Водонепроницаемость

Кофе с еловыми ветками

— Лёша? — не поняла Ольга, приподняв брови и отмечая, что Еременко никогда не вел себя таким образом. Даже несмотря на то, что Дубравина, конечно, не считала себя «Мисс Вселенной», но объективно понимала, что природа в её случае не поскупилась. И порой, имея возможность случайно услышать восторженные рассказы подчиненных о ревности со стороны любимых мужчин и горячем выяснении отношений, Оля ловила себя на странном, едва уловимом чувстве… Зависти? Потому что Еременко скорее будет ревновать читательскую аудиторию их журнала к другим изданиям, чем её к другим мужчинам.

— Это он твой тайный информатор о допинге? — нахмурился Алексей, на секунду вводя Дубравину в ступор, а затем с непониманием наблюдая за тем, как она залилась смехом. Да, Кравцов имел самое непосредственное отношение к сборной по плаванию, но Оля обратилась бы к нему в самую последнюю очередь и в совершенно безвыходной ситуации. И то не факт!

— Нет, Лёша, — всё ещё с улыбкой ответила Ольга, наконец, поставив изящную статуэтку на столик в прихожей, а затем снимая светлую дубленку, вешая её в шкаф.

— Ладно, — сразу же расслабился Еременко, а затем растянул губы в улыбке, наблюдая за действиями Оли, — а с партнершей это он здорово придумал, мы оценили.

— Мы? — не поняла Дубравина, с блаженством сменив сапоги на высоком каблуке на мягкие, уютные тапочки.

— Катя прислала мне ссылку на прямую трансляцию, мы включили её во время верстки, — пояснил он, заставляя Ольгу на мгновение задуматься о том, зачем пиарщику Министерства спорта это делать. — Ты голодна? Я успел пожарить яичницу. С помидорами, как ты любишь.

— Если честно, да, — созналась Оля, вспоминая Кравцова, который был рядом почти весь вечер, и перехватить что-либо в его присутствии не представлялось возможным.

— Отлично, — кивнул Алексей, устало снимая очки, а затем бросил взгляд на награду, полученную Ольгой, — завтра же поставим в холле и будем гордиться тем, что у нас работает журналист года.

— Спасибо, — смущенно ответила Оля, воспринимая эту фразу как похвалу. Да, ей хотелось бы большего, хотелось, чтобы Алексей был рядом в этот вечер, чтобы видел её на сцене, чтобы сразу же кинулся обнимать, как только она вернется домой. Но Лёша не был таким человеком. Темперамент его никогда не был горячим, а вся любовь, кажется, сосредоточилась лишь на «Спортивной стране». И всё это она знала с самого начала их отношений.

— Я спать, устал ужасно, — сдерживая зевоту, произнес он. Проходя мимо Ольги, Леша едва ощутимо поцеловал её в лоб, а затем скрылся в спальне.

Несколько секунд Дубравина стояла на шевелясь, смотря на своё отражение в большом зеркале шкафа. Она прекрасно выглядела — белое платье, отличный макияж, но при этом на лице не было ни тени счастья, которым она должна быть наполнена сегодня. А в душе отчего-то пустота. Холодная, как её кристально-голубые глаза. Дубравина опустила взгляд вниз, замечая, как «хорошо» сочетается вечернее платье с пушистыми тапочками. Это заставило её пусть и грустно, но всё же улыбнуться, а затем отправиться на встречу ночному жору, проспонсированному скромными кулинарными умениями Лёши. Не пропадать же яичнице…

***

Оля сидела за столом в своем кабинете. Последние рабочие дни уходящего года она никогда не любила. Все статьи уже написаны, отчеты сформированы, а она, хоть и сидит в издательстве, не может ничем занять свою голову, отчего туда лезли совсем не те мысли. Дубравина была бы счастлива отдаться размышлениям о предстоящих праздниках, о долгих выходных, о том, как они проведут много времени вместе с Лешей, но в голове будто стоял заслон, не позволявший этого сделать. Вместо этого, откинувшись на спинку офисного кресла, Оля вновь и вновь прокручивала в голове один и тот же разговор…

— Мне сказали, что вам можно доверять, — с напускной серьезностью начала Оля, на мгновение поразившись тому, насколько шаблонно и «по-детективному» замыленно звучит эта фраза.

— А мне сказали, что вам необходима моя помощь, — в тон ей строго ответил спортивный врач, взяв чашку с крепким кофе, желая согреть руки, так как они всё ещё не отошли от мороза, царившего за окном небольшого кафе, в котором они встретились. — Что случилось?

Оля взволнованно вздохнула, пытаясь вспомнить, когда в последний раз испытывала такое. И если раньше это могло быть обусловлено прежней неопытностью и неуверенностью в себе, то сейчас — искренним страхом, что этот человек может оказаться по ту, «нечестную», сторону отечественного спорта и загубить её «расследование» на корню. Хотя предпосылок для этого не было. Оля понимала, что не может пойти к врачам сборной по плаванию, но ей была необходима консультация именно спортивного врача, который обладает специфическими знаниями. А так как среди знакомых атлетов, с которыми были неплохие отношения, большую часть составляли фигуристы, то и просить о помощи пришлось через них. И вот, спустя пару дней, она уже была здесь — на встрече с молодым, но уже очень опытным врачом — Антоном Берестовым.

— Мне нужна консультация по поводу плавания, — начала Оля, а затем, заметив смятение на лице собеседника, поспешила пояснить: — Я знаю, что это не ваш профиль, но в любом случае основы спортивной биомеханики одинаковы для всех. И в чисто атлетических показателях состояния тела вы тоже разбираетесь.

Оля хотела добавить в конце умоляющее и полное надежды «так ведь?», но сдержалась, пытаясь оставаться хладнокровной. Насколько это вообще было возможным.