

- Я не буду завтракать перед бегом, - отвечаю, массируя виски, где пульсирует тупая боль. - Тяжесть негативно скажется на организме.

- Точно. Прости, - мама виновато опускает глаза. - Я забыла, что соревнования уже сегодня. Если хочешь, я могу подвезти тебя?

Она выглядит взволнованной - пальцы теребят край блузки, взгляд мечется. Неужели дошло, что дочери мог не понравиться её выбор?

- Не стану отказываться, - пожимаю плечами, чувствуя, как каждое движение даётся с трудом. - Не хочется тратить энергию до соревнований. Только… Нам придётся взять с собой Захара. Он уже вышел и вот-вот будет у нашего дома.

- Конечно. Не проблема, - мама кивает, но в её глазах мелькает тень разочарования. - Правда, я хотела поговорить с тобой, но это можно сделать и после соревнований.

Она опускает голову, и я замечаю, как дрожат её ресницы.

- Думаю, да, - говорю суховато. - Сейчас мне не помогут выволочки.

- Нет-нет… - она поднимает на меня глаза, и в них столько неуверенности, что мне становится почти не по себе. - Я хотела поговорить с тобой о Георгии.

Ах, это!.. Она же не станет спрашивать разрешения, так о чём тогда говорить?

- Думаю, в такой ситуации можно сразу замять тему, - отрезаю я, чувствуя, как внутри поднимается глухое раздражение. - Ты сделала свой выбор.

Мама молчит - долго, тяжело, и в этой тишине повисает столько невысказанного, что воздух становится вязким.

- Я подожду тебя в машине, - говорит она, наконец, и разворачивается.

- Я быстро.

Я сажусь в машину и пишу Захару, чтобы сразу заходил к нам. Чем я думала, когда подавала заявку на соревнования? Смогу ли я выиграть? Знала ведь, что моральное состояние тоже имеет немаловажное значение, а меня потрепало достаточно хорошо - за эти дни я словно прожила маленькую жизнь, полную боли, открытий и разочарований. И всё-таки хочется посмотреть в глаза мажору, потерпевшему поражение.

Анька присылает сообщение с пожеланиями - порвать Золотаря и занять первое место, а тот, от кого я ждала хотя бы элементарного «Доброе утро», второй день игнорирует меня, словно оскорбился моей реакцией. Может, так и есть, и я должна была извиниться перед Кэшем? Но виноватой себя не чувствую. Мы и не ругались ведь даже! Да, я не сумела сдержать эмоции, но не сказала ему ничего плохого.

- Привет! - Захар ныряет в машину, раскрасневшийся после быстрой ходьбы. - Готова к соревнованиям?

- Привет! Ага… - выдавливаю улыбку, которая выходит кривой и натянутой.

Тут хочешь или нет, а надо показать лучший результат, потому что поцелуи с Золотарём в мои планы не входили. Даже мысль об этом вызывает тошноту.

Мама садится в машину, старается шутить - её голос звучит неестественно бодро, - но я чувствую сильнейшее напряжение между нами. Оно висит в воздухе, как грозовая туча, готовая разразиться ливнем. Она хочет поговорить, но объясняться должна перед Анькой… это ей жить с отчимом-тираном, если не захочет бороться за своё право остаться с отцом.

- Хочешь, я пойду с тобой? - предлагает мама, когда мы подъезжаем к лицею.

Отрицательно качаю головой. Интересного зрелища там не будет, а в её поддержке я не нуждаюсь - слишком поздно, слишком чуждо.

- В таком случае я зайду к директору, - она поправляет воротник блузки. - Хотела обсудить кое-какие вопросы. Удачи тебе.

Я отвечаю коротким кивком и спешу на поле, чувствуя спиной её взгляд.

Повезло, что первый урок нам отменили, а после соревнований всех напоят горячим какао в столовой - мелочь, а приятно.

«Соберись, Яна!» - даю себе мысленное наставление, сжимая кулаки так, что ногти впиваются в ладони.

Время летит быстро - вот уже участники собрались, перешёптываясь и косясь друг на друга, а учитель говорит, каким путём нам нужно будет бежать, показывая маршрут на карте. Несколько дорожек не отслеживаются, и мне это совсем не нравится. Там можно легко подставить подножку конкуренту - никто не узнает. Волнение становится сильнее, желудок сжимается в тугой узел, но я делаю глубокий вдох, как меня учил Кэш, и начинаю разминаться. Столько золотых медалей в соревнованиях с лучшими… Проиграю какому-то мажору? Ха! Пусть держит карман шире!

Рядом на месте бегает Света и пыхтит, как маленький ёж - её щёки раскраснелись, дыхание сбивчивое.

- Ты-то куда подалась? - фыркаю я, косясь на девушку.

- Раз моя сестрица идёт, чем я хуже? - она вскидывает подбородок, и в её глазах загорается вызов. - Я тоже решила принять участие. Или ты боишься, что я займу первое место?