Война - рождение нового мира

Глава 7

Наша жизнь изменилась. Как-только мы смогли остановить еще не начавшуюся войну, Кощей Кощеевич, Рагнарек и несколько чудовищ решили сразу же провести совещание. И я стала невольным посредником в их переговорах. Почему я? А потому что я жила с чудовищем (Торой) и вообще чудовища более менее прислушивались ко мне, а потому я смогу предложить варианты, которые могли устроить как одну сторону, так и вторую. В итоге всех слабых чудовищ перевезли в Высшую Академию, где ведьмы и маги помогали им обустраиваться и просто привыкнуть к новой жизни. Все повелители и средние чудовища разделились по парам и тройкам и отправились очищать земли от скверны, а самые сильные ушли закрывать дыры. Одна проблема: закрывая одни дыры, на их смену тут же приходили другие и в два раза больше. Вот уже месяц мы закрывали дыры, но те тут же появлялись в новом месте.

Самое страшное началось спустя месяц непрерывных работ. Черные дыры стали сливаться воедино и тогда закрывать их становилось гораздо сложнее. Я круглыми сутками не видела повелителей и моих чудовищ. Целыми днями я проводила в Академии и помогала спасть зараженных. Благодаря Кромешнику и Торе, я поняла, что поглощать можно скверну в сосуд, а его уничтожить при помощи Кровавого оружия. Но чтобы переместить скверну в сосуд приходилось тратить около двух часов, а сил – почти половину. Не все могли высасывать скверну, а потому во всей Академии было всего 4 повелителя вместе со мной, которые занимались этим делом.

Очередной тяжелый день подошел к концу, и я устало побрела через коридоры в свою комнату. Глаза закрывались сами собой, а ноги грозились подкоситься прямо на лестнице и уронить меня. Кое-как я доковыляла до комнаты и рухнула на кровать, о которой я мечтала уже несколько бессонных дней. Но поспать и просто отдохнуть у меня не вышло. Какой-то дебил стал стучаться в закрытое окно моего балкона, и первые пятнадцать ударов я игнорировала звуки, вторые пятнадцать уговаривала себя не обращать внимания, а последние скрипнула зубами и потопала к окну, собираясь высказать все, что думаю об этой стучалке. Заготовив пару отборных матерных слов, я распахнула окно и так и ничего не произнесла. На моем подоконнике стояла Белла вместе со своим ребенком, что мирно спал и смешно морщил носик. Я слабо улыбнулась и тихо открыла окно, позволяя подруге войти в комнату. Белла легко спрыгнула на пол и прошла в комнату, прошептав:

- Прости, что без предупреждения.

- Ничего. – я устало зевнула. – Ты здесь какими судьбами?

- Мне пришло письмо от Кощея Кощеевича. Он просит, чтобы я помогла приготовить зелье, которое замедлит действие скверны внутри тела.

- А чего ты с ребенком прилетела? Директор о нем знает?

- Нет, но… думаю, ничего страшного в этом нет.

- В смысле?

- Раз все уже знают, что я стала женой повелителя, то у нас скоро бы появились дети. Тем более, я не могу всю жизнь скрывать существование своего ребенка.

- Не могу не согласиться. Тогда давай мои любимцы присмотрят за малышом, пока ты будешь занята. Сама я все дни провожу возле зараженных и высасываю из них скверну.

- Это же замечательно. Тогда я для тебя сделаю улучшающий компресс и облегчающую маску. И полезно и приятно.

Белла не соврала. Ее улучшающий компресс словно впитал в себя все мои негативные мысли, а облегчающая маска наполнила силами и расслабила все тело. Какой кайф. Ведьма с большим удовольствием занималась мной и получала наслаждение от того, как я млела и урчала от удовольствия. Даже про сон забыла, о котором мечтала несколько дней. Но вставать с кровати и продолжать работать я не собиралась. Вот, часик другой полежу, а после подумаю, иди или не идти. Но спустя уже полтора часа я все-таки решила идти и вместе с Беллой прошла в лазарет. Когда я уходила, в помещении находилось около 50 пострадавших, а сейчас даже в коридоре лежали существа, зараженные скверной. Хотелось сбежать обратно в комнату и сказать, что у меня критические дни, живот болит, артрит и так далее, но мне совесть не позволяла так поступить. Мы не успели открыть двери в лазарет, как к нам выбежал Филипп Филиппович и схватил меня за руку, сказав:

- Стелла! У нас беда! Скорее иди за мной!

Мне ничего не оставалось, как послушно пойти за доктором, что вел меня не в другие мед кабинеты, а в подвальную часть академии. Белла осталась в лазарете, чтобы сварить кое-какие зелья. С каждым шагом мне становилось все хуже и хуже. Сердце бешено колотилось в груди, а страх сковывал движения, из-за чего моя походка походила на кукольную. Я не решалась задать вопрос Филиппу Филипповичу, а потому просто шла за ним, боясь увидеть что-то страшное. Мы подошли к двери в стене, которая медленно и со скрипом отварилась и открыла обзор на ход вниз. Яркий огненный шар, что выпустила я, тут же полетел вперед, освещая нам дорогу. Мы шли около 10 минут, но так и не добрались до места, как моя выдержка дала сбой:

- Филипп Филиппович, что происходит? Куда мы идем? И что за беда случилась?

- Мне тяжело об этом говорить. – сказал он едва слышно. – Мы уже почти пришли, ты скоро сама все увидишь.

- Филипп Филиппович, я и так несколько дней непрерывно работала, и у меня нет сил, чтобы играть в ваши «угадай загадку»!

Мужчина молчал и продолжал идти, а я всерьез испугалась. Неужели жизнь решила испытать меня на прочность? Мало мне переживаний и слез, так еще стало больше. Мы уперлись в железную дверь, что с трудом поддалась на толчок академического врача. Из комнаты повеяло жутким железным запахом и землей. Еще вдобавок к запахам оттуда послышались стоны и хрипы. Я запустила шар в комнату и увидела там столы, на которых лежали повелители и пара чудовищ. Всего их было 6. Бард, Фальшар, Кога и Тиар корчились от боли и хрипели почти в голос, а гигантский волк и однорогое чудовище почти не дышали. Их тела с ног до головы были покрыты скверной, что пожирала их изнутри. Я бросилась к Тиару, проверяя его пульс, и спросила: