Водонепроницаемость

В стране утренней звезды

Send me an Angel - Scorpions

Оля моргнула, пытаясь прийти в себя. Она продолжала стоять на пороге квартиры Влада не в силах сделать шаг вперед. Как минимум потому, что шагать было некуда. Вся прихожая была разрушена. Небольшой комод лежал на полу, щедро усыпав своим содержимым в виде различных ключей, конвертов, бумаг и шапок черный керамогранит. Металлическая обувница, в окружении разлетевшихся кроссовок и ботинок, так же гостеприимно распласталась у ног Дубравиной. Зеркало, обрамленное серебряной рамой под старину, ранее занимавшее место на стене, чудом не разбилось, оказавшись в арочном проеме между коридором и гостиной.

— Вла-ад? — несмело позвала Оля, а затем несколько секунд ждала ответа из глубины квартиры, но звенящая тишина не прервалась.

Оля крепче сжала кожаный ремешок сумки и на мгновение поджала губы, размышляя о правильности вторжения в чужую квартиру без разрешения хозяина. Но через секунду разогнала эти мысли, понимая, что важнее всего сейчас состояние Влада. Тут же шагнула внутрь и наклонила голову, осторожно смотря под ноги в страхе на что-либо наступить. Сняв сапоги, Оле пришлось лавировать между обломками мебели и разбросанных вещей, чтобы преодолеть прихожую. По пути она успела бросить быстрый взгляд в приоткрытую дверь ванной — там всё было в порядке. Видимо, Кравцов сшибал лишь то, что попадалось ему на пути, а умываться перед уходом в неизвестном направлении он, к счастью неповрежденной керамики, не планировал.

В огромной гостиной, которая была ещё и спальней, дела обстояли не лучше. Большая деревянная стенка лежала на полу, а всё, что было на ней, валялось в разных концах комнаты. Даже плазменный телевизор лежал экраном вниз, и Дубравина не осмелилась поднять его, чтобы убедиться, что он не разбился. Несколько медалей, подобно мусору, а не драгоценным вознаграждением за титанические нагрузки, беспорядочно покоились на полу, постели и диване, опрокинутом сидением вниз. Оля наклонилась, чтобы поднять одну из них — ту, что была серебряной с широкой голубой лентой. Но, сделав крошечный шаг вперед, сморщилась от боли, внезапно пронзившей стопу через тонкие колготки.

— Да чтоб тебя… — прохрипела она, сдерживая рефлекторно проступившие на глазах слёзы от болезненного укола осколком. Она приподняла ногу, вывернув её так, чтобы взглянуть на стопу. Осколок не проник в кожу. Он был слишком большим и остался лежать на полу, но при этом успел оставить небольшой прокол и порвать черные колготки. Сделав шаг назад, Ольга обнаружила разбившуюся рамку с фотографией, на которой счастливо улыбался юный Влад и его родители. Оля присела на корточки и обхватила фотографию, стряхнув с неё стеклянные крошки, и мысленно отметила, что необходимо убрать их как можно скорее, иначе стопы рискуют превратиться в кровоточащее решето.

Дубравина вгляделась в широкую, искреннюю улыбку Кравцова, ощутив волну боли и желание вернуться в тот вечер, когда он забрал её из бассейна и привез к себе. Тогда она точно так же смотрела на эту же фотографию, но испытывала совсем другие чувства. Тогда Влад ещё был собой. А сейчас от него остались лишь осколки того, что было ему дорого. Осколки его жизни и побед.

Оля ещё раз обвела гостиную взглядом и поднялась, чтобы положить фотографию на постель, что уцелела на пару с журнальным столиком. Обследование кухни, на которую Оле тоже пришлось заглянуть и с горечью вспомнить самое вкусное в жизни какао, тоже не обрадовало. Тарелки, чашки, бокалы, разлетевшиеся вдребезги, щедро усыпали своими керамическими и стеклянными «останками» как кухонные поверхности, так и пол. Радовало лишь то, что столовые приборы разбиться не могли чисто физически. И убрать их — было меньшей из проблем.

Не долго думая, Дубравина скинула верхнюю одежду, отыскала швабру, мусорные пакеты и принялась наводить порядок. Несколько раз она прерывалась, чтобы позвонить Кравцову, но «абонент» упорно не желал появляться в сети. Решив, что рано или поздно Влад вернется домой, Ольга не торопилась уходить из квартиры, хотя стрелки часов уже пересекли отметку в девять вечера. Приводя в порядок гостиную, среди разбросанных вещей Дубравина обнаружила англоязычный журнал, у которого была оторвана обложка. Но Оле хватило одного лишь взгляда, чтобы понять, что в руках у неё — американский «Спортс Иллюстрэйтэд». Она бережно пролистала увесистое издание, на страницах которого мелькали звёзды мирового спорта, а затем отложила журнал в сторону, заметив торчащую из-под опрокинутой стенки целую стопку других газет и журналов. Рядом с ними Оля обнаружила и оторванную скомканную обложку «Спортс Иллюстрэйтэд». Разгладив плотную глянцевую бумагу, Оля увидела на ней обнаженного по пояс Кравцова. По его груди и торсу стекали капли воды, подчеркивая рельеф мышц, а строгий, самоуверенный взгляд зеленых глаз смотрел в самый центр. Так пристально и глубоко, что Дубравина на мгновение смутилась и заставила себя отвлечься на заголовок — «Когда вода закипает: Владислав Кравцов о тренировках и жизни на две страны в статусе сильнейшего пловца мира». Оля грустно улыбнулась, представляя, какой ажиотаж был в Штатах, после выхода номера с Владом. И дело не в горячей обложке, от которой закипала если не вода, то кровь молодых девушек как минимум. А в том, что ведущий американский спортивный журнал поместил на обложку пловца из России, несмотря на то, что плавание — обожаемый американцами вид спорта, а сборная РФ — главный конкурент их национальной команды.

Поддавшись соблазну, Дубравина опустилась на постель с журналом в руках, нашла большое пятистраничное интервью Влада, приправленное отличными кадрами с фотосессии в строгом костюме, и позволила себе окунуться в него с головой. Кравцов достаточно откровенно рассказывал о своих впечатлениях о жизни в Америке, о своих ежедневных нагрузках, об огромной для простого смертного, но не для него самого суточной калорийности рациона. И, конечно, корреспондент поинтересовался его личной жизнью.

«Совсем недавно закончились мои отношения с девушкой, с которой я был почти год. Причин раскрывать я не буду, скажу лишь, что мы остались друзьями. Она замечательная девушка, но так сложилось. Мне кажется, свою единственную я ещё не встретил. Думаю, когда это произойдет, меня будто ударит молния. Хотя, возможно, она уже есть в моей жизни, в числе моих знакомых, но пока не настал правильный момент. Уверен, свою женщину я не упущу».