Воин Света - Столкновение

Глава 12

Оливия все еще изучала руку, когда в комнату в очередной раз ввалилась бая. Она несла шестое по счету платье.

Рука выглядела совершенно обычно, словно и не было того странного ужасающего момента несколько минут назад. Слова Бьерна напугали девушку, но не настолько сильно, насколько деону бы хотелось.

— Бая, эти платья ужасны. Где ты их берешь? — не выдержала Лив при виде очередного зеленого шедевра. — Так известно где, ваша милость — в свитках.— Каких свитках? — заинтересованно уточнила Лив, заглядывая в глаза бае.

Та поковыряла ногой фатин одного из платьев и задумчиво отвернулась.

— Бая? — поторопила Лив, но служанка только насупилась. — Рассказывай! Иначе выпорю!

Бая испуганно отвернулась, что-то бормоча про два правила планеты, но послушно ушла и вернулась спустя пару минут с двумя свитками. Они были темно-зеленого цвета, что сразу же навело на Лив приступ рвоты, однако на ощупь оказались очень гладкими и даже теплыми.

— Это одёжный пергамент. Мы рисуем одежду на первом свитке и из второго она появляется.

Глаза Лив округлились от удивления, но памятуя о прошедших событиях она попросила баю нарисовать четырехугольник ткани. И верно, тот час как рисунок был готов, из второго свитка выпорхнул красивый зеленый обрез ткани.

Скептично оценив цвет, Оливия спросила:

— Нет другого цвета? — но бая покачала головой. — А если моя самая любимая служанка поищет?

И бая тут же унеслась прочь, вернувшись с несколькими свитками разных цветов. Оливия радостно оглядела сокровища и попросила гриф. Спустя десять минут наряд был готов. На темно-золотом свитке вычерчивалось длинное платье с узкими длинными лямками, перекрывающее тело до талии и струящееся до самого пола легкой атласной юбкой. Спина у него была открыта, но завязки на шее доходили почти до середины лопаток.

Оливия с трепетом примерила платье, которое создала буквально за несколько минут. Пожалуй, это изобретение будет ее самым любимым. Так же быстро девушка начертала туфли на высоком, но устойчивом каблуке и ленту для волос, которую бая усердно ей вплела в прическу. Покрутившись перед зеркалом, в этот раз, девушка осталась довольна.

***

Бьерн не находил себе места. Если случившееся в покоях было правдой, то он находился в безвыходной ситуации. Конечно, он погорячился, сказав, что убьет их, но ведь это было не так далеко от правды. Если его подозрения верны и Оливия — ведьма, Клан Безликих обязательно отправит воинов для того, чтобы убить ее. А он ее не отдаст. Но что тогда? Придут другие Войны Света. Такие как он, такие, каким он был… Да и он должен ответить на самый главный вопрос — сможет ли он поцеловать ведьму? Бьерн знал ответ — нет. Но вот если ведьма — Оливия? Изменится ли тогда его ответ?

Редж подошел к другу как раз, когда тот встречал гостей. Нессида никогда не приходила одна, таща с собой шутов и балагуров, баронов виграсов и прочих существ. Все они были рады присутствовать на бесплатном празднике жизни. Вот и сейчас, глядя как друг, с натянутой улыбкой, одиноко встречает гостей он задумчиво нахмурился. Возвращаясь на Хумо, Редж ожидал встретить Бьерна увлеченного и довольного своей красоткой, но друг был напряжен, даже подавлен.

— Твоя улыбка неучтива, правитель Хумо! — поддел его Редж, и приятельски похлопал по спине, на что Бьерн лишь прищурил глаза, но руку все же пожал.— Посмотрите-ка, кто пожаловал! Неужто это очередной безымянный Воин Света?— Бьерн, твои шутки оскорбляют мой род, — насупился друг, но тут же сменил тему. — Где же твоя прекрасная нареченная?— Ее еще нет. Я пока еще не назвал Оливию нареченной, — Бьерн еще больше нахмурился, отчего несколько новоприбывших гостей отошли в сторону. — Да Боги, сколько же их… — Нессида в своем амплуа изнеженной сучки, — фыркнул Редж и Бьерн криво усмехнулся.

Словно услышав свое имя, на краю золотой арки появилась девушка неземной красоты. Ее длинные черные волосы были уложены в витиеватую плетеную прическу, а руки украшали многочисленные разноцветные камни. Нессида выбрала в одежды светло-салатовое платье с многочисленными прозрачными вставками, струящееся по ее идеально отточенной фигуре.

— Приветствую, госпожа, — Бьерн почтительно поклонился, прижав руку к груди. — Ах, мой милый воин, ты так возмужал, — Нессида обхватила лицо Бьерна обеими ладонями и страстно поцеловала. Редж подавился хриплым кашлем. — Ах! Редж! А ты все такой же…ммм свирепый.— Свирепый? — переспросил мужчина скривившись. — Ну да, я…

Но красавица не дослушала его ответ, шагнув внутрь цитадели.

— Идем, Бьерн Гард, покажешь, как изменился твой дворец с приходом твоей единственной.

Бьерн нехотя двинулся рядом с Нессидой, то и дело поглядывая вокруг. Баи постарались на славу: хрустальный свод залы украшали толстые лианы, украшенные в светящиеся нити, по бокам располагались узкие, но в тоже время мягкие мховые диваны соседствующие со стеклянными столами. Пол был живым. Мягкий, упругий и теплый на ощупь, он испещрялся слабыми биолюминесцентными узорами, повторяющими карту нейронных связей мозга спящей. Это был ковер из симбиотического мха, поглощающего углекислый газ и генерирующего тонкий, пьянящий аромат, который можно было запрограммировать — от запаха свежего дождя на Земле до экзотического благовония с Альфа Центавры.

В углу, у самой стены, бился «пульс» комнаты — биотехнический улей, похожий на хрустальный цветок лотоса. В его сердцевине медленно пульсировала светло-голубая энергия, а по лепесткам-радиаторам струились капли конденсированной влаги, которые тут же поглощались мхом. Это устройство не только питало все системы, но и синтезировало пищу из атмосферных элементов, мгновенно материализуя тарелку дымящегося варева или чашку лукуидо в силовом поле над одним из «лепестков».

Тишину нарушал не звук, а сама тишина — глубокая, бархатная, из которой вдруг рождалась адаптивная музыка: то перезвон кристаллических образований где—то в глубинах планеты, то эхо далекой магнитной бури, преобразованное в минорную симфонию.