Вода и Дракон

4. замок у моря

Два дня пролетели как обычно пролетают выходные: быстро, обидно и с ощущением, что меня кто‑то перемотал на ускоренной перемотке. За это время меня успели обмерить, обколоть булавками и обвесить тканями всех возможных оттенков синего и серебристого, а потом — торжественно выдать целый новый гардероб. Всё это добро тут же исчезло в гигантских сундуках, где мои платья, кажется, сразу начали размножаться делением. В библиотеке я выпросила себе пару часов тишины и кое‑как разобралась в том, куда именно меня занесло: мир оказался не просто волшебным, а с подробной инструкцией по магии воды, драконам и тому, как не угробить себя первым же заклинанием. Муженёк заглядывал на обед, вежливо интересовался моим самочувствием, но держался тихо и отстранённо, словно мы не женаты, а случайно сидим за одним столиком в переполнённом кафе. До супружеского долга дело не доходило, хотя о чём я — до банального держания за руки не доходило, максимум обмен вежливыми фразами и редкими взглядами.

И вот, когда все наконец были собраны, сундуки надёжно увязаны, а перед крыльцом выстроились в ряд самые настоящие кареты, я чуть не захлопала в ладоши: классика жанра, Золушка, только без тыквы и с лёгким привкусом паники. Я как раз сделала шаг к ближайшей, мысленно примеряя на себя роль чемодана, который сам залезает в багажник, как Тристан мягко, но очень уверенно перехватил меня за локоть и остановил.

— Ты к чему? — вырвалось у меня, когда он перехватил мой локоть.

— Не сюда, — спокойно пояснил Тристан.

«В багажник», — первым делом подумала я, но, к счастью для дипломатических отношений между мирами, вслух выдала:

— В карету?

— Лазира и её супруг не передвигаются по земле, — сказал он таким тоном, будто это прописная истина, записанная на первом листе местной конституции.

Я уже открыла рот, чтобы уточнить, с какого это момента мой способ передвижения кто‑то регламентирует, как из‑за угла вышел… конь. С крыльями.

Я моргнула раз, второй, для надёжности ущипнула себя за руку, потом потерла глаза. Картина не менялась: конь всё так же приближался, причём совершенно самостоятельно и с самым умным взглядом, который я когда‑либо видела у копытных.

— Это Крил, твой свадебный подарок, — негромко произнёс Тристан.

Шансов выдать хоть какой‑нибудь членораздельный звук у меня не было, поэтому я лишь продолжала по очереди таращиться то на мужа, то на уже остановившегося прямо передо мной светло‑серого коня с невероятно красивой белой гривой и, чёрт их возьми, крыльями.

Так, ладно. Вспоминаем годы стрессовой работы, делаем глубокий вдох… выдох… всё, вроде отпустило.

— Я не упоминала, что с высотой у меня так себе? — уточнила я, не сводя взгляда с крыльев. — И на лошадях я, конечно, каталась, но они, как бы это сказать, не пытались взлететь.

— Крил не даст тебе упасть, — спокойно ответил Тристан. — Он обладает своей магией.

В своё время я очень любила конный спорт и даже пару лет честно занималась, потому точно знала: это спорт, а не безобидная прогулка по облакам. К счастью, предвидя долгую поездку, я выбрала наряд из облегающих штанов и длинной туники с разрезами по бокам, но вот на ногах у меня были почти тапочки. Как я буду в стремени держаться? Так, стоп… стремя, седло… а, собственно, где всё это?

— А где стремя и седло? — не выдержав, озвучила я вопрос.

Тристан посмотрел на меня с лёгким скепсисом:

— Это пегас. Тебе ничего не нужно. Крил — разумное создание и станет тебе другом на всю жизнь, если не будешь относиться к нему как к животному.

Я неожиданно почувствовала себя неловко. Получается, тут реально разумное существо, а веду себя я как типичное парнокопытное на собеседовании. Сделав шаг вперёд, я остановилась рядом с конём:

— Здравствуй, Крил. Приятно познакомиться, — насколько смогла серьёзно произнесла я.

Конь приветственно фыркнул и слегка склонил голову. М‑да… точно понял. Ну всё, я его уже люблю.

— Крил, понимаешь… я не совсем знаю, как на тебя залезть и что потом делать, — честно призналась я.

За спиной Тристана раздалось что‑то среднее между хрюком и смешком, и пегас так осуждающе на него посмотрел. Ну всё, я его уже люблю.

Крил аккуратно прилёг, приглашая меня, и я, кое‑как сохранив остатки достоинства, забралась ему на спину. Он плавно поднялся, будто мы проделывали это уже сотню раз.

Я повернула голову к Тристану — и вместо мужчины увидела уже большого дракона. Челюсть сама собой поползла вниз.

Дракон‑Тристан был как минимум три фуры в длину и этажей три в высоту. Тёмно‑синий, с разбросанными тут и там полосами то ли красного, то ли ярко‑оранжевого цвета — завораживающе красиво и слегка нервно для неподготовленной психики. Слава богу, лететь предстояло не на нём. Я кое‑как вручную подняла с земли отвисшую челюсть и попыталась сосредоточиться, тем более что дракон повёл огромной головой, недвусмысленно намекая: пора в небо.

В следующую секунду по коже пробежали чужие мурашки, лёгкое тепло окутало тело, будто кто‑то накинул невесомый плед. Крил чуть повернул голову, явно спрашивая, готова ли я.

— Ладно, дружок, давай попробуем, — прошептала я. — Только, я тебя умоляю, не урони. Лепёшка на земле — очень не мой стиль.

Пегас весело фыркнул, сделал пару шагов, перешёл в рысь, затем в галоп — и взмыл ввысь. Я даже не свалилась, чем искренне собой гордилась: тело само вспомнило, как двигаться вместе с конём, хотя уже в воздухе пришлось судорожно вцепиться в гриву.

Полёт был… волшебным. Когда паника немного отпустила, ощущения стали просто невероятными: ветер в лицо, серебристые облака вокруг, главное — вниз особенно не смотреть, там явно было слишком много высоты. В какой‑то момент сбоку неспешно пристроилась многотонная драконья туша, которой, кажется, лететь было так же легко, как Крилу. Я чуть расслабилась. И вот зря…

Вдруг Крил сделал резкий рывок вправо. Меня ощутимо качнуло, но тёплая волна его магии будто придержала, не давая сползти куда‑нибудь в сторону неминуемой смерти. Не успела я толком выдохнуть, как нас так же резко дёрнуло в другую сторону.