Воды Артемиды Царствование Александра Ii

Глава 16 1861 год итоги

Павел Федорович слегка дремал на сиденье своей кареты, пока она везла его в Зимний дворец, в Адмиралтейство. На дворе был ноябрь с его сугробами и вьюгами, а потому карета спокойно скользила на лыжах, не тревожа своего пассажира. Русско-турецкая война закончилась, и все вроде бы прекрасно, но нет.

Война прошла, а Российская империя в долгах, к тому же с точки зрения кораблестроения все тоже не очень, а потому, Павел Федорович имел право поспать после напряженной работы с бумагами. Все войну он только и знал, как заполнять счета, доклады, обобщать ход боевых действий императору, это не та, романтическая работа в штабе, где адмиралы и офицеры сидят за картой и рисуют планы, это та работа, где ты имеешь дело с цифрами и только с ними.

Сон Павла Федоровича закончился с подъездом к входу в 5 корпус. На страже стояли трое солдат с 3-х линейной винтовкой, зарекомендовавшей себя не только на войне, но и в караульной службе – она была легче, удобно лежала в руке и караульные меньше уставали.

Вроде бы, командующему ВМФ ничего не угрожало, даже орден Александра Невского вручил сам император, но, увы, его ожидал разнос, разнос оттуда, откуда не ждал, от контр-адмирала Победоносцева.

-“… Броня орудийной палубы на Афине держала попадания турецких 18 фунтовых и 64 пудовых бомб прекрасно, но нос и корма наших кораблей не обладали и половиной стойкости и прочности, какую вы закладывали. Так, «Артемида» получила всего одно попадание 64 пудовой бомбы, от которой она буквально лишилась носа, значительно снизив свою максимальную скорость, соответственно и скорость всей моей эскадры…

… 3-х дюймовые пушки верхней палубы не имеют достаточной защиты, из-за чего экипажам всех кораблей пришлось их оставить, во избежание излишних жертв, поскольку их боевая эффективность по крупным целям близка к нулю. Так же, прошу заметить, что могущество 6-ти дюймового фугасного снаряда не достаточно для поражения таких целей как корабли 1-го ранга, потому я рекомендую, нет, требую заменить часть орудий как минимум на 8-ми дюймовые…

… Паруса показали свою не эффективность ввиду малой площади и высоты установки, потому, мои капитаны рекомендовали превратить Афину полностью в пароход, демонтировав мачты…

… И наконец, я и большинство в штабе Средиземноморского флота, считаем что Афина – боевой корабль, а не прогулочная яхта, а потому следует полностью отказаться от 2-х палубной схемы за счет отказа от помещений нижней палубы…”

(Примечания: Афина в данном случае не отдельный корабль, а тип «Афина». 6 дюймов – 152мм, 3 дюйма – 76мм )

Павел Федорович молча слушал доклад контр-адмирала, то, что он видел сейчас, это совершенно обыденный политический ход. Победоносцев снимал часть ответственности за целый ряд упущений в тактике и стратегии, перекладывая ее на вверенные ему корабли, погодные условия и так далее, а в свою очередь, деятели вроде генерал-адмирала Константина Николаевича этому способствовали. Павлу так же пришлось выслушивать заявления капитана 3-го ранга Комарова, командующего флотилией миноносок, приписанных к Севастополю:

-“… Миноноски Камыш оказались полностью не пригодными для успешной атаки турецких пароходов, введу малой скорости в 12 узлов и высокой шумности своей паровой машины…

… Миноноски Гоголь обладают недостаточной мореходностью, из-за чего уже при волнении в 4 бала судну с установленной шестовой миной грозит переворачивание, что ограничивает их применение по целям вне прибрежной зоны…

… Миноноски Буян показали себя пригодными для атаки большинства целей в морской зоне, но скорость в 18 узлов не позволяла успешно преследовать цель…

… В целом, шестовая мина показала свою пригодность для борьбы по кораблям 1-го и 2-го ранга, но их использование по меньшим кораблям пугает своей неэффективностью, так как миноноски всех вышеуказанных типов имеют слишком большой радиус циркуляции…”

Доклад Комарова был предсказуем, о всех вышеперечисленных недостатках миноносок все знали еще до войны, но устранить их в ближайшее время не представлялось возможным: требовались более скоростные и при этом тихие паровые машины, так же необходимы самодвижущиеся мины( торпеды) для повышения шанса успешной атаки.

После Комарова докладчиком выступал Валерий Иванович Щука:

“… В сражении у острова Сицилии английские 24-х фунтовые орудия броненосца Джон Гарус оказались неспособными нанести заметный урон внутренностям французскому броненосцу Жэно, что позволило тому успешно протаранить себя…

… Французские 83-х фунтовые мортиры оказались непригодными для использования на верхней палубе боевого корабля в незащищенном виде, поскольку подрыв подаваемого заряда приводит к детонации рядом стоящих 18-ти фунтовых пушек…

… Испанские 410мм бомбические орудия показали себя недостаточно скорострельными, при нагреве ствола она падает с 1 выстрела в 4 минуты падает до 1 в 15 минут. Да ее действие по кораблям 1-го ранга носит спорный характер, поскольку бомба имеет слишком чувствительный взрыватель…

…В целом, таран являлся единственным надежным средством поражения цельнометаллических броненосцев, так как вся сегодняшняя артиллерия имеет слишком слабое за броневое воздействие…”

По окончании докладов, присутствующие стали расходится – решение о дальнейшем развитии примут в течение следующей недели.

К удивлению Павла Федоровича к нему подошёл адъютант его величества с приглашением на завтрашнее совещание Артиллерийского комитета. Павел с неудовольствием посмотрел на Александра II с дочкой Марией на руках. Так было не принято, нельзя приглашать человека на столь серьезное заседание, не давая ему времени на подготовку. Сейчас был уже вечер, он не умел возможности даже ознакомится с тематикой заседания и личностями выступающих.

На следующий день Павел отрешенно сидел на заседании Артиллерийского комитета, периодически посматривая то на выступающих, то на императора, то на Марию Александровну, пытающуюся не заснуть, что было похвально, учитывая ее 10 летний возраст.