Воинственно или романтично?

6

Все затихли и переглядывались то на брата, то на Дэшэна. Ясно все, кто со мной не выйдет, все будут поддаваться.

- Ну, и ладно, не хотите – не надо, просто примите, что я мастерица боя.

- Непременно.

- Вот и все.

Мы разошлись по палаткам и ночью я постоянно вжималась в бедную Луизу, потому что очень мерзла. Потом мне резко стало тепло, и я сначала подумала, что Луиза легла ко мне оголенной спиной и только, когда проснулась, поняла что… это была грудь Дэшэна.

- Ты! – закричала я. – Как сюда попал и вообще, какое право ты имеешь со мной спать?

- С самого утра кричишь, разбудишь же всех, подумают, что напал кто, будь тише. Я как твой муж имею право с тобой спать. – а с утра у него еще симпатичнее голос, а голый торс и растрепанные волосы так вообще загляденье, так о чем это я...

- Я… имею в виду… хотела сказать… оденься, потом поговорим.

- А если я подойду ближе, ты все еще будешь хотеть разговаривать?

Он встал и начал на меня идти, я будто бы присохла к полу и не смогла отойти. Он буквально начал двигать меня к краю палатки, и когда идти уже было некуда, просто навис надо мной и смотрел прямо в глаза.

Ну, да, они с братом одного роста, оба под сто восемьдесят пять где-то, а то и выше, и я со своими ста шестьюдесятью семью. Не скажешь, что я особо низкая, почти сто семьдесят, но все равно разница крупная.

- Ну, так что, разговору быть? Давай тогда поговорим сразу, что откладывать.

- Я передумала, давай в другой раз.

Он отошел на шаг и скрестил руки под грудью, я нацепила меховую кожушку и выбежала искать предательницу, с которой я заснула, а проснуться судьба не дала.

- Луиза, вот ты где, чертовка! – она ворковала со слугой Дэшэна около «кухни», запах завтрака уже на весь лагерь рассеялся, м-м-м, только словленная куропатка на завтрак, слюной поперхнуться можно!

- Хозяйка, прошу простить ее и не ругать, мой хозяин приказал ей выйти, потому что вы мерзли, и не было средств вас согреть, а что так не согревает, как горячее мужское обнаженное тело.

- Бег! И ты что, ее личной слугой нанялся, тебе одного хозяина мало?

- Госпожа не серчайте, я понесу наказание.

- Я что тебя когда-нибудь наказывала? Даже когда ты сломала мою дорогую игрушку, я все взяла на себя и не отругала тебя, хотя тебя должны были высечь, помни мою доброту и не делай из меня тирана.

- Они наступают!

Я встала перед Луизой и выхватила у помощника слуги меч.

- Успокойся, часовой неверно выразился, наступают охотники, они принесли еще порцию мяса. – подоспел Дэшэн, хорошо, что уже одетый.

- Фух блин, тут надо вечно с собой оружие тягать или как?

- Желательно, вот, я принес твой меч, и надень еще кофту под кожух, на улице действительно очень холодно.

- А сам-то, в одной кофте из кожи, иди, надень что-то теплее.

- Ты заботишься обо мне? – он снова ехидно улыбнулся, я цокнула и, схватив под руку Луизу, пошла к столам.

- Наконец, можно сытно поесть, и даже не нужно перед этим охотиться.

- Госпожа, вы всегда говорили, что мясо отловленное вручную вкуснее.

- Я помню, и это правда, не отказываюсь от своих слов, просто кто-то решил, что на охоту мне вставать не обязательно.

- Охотиться вышли рано утром, еще потемки были, пока нашли место, где куропатки собираются, уже и посветлело, а в потемках градус был еще ниже, ты могла простудиться.

- Дэшэн.

- Да, дорогая.

- Где накидка сверху?

- Шэнли, сбегай мне за накидкой и себя тоже приодень, а то весь синий уже.

- Слушаюсь, хозяин.

В тишине мы прошли и сели за стол, я хотела сесть с Луизой, но Дэшэн решил иначе и, кашлянув, намекнул Луизе, что ей пора пересесть напротив. Она поклонилась и сменила положение, я уперлась локтями в стол и ладошками держала голову, скучно как-то…

- Доброе утро, сестра.

- Доброе, брат!

- Я наслышан, какая была ночь, не удивительно, что оно настолько доброе.

- Будешь хихикать, я тебя снова повалю.

- Боюсь-боюсь, ты что-то хотела? По глазам же вижу.

- Ого, вы ее по глазам понимаете, научите?

- Ну, смотрите, когда она на тебя взглядом собачонки смотрит, считайте, что-то хочет, или что-то надо, или что-то натворила. Там еще надо различать этот взгляд щеночка.

- Ого, сколько всего.

- Так! Я все еще здесь, брат, когда ты отправишь на разведку ребят?

- Хочешь с ними?

- Да…

- В прошлые разы это хорошо не закончилось, мне потом с подмогой приходилось лететь.

- Люди имеют свойство учиться на своих ошибках!

- А что такое? – Дэшэн ощущал интересный рассказ о моем позоре, а я не хотела, чтобы кто-то знал, как я четыре раза подряд облажалась на одном и том же.

- Хозяин, госпожа очень любит свою семью и готова на все ради нее...

- Это она так пытается сгладить суть ситуации. – хихикнул брат, я ткнула его пальцем в бок, и он замолк.

- ... когда ее четыре раза подряд отправляли в разведку, стоило ей услышать, как кто-то плохо высказывался про господина Теданя или про господина Мэнсэна, она выкрикивала из засады: «Подонки лживые», чем и проваливала все разведки, им приходилось начинать нападать.

- Ха-ха-ха. – Дэшэн хватаясь за живот, и утирая слезы, смеялся так, что даже я начала хихикать, и все-таки красив он даже смехом.

- Ты чего смеешься? Это не смешно! Подумаешь…

- Нет, ну, это очень хорошо, боюсь, что будет с теми, кто захочет обидеть наших детей. – я покраснела, каких таких детей?

- О-о-о, жареная куропатка не одна подрумянилась, у меня и сестра решила румянец примерить.

- Тихо ты! – щипнула я брата.

- Не уж то великая боевая дама, вспомнила, что она девочка и решила показать всему миру, что умеет смущаться из-за слов мужчины?

- Ты еще громче покричи, чтобы за мной ни один воин не пошел! Здесь я не женщина, а часть команды! Нужна женщина? На кухне и напротив меня, а теперь я приступлю к еде, приятного всем аппетита.