Воин на полставки

Глава 15. Горечь утраты, сладость обретения

Конечно же, богатый опыт прохождения пиратских онлайн-игр не мог привить мне навык управления настоящим судном в открытом море. Скажете вы. Но, йо-хо-хо, черта с два, когда жизнь ставит тебя перед определенным выбором, нет времени на всякие сокрушения. Работай с тем, что есть, и не жалуйся.

– Право руля! Нет-нет, в другое право! – раздавала я указания Шену, способному крутить рулевое колесо в рубке почившего капитана Джихэя одним только указательным пальцем.

– Другое право – это лево? – тактично уточнил у меня здоровяк.

– Не время задавать вопросы, Шен! – укоризненно уставилась я на него, как на маленького нашкодившего ребенка.

Странно, но в таких темпах мы всё-таки сумели добраться до края острова Сяохай. Спустя неделю. Сточив при этом все съестные припасы на корабле, вдоволь наругавшись с неуверенным в наших шансах на выживание Хёном…

К счастью, способности среднего брата читать карты и звездное небо помогли нам куда больше, чем весь наш оптимизм вместе взятый. Но я так и не решилась поблагодарить его за это. Как и за то, что он избавил меня от вредного влияния Юаналая.

Каждый раз, когда я хотела заговорить с Хёном, вспоминала его перекошенное от гнева лицо. И слова о том, что он никогда не считал меня хорошим воином. Гордость и обида брали свое. Я молча проходила мимо, отведя взгляд. Он делал точно так же. Неужели, у нас не было ни единого шанса примириться друг с другом?

Судя по словам братьев, наш путь совсем скоро должен подойти к концу. Лишь следующий остров отделял нас от горы Духов. По истечению пути наши с Хёном дороги разойдутся?

Этим вопросом я занимала себя долго. Даже тогда, когда, не сумев справиться с управлением у края острова, мы спешно ретировались с корабля. Тогда, когда мои ноги коснулись земли острова Чаузы. Тогда, когда по самые икры увязла в первой же трясине.

Я любила Хёна. Глядя на его самодовольное лицо с извечно вздернутым гигантским подбородком, в глаза, искрившиеся от очередной насмешки надо мной. Но это было сложно. Очень сложно.

А еще уже спустя несколько дней, проведенных на мрачном острове Чаузы, испещренном искореженными стволами деревьев и вонючими топями, на меня накатила волна самой жуткой депрессии в моей жизни. В обеих моих жизнях. Возможно, виной тому была темная энергетика острова, стонавшего, плакавшего, зовущего. Или же мои никчемные достижения, которые и достижениями-то было не назвать.

Конец моего паломничества близок. Но что я сделала для того, чтобы заслужить Соуль? Разве, чья-то душа, питая надежды на достойного хозяина, выберет мое оружие своим вечным сосудом? Рискнет ли стать спутником столь нерадивого воина, как я? Да и не воин я вовсе. Если только на полставки.

В один из дней, когда противный моросящий дождик поливал наши головы, а ноги увязали в грязи по самую щиколотку, всё и произошло. Правда, к которой я шла всё это время с таким же стремлением, с которым тянулась к вершине горы Духов. Признание, мечты о котором лелеяла, сжигая себя изнутри чувством вины.

Но в тот роковой момент депрессия моя, казалось, достигла того самого пика, когда о последствиях особо не задумываешься. Когда готов идти напролом потому, что тебе становится просто всё равно. Просто наплевать. Тогда к чему сдерживать себя? К чему весь этот глупый фарс, если достаточно нескольких слов, чтобы прекратить его?

– Уверен, сестренка, ты и не такое видала в первом своем паломничестве, – как всегда, пытался утешить меня Шен, похлопывая по плечу. – Переутомление. Всего лишь переутомление.

– Да, сестренка Айлин, ты намного сильнее этого, – пристроился ко мне Сюн с другой стороны и прижался щекой к моему плечу. – Если сумела бросить вызов самому брату Императора, то и теперь справишься!

Я почти поверила. Почти поверила в то, что я и есть она самая. Лао Айлин. Их дорогая сердцу сестра. Но стоило мне поднять голову, обернуться и наткнуться на сдвинутые брови Энлэя и Хёна…

…и моя вера тут же дала сбой.

В глазах защипало от подступающих слез. Я встала как вкопанная, давая ребятам возможность опередить меня и остановиться чуть поодаль.

Страшно осознавать это, но я готова была… отражать нападение. Шена, Сюна, а в особенности… Хёна. Я положила руку на рукоять меча, всхлипнула и уставилась под ноги, противореча сама себе. Если хочешь успешно отразить нападение – внимательно следи за каждым действием противника. За его взглядом, движением каждого мускула. Но я не могла. Не могла смотреть в их лица.

Судорожно вздохнула.

– Я… Я не Айлин. Я не ваша сестра. Настоящая Лао Айлин умерла давным-давно. Душа ее канула в небытие, а моя… а моя оказалась здесь не без посторонней помощи. Я… – шаг назад. – Я не Айлин. Не Айлин… – еще один шаг. – Не Айлин! – два шага назад. – Не Айлин!!!

Осмелившись наконец-то оторвать глаза от земли, наткнулась на каменные лица.

– Я так устала от лжи! – схватила себя же за воротник ханьфу и нервно задергала ткань, лихорадочно бегая взглядом от одного лица к другому. – Так устала! Я думала, что это легко. Выдавать себя за человека с амнезией. Но я не могу стать другим человеком, чтобы не продолжать лгать вам! Не могу… не могу… не могу… Скажите же хоть что-нибудь! Хоть что-нибудь! Что я вам противна. Или на дуэль вызовите. Или скажите, что принимаете меня такой. Или… или хоть что-нибудь. Что-нибудь другое. Что угодно…

Тишина. Она резала больнее меча.

– Айлин… правда мертва? – сипло спросил Сюн, и сердце мое дрогнуло.

Я кивнула.

Мы так и смотрели друг на друга. Больше никто не произнес ни слова. Выражения их лиц говорили сами за себя. Только Энлэй отвернулся, чтобы не переживать это еще раз. Хён прищурился и снова отвел взгляд. Шен и Сюн больше напоминали скульптуры. Побледневшие, неживые, холодные.

Они скорбели о своей сестре. Они окончательно прощались со своей любимой Айлин. А я что здесь забыла? Зачем же здесь… я? Кто я вообще такая, чтобы вставать между Айлин и ее братьями?