Война небес: запретная любовь

Глава 8. Разговор по душам.

Вокруг меня была битва. Дым и крики сливались в единое жуткое полотно, и ни одно сердце не могло остаться равнодушным к этой сцене.
Асмодей был великолепен в своих боевых действиях, его движения были точно слаженными, как у мастера, который знает, что каждый шаг имеет значение. Но вдруг его лик затмило ослепляющее сияние.
Я почувствовала, как время замерло, когда ангел, окруженный белым светом, стремительно направился к Асмодею.
Его перья, словно острые лезвия, оставляли следы в воздухе, а меч, сверкающий как звезда, стремился к цели.
В тот момент, когда клинок вонзился в тело Асмодея, его глаза встретились с моими. В них была не только боль, но и удивление — он не ожидал предательства от самого себя.
Сражение вокруг продолжалось, но для меня наступила тишина.
***
Я проснулась довольно поздно, на часах был вечер. Усталость сделала своë дело, всë-таки не спать той ночью было ошибкой.
Этот сон не давал мне покоя.
Я поняла, что спасение Асмодея или его гибель зависит от меня.
Раздумывая над ним, я решила прогуляться и получше рассмотреть место, в котором нахожусь.
Я вышла из палаты и направилась бродить по первому этажу. Пройдя дальше, я увидела небольшой тусклый коридорчик.
Его стены были украшены старинными картинами, на которых были изображены разные события в жизни демонов.
Все двери были довольно обычными, кроме одной - на фоне остальных она казалась массивнее.
Мне стало интересно, что там. Подойдя ближе, я заметила, что дверь была приоткрыта. Взглянув в щель, я увидела пустое помещение. Это была библиотека.
- Надеюсь, там есть что прочесть.
У ангелов тоже была библиотека, но все её книги были Библией и преданиями.
Я осторожно вошла, чувствуя запах старинной бумаги и пыли, заполняющей воздух.
Полки тянулись до самого потолка.
Я не могла удержаться от попытки прикоснуться к одной из книг, обложка которой была украшена странными символами.
Я перебирала пальцами корешки томов и вдруг заметила один, который выделялся среди остальных.
Его обложка была обшита черным бархатом с золотыми буквами.
Я вытащила книгу и открыла её. Листы были пожелтевшими, но текст оставался четким.
Осмотревшись, я увидела кожаное кресло, стоящее в углу.
Присев, я начала читать. Это оказался довольно интересный роман.
Я была вовлечена в рассказ и не заметила, как в библиотеку кто-то зашёл.
Услышав шум, я подняла взгляд и увидела фигуру в тени. В этом силуэте я узнала Асмодея.
- Что ты тут делаешь? - спросил он, подходя ближе.
- Мне стало скучно, и я решила прогуляться.
- Я же просил оставаться в палате.
- Ладно, уже ухожу.
Я хотела встать, но он толкнул меня в плечо, заставляя сесть обратно.
- Эй! Ты же сам сказал идти в палату!
- Пока ты со мной, ты в безопасности.
Я хотела высказать ему, что думаю о нём.
- Вижу, тебя привлекла эта книга, - сказал он, перебив меня.
- Не думала, что в вашей библиотеке есть романы.
- А что ты думала, что тут только про убийства, терзания и пытки?
- Можно итак сказать.
Асмодей рассмеялся. Этот смех был искренним, что меня удивило.
- Зачастую мы, демоны, тоже способны на чувства, — продолжил он, приподняв бровь.
- А о чем именно эта книга? — спросила я, не в силах сдержать интерес.
Он, немного колеблясь, подошëл ближе и сел рядом, уставившись на страницы.
— О запретной любви, о том, как даже самые тёмные существа могут обрести свет и любовь, если не боятся открыться.
Он сказал это с такой искренностью, что мне стало неудобно.
Я внимательно смотрела на него, не зная, как реагировать. В его голосе не было привычного мне холода, скорее он звучал задумчиво и спокойно. Это неожиданное проявление человечности изумляло меня. В его глазах не было злобы и ненависти.
Я почувствовала, как сердце замирает от неожиданной уязвимости, которую он проявил. Странное, почти магическое ощущение наполнило пространство между нами.
- Но разве это возможно? — задала я вопрос, который терзал меня. — Как может демон, созданный для хаоса, полюбить или искать свет?
Асмодей смягчил взгляд, и в его чертах на мгновение проявилась уязвимость.
— Мы все ищем смысл, — тихо ответил он. — Даже те, кто обречён на тьму. Любовь и потеря — наши спутники, и в этом смятении иногда зарождаются искры надежды.
Его слова словно касались скрытых частей моей души, заставляя задуматься о собственных страхах и мечтах. Я всегда видела в нëм зверя, но сейчас он предстал передо мной как странник, усталый от долгого пути.
— Не бойся, — продолжил он, будто читая мои мысли. — Даже демоны способны изменяться и любить, если они найдут в себе силы пойти на риск. Иногда, чтобы увидеть свет, нужно просто сделать шаг в неизвестность.
-И ты действительно веришь, что такие как ты способны на изменения? — спросила я, не в силах отвести взгляд от его проницательных глаз. В глубине души я сомневалась, но его уверенность всякий раз разжигала во мне надежду.
Асмодей слегка улыбнулся, и эта улыбка была немного печальной.
- Ты до сих пор не доверяешь мне, — тихо произнес Асмодей, будто читая мои мысли.
- Да, от тебя можно ожидать, что угодно.
- Как знаешь.
В его глазах вновь появился тот холод, что и вначале.
- Тебе пора, завтра вечером нам выдвигаться.
Он провел меня до коридора, в котором находилась моя палата, и ушёл.
Мне не верилось, что в библиотеке я разговаривала с ним. Там он был другим.
Возможно, Верье был прав и он не такой, как кажется.
В тишине коридора мои мысли кружились вокруг сказанных слов. Асмодей, наделённый тьмой и величием, вдруг выглядел так уязвимо, так человечно.
Я остановилась у двери своей палаты, стараясь осмыслить, что только что произошло. Мир вокруг казался необычным.
Сделав шаг в палату, я обнаружила себя в полном смятении. Мысли об Асмодее, его теплой улыбке и таинственном обаянии терзали меня. Но то, что он оставил после себя, было не только страхом, но и необъяснимой надеждой.
Я готова была рискнуть, готова была поверить, что даже тьма может даровать свет.
Внутри меня бушевали эмоции — страх, недоверие и лёгкая искорка надежды. Я села на край постели, перебирая в голове каждую деталь нашего разговора. Как мог демон, носитель тьмы, говорить о надежде и любви?
Вспомнив его взгляд, я ощутила, как что-то меняется. Даже если он и был создан для разрушения, у него, похоже, существовало что-то большее. Мысли о том, что я могла бы узнать его лучше, не покидали голову. Но в то же время, как защититься от возможного предательства?
Однако меня тревожило другое: тот холод в его глазах, который вновь проявился при прощании. Он мог оставить меня в покое, но вместо этого всё чаще вторгался в мою жизнь и мои мысли.
Подготовка к завтрашнему дню требовала концентрации, и я знала, что должна принять решение — доверять ли ему или нет.
С этими мыслями я смогла уснуть только под утро.