Воин Света 2 – Вторая Смерть

Глава 18 Праведный путь

Они не бежали — они падали. Вентиляционный канал обрушился вниз почти вертикальным колодцем, и их тела, переплетенные в отчаянном побеге, кубарем полетели в темноту. Сатти подавила крик, вжавшись в Реджа, который пытался в полете прикрыть ее своим телом, цепляясь локтями и коленями за стены, чтобы хоть как-то сбросить скорость. Металл рвал одежду и кожу, осыпая их искрами и хлопьями старой ржавчины. Это был не побег, а падение в бездну, финальный акт отчаяния.

И вдруг — резкий удар, выбивающий воздух из легких. Они грузно рухнули на металлическую решетку, а с нее — на твердый титановый пол, в клубах поднятой пыли.

Боль пронзила ребра, в глазах помутилось. Редж, оглушенный, инстинктивно рванулся встать, заслоняя собой Сатти, его кулаки сжались, а по рукам пробежали остаточные искры. Они упали. Ловушка.

Из облака пыли перед ними проступила высокая, худощавая фигура, стоявшая в совершенно расслабленной позе. На колене болталась неприметная кобура, а в руке он лениво вертел небольшой, но смертоносный виброклинок.

— Знаешь, Редж, — раздался хриплый, знакомый до боли голос, — большинство друзей, когда зовут на помощь, хотя бы оставляют сообщение. Координаты. Хотя бы «помоги». А ты... ты просто шлешь в эфир, чертов «кричащий камень». Драматично, надо признать.

Пыль осела. И Редж увидел его. Лицо с насмешливыми грустными глазами, которые он помнил и в которых сейчас читалось неподдельное облегчение. Бьерн.

Напряжение спало с Реджа так быстро, что он едва не рухнул обратно. Он просто уставился на старого друга, не в силах вымолвить ни слова. Это было невозможно. Невероятно.

— Бьерн... — это было не имя, а выдох, полный немого изумления и того самого облегчения, что он видел в глазах воина.

Бьерн окинул его критическим взглядом, затем перевел взгляд на Сатти, которая медленно поднималась на ноги, все еще держась за руку Реджа.

— И, я смотрю, ты обзавелся попутчицей. Давно пора. Ладно, обнимемся потом. Судя по дикому гвалту наверху, вы устроили тут вечеринку, на которую не всех пригласили. Встаем, отряхиваемся. Мой корабль рядом. Пока вы тут по вентиляции катались, я уже проложил нам... альтернативный маршрут на выход.

Он повернулся и ткнул большим пальцем за спину, в сторону открытого технического портала, откуда веяло свежим — ну, относительно свежим — воздухом и запахом топлива.

Редж, все еще не веря, медленно кивнул. Он уже было кивнул, готовый ринуться к спасительному порталу, на который указал Бьерн. Каждая клетка его тела кричала о необходимости бежать, спрятаться, зализывать раны и строить новый план. Но его руку вдруг дернули назад.

Он обернулся. Сатти не двигалась с места. Ее пальцы сжали его запястье с неожиданной силой. Ее лицо, обычно выражающее мягкость и сострадание, было искажено внутренней борьбой. Слезы, смешанные с пылью и копотью, оставляли на ее щеках чистые дорожки, но в глазах горел не плач, а огонь.

— Нет, — ее голос дрожал, но был твердым. — Мы не можем просто уйти.

Бьерн, уже стоявший в проеме портала, резко обернулся, его брови поползли вверх.

— Что? Девушка, ты ударилась головой при падении? У нас тут весь ад на пятки наступает!

Но Сатти смотрела только на Реджа. Она видела его истощение, его раны, его желание выжить. И ей было больно просить о большем. Но молчать она не могла.

— Редж, послушай меня, — она сделала шаг к нему, ее глаза умоляли понять. — Эта станция... она не просто висит в пустоте. Она — насос. Такой же, как на Ньюбе. Она высасывает жизнь из Худжона. Прямо сейчас, пока мы здесь стоим, та планета внизу умирает. Ее силы, ее душа... все это перекачивается здесь, чтобы питать его... Гаргха.

Она сглотнула ком в горле, ее взгляд стал острым, как клинок.

— Если мы просто сбежим, мы спасем наши жизни. Но мы оставим на смерть целый мир. Я не могу... Я не могу с этим жить. После всего, что мы прошли. После Ньюбы.

Она отпустила его руку и обвела взглядом инфернальное техночрево станции, ее голос наполнился горькой решимостью.

— Мы должны уничтожить ее. Мы должны перерезать эту пуповину. Даже если это наш последний поступок.

Тишина повисла тяжелым свинцом, нарушаемая лишь нарастающим гулом сирен и отдаленными выстрелами. Бьерн смотрел на нее, как на сумасшедшую, но в его взгляде мелькнуло невольное уважение. А Редж...

Он смотрел на эту хрупкую девушку, которая только что чудом избежала смерти, но думала не о своем спасении, а о чужой, незнакомой планете. Она была его якорем, его единственной. И ее сердце, ее суть, требовали от него быть не просто выжившим, не просто мстителем, а тем, кем он, возможно, был когда-то давно — защитником.

Он тяжело вздохнул. Бегство было разумным. Но она предлагала нечто большее — правильный поступок. Ценой, возможно, всего.

— Черт побери, — тихо выругался он, и его взгляд встретился с понимающим взглядом Бьерна. Старый друг покачал головой, но уголок его рта дрогнул в усмешке.

— Ладно, — хрипло сказал Редж, и его голос снова обрел сталь. — Значит, не просто сбежим. Значит, устроим здесь такой салют, что Гаргх его запомнит на все свои оставшиеся жизни.

Он повернулся к Бьерну.