Воды Артемиды Царствование Александра Ii

Глава 27 Артиллерия будущего

Пока господа заседали над новой судостроительной программой, оружейники из Тулы пересмотрели свои взгляды на мир. Во время работы над русским 3-х линейным пулеметом, они столкнулись с целым вагоном и маленькой тележкой проблем, вдобавок, великий князь по их просьбе прислал 3-х линейный пулемет Шелера. На живом пулемете русские увидели мастерство немцев и осознали, что путь, по которому они пошли, не сулит им быстрого решения. Перспектива самим разработать пулемет раньше, чем наладят производство пулеметов Шелера – никакая.

Результатом падения на землю стал взлет в небеса. Павел Федорович разработал тяжелый 5-ти линейный пулемет, почему не разработать что-то крупнее и при этом нужное?

Ответом Тульских оружейников стало появление в 2,3 дюйма автоматической пушки(57мм) на классическом экстремальном порохе. Это орудие гордо взирала на артиллерийское управление на московском полигоне.

Чиновники не могли понять, что это такое?

В Европейских странах уже встречались пушки Гатлинга калибром в 37мм или 1,5 дюйма. Их в основном применяли на флоте, а тут такое и для сухопутных войск.

Чиновников быстро образумило начало стрельб – сколько орудие не стреляло, лафет почти не двигался. На пушке не было противооткатных устройств. Русские мастера напрямую заимствовали принцип отскока головки с иглой и вращение затвора с 3-х линейной винтовки Павла. Фактически использовался принцип безоткатного орудия, однако, из-за высокой энергоэффективности классического экстремального пороха, фугасный снаряд разгонялся до 450 м/с, а бронебойный до 750 м/с.

Для всех, это огнедышащее устройство, глотающее снаряды из приемника с направляющими на 7 унитарных снарядов, постоянно пополняемым пачками по 5 снарядов, выглядело призраком из далекого будущего.

Артиллеристы метко дырявили мишени, выполненные из досок с натянутой белой тканью. Кучность у этой пушки наблюдалась достаточная. Хотя, чиновникам не с чем было сравнивать. Пушки такого калибра еще никогда на Артемиде не стреляли очередями, даже короткими по 5 снарядов.

К несчастью или к счастью, в Туле не смогли изготовить больше сотни выстрелов, а потому и не вскрылось главная проблема – усталость возвратно-поворотной пружины.

Когда Павлу пришло письмо в июле 1864 года с просьбой провести всесторонние испытания для принятия на вооружения флота, он сразу им отказал, а в ответном письме посоветовал предложить армии именно однозарядный вариант этого орудия на легком лафете.

Конечно, решение проблемы было, потому Павел Федорович написал в Архангельск, чтоб оттуда прислали возвратно-поворотную пружину, выполненную указанным способом и из определенной марки стали.

Тульские оружейники вняли совету Павла и действительно представили однозарядный образец для армейских испытаний. Хотя, автоматическое изделие тоже привезли.

Итог оказался ожидаемым: автоматическая 57мм пушка израсходовав ресурс своей пружины, вышла из испытания, а однозарядная смело завершила их.

Так армия приобрела 2,3 дюймовую горную пушку. Дело в том, что 3-х дюймовку пытались приспособить для таскания по горам, но она для этого была слишком тяжелая. Лучше что-то, чем ничего.

4 августа 1864 года в Коврове открылся пулеметный завод. Его задачей был выпуск 3-х линейных пулеметов Шелера под немецкий патрон. Не смотря на первоначальные планы по закупке всего оборудования в Пруссии, реально большую часть станков произвел Архангельский завод. Основной причиной этому стало перевооружение прусской армии. Она требовала все больше и больше винтовок, патронов, орудий, пулеметов, а потому затягивала с поставкой оснастки. Ковровским рабочим придётся самостоятельно приспосабливать русские станки под немецкие технологии.

Архангельск к лету 1864 года полностью преобразился – трудно было поверить, что в 1862-1863 годах в городе свирепствовала чума. Улицы наводнили приезжие в поисках работы. Выпуск металлопродукции постоянно нарастал. По центральной улице пустили конку. Безбородов с гордостью смотрел на карту – уже к октябрю планировали запустить Тихвинскую железную дорогу. С ее появлением, навсегда можно будет забыть о трудностях доставки тяжелого оборудования. Сейчас приходилось сплавлять его по рекам или морем – летом, а зимой – на ползунках.

1864 год, стал годом стали в Российской империи. Россия не просто выплавляла больше всех, а выпускала половину мирового объема металлопроката. Не последнюю роль в этом сыграли открытые месторождения угля, марганца, никеля, цинка в западной Сибири. Не малый вклад в это дело внесли и химики во главе с Менделеевым. Но двигателем прогресса стал Кузьма Гаврилыч, организовавший опытное производство на Архангельском заводе, а после – инициатором создания 3-х металлургических комбинатов на Урале. Он стал примером для всех трудяг, выбравшись из черного крестьянства своими силами, став в итоге русским промышленником.

Эти успехи и позволили Павлу Федоровичу заложить свой стальной флот. Первыми спустили миноноски дневного типа. Их строили преимущественно из дерева, оснастили паровой машиной в 800 л с, разгоняющей лодку до 30 узлов в хорошую погоду. Судно еще не получила свое пулемётное вооружение: Лужский пулеметный завод еще не построили, а Ковровский только начинал осваивать производство. Пока на вооружении лодочка имела только 2-е заряженные торпеды и 2-е торпеды в запасе.

Ночные миноносцы только закладывали. Они требовали для своих корпусов немало стали, а значит и оснастки, для своего изготовления. Проблемы, возникшие с их производством, слегка остудили головы воякам, желавшим налепить побольше броненосцев. Несмотря на меньшие размеры, ночные миноносцы требовали квалифицированных рабочих в существенных количествах. Корабли типа «Афина» были проще в изготовлении, поскольку имели широкие допуски в изготовлении отдельных деталей и узлов. Зазоры в броневых листах просто шпаклевали, в лучшем случае, наваривали заплатку из обрезков стали. С новыми миноносцами ночного типа это – не прокатывало, они рисковали бы затонуть еще при спуске на воду.