Водя рукою по стене

Часть 8 и эпилог

8.

***Группа 6.

Всё закончилось. В комплексе почти воцарилась тишина, что встречала их ранее, когда только они только спускались вниз, абсолютно не зная, что их ждёт. Обитатели спустились вниз, до сих пор невозможно было понять, как они так бодро передвигаются не имея зрения.

Капитан открыл глаза, взгляду его предстало звездное небо Сада, имитация, но так красиво. Он почти не запомнил противостояния Лизы и Объекта, потому как боль от ожога была невыносимая, даже сейчас они горели так, словно он держал их в кипящем масле. Подняв ладони, он обнаружил кроваво-красную обуглившуюся корку вместо ладоней и пальцев, кое-где плоть выжгло до костей. На секунды проваливаясь от боли в темноту, а потом вновь возвращаясь в сознание, он слышал, как вокруг него бегает сержант и что-то бубнит себе под нос.

- Ты держись, капитан, до свадьбы заживёт. Тут фигня, всего лишь кистей рук не хватает, а так ты цел целёхонек!

- В отличие от… - Капитан не договорил, подошёл боец его группы.

- Давай не будем, капитан. Сами еле живы остались. Благодаря ему, он девочке время дал. Чёрт знает, но поверил в неё, поверил, что справится, но от самого, даже пепла не осталось.

- Мы все верили, вариантов почти не было. – Тихо ответил капитан, снова почти потеряв сознание.

Бойцы повернули головы, а в стороне, окруженная обитателями стояла Лиза, дрожа всем телом. Тридцать девятый подошёл к ней и накинул на нагие детские плечи плед, неведомо как оставшийся целым, после дьявольского танца молний и огня, что устроит в Саду Объект. В его руках они увидели ещё кое что, белого медвежонка в потрепанной шапке, с неразличимой надписью, давно стёртой временем.

У каждого в голове, девичьим голосом, пронеслось «благодаря вам всем я тоже поверила».

Белый мишка, которого Лиза держала в руке, висел на одной, почти оторванной лапе.

- Что с шариком? – Спросил у неё сержант шуточным тоном, хоть немного разряжая обстановку запустения и нескрываемой грусти.

- Он теперь моя забота, и моё бремя. Пока кто-то из нас не исчезнет. – Она взглянула на бойцов глазами, вовсе не детскими, в них читалась некая мудрость, словно эта маленькая девчушка прожила на свете в десятки раз больше каждого, кто сейчас окружал её в этот момент. А за её спиной, приподняв от гордости лица, стояли и смотрели в их сторону, черными провала глазниц, обитатели. – Нужно идти, собирайтесь, нас ждёт долгий путь.

***Данченко 6.

Все они выстроились перед запертой гермодверью, в ожидании. Старший сопровождения пугал информацией с графиков, поясняя, что внутри высвободилась энергия, без малого, электростанции, питающей средних размеров город, а потом всю эту энергию поглотила другая сила, судя по всему гораздо более страшная. Но сейчас графики молчали уже почти с десяток часов. Сейчас генерал ждал свою группу, спецы Данченко – просто завершения операции, сам же он ждал тех, кто пол века пробыл внутри, в заточении страхов и бетонных стен. И её. Прохладный слабый ветерок дул в спину, как бы нехотя подгоняя ближе к двери, иди, не стой на месте. Минуты ожидания, казалось, растягивались на часы, не будь это столь желанным он бы не выдержал и начал кричать, на всех вокруг, в пустоту, на себя.

Генерал стоял в стороне и молчал, руки его были сведены за спиной и смотрел на него, виновника того, что случилось, того, кто решил откопать и сдуть пыль с давно позабытой тайны. Мог ли он иначе? – Данченко этим вопросом не задавался.

Раздался свист выпускаемого воздуха и двери постепенно открывались, вначале тонкой чёрной нитью, а после полностью, показывая начало туннелей Объекта. В свежесть прохладного леса пыхнуло затхлым воздухом. Он посмотрел на старшего спеца, по-прежнему стоящего у мониторов, и тот пожал плечами, напряжение к дверям никто не подавал, они не должны были открыться. Некоторые из его бойцов вскинули оружие, но он указал рукой – опустить. Из черноты бетонных сводов, среди проблесков резервного освещения, в красном свете показались семь фигур, шесть взрослых и позади, чуть поодаль, одна маленькая детская, в руке у неё висело нечто похожее на мягкую игрушку. Он было сделал шаг вперед, но заставил себя стоять на месте и только генерал отметил то движение. Его бойцы побежали к выходящим, быстро добравшись они хотели накинуть на них термо одеяла, но первые трое, бледные, с черными глазницами вместо глаз, тонкие, что казалось малейший поток ветра задует их обратно в туннели, как осенние листья, подняли руки перед собой, жестами показывая, что не нуждаются в помощи. Они сторонились людей, по сути сами будучи людьми.

За ними двое бойцов группы генерала, неся между собой еле остававшегося в сознании капитана. Генерал двинулся к ним, внешне пытаясь сохранять спокойствие. Данченко знал насколько он переживал. Он махнул рукой, и медик побежал к капитану.

Девочка шла все медленнее, и тут он увидел её глаза, все увидели. Данченко двинулся ей навстречу, очень медленно, выверяя каждое движение, он вёл себя так, как хищник, боящийся спугнуть добычу. Но она не была добычей. Девочка остановилась, не дойдя с десяток метров до выхода и смотрела ему в глаза, своим горящим белым взором, полным одновременно гнева и усталости. Он подошёл и опустился рядом с ней на одно колено, фальшиво кряхтя.

- Ну здравствуй… Лиза.