Волчица, дочь ведьмы

УКРОЩЕНИЕ ТАЛАНТА

Когда мы вернулись в расположение полка, я решила для себя, что раз я обладаю такой странностью, полученной от своих родителей, я обязана овладеть ей или хотя бы научиться контролировать ее.

Утром я вышла на пробежку и, добежав до реки, сняла с себя всю одежду и залезла в ледяную воду. Пытаясь обернуться, что я только не предпринимала, делала себе больно, погружалась в воду, сидя без воздуха, даже, стучала себе камнем по голове, но все было тщетно. Спустя два часа, замерзнув до дрожи во всем теле, я вернулась в палатку и села у буржуйки. Тамара, увидев меня трясущуюся от холода, налила мне чай.

- Что с тобой? Ты вся трясешься и губы синие! – спросила она, подавая кружку с чаем.

- Я купалась – ответила я, забирая трясущимися руками чай.

Наш полк оставался в тылу на перегруппировке и подготовке пополнения. Все это время мы проходили обучение и боевое слаживание с бойцами взвода. Каждый день «Гадюка» брала из взвода двоих опытных бойцов, и они показывали нам свое военное мастерство, гоняя нас с Тамарой по полигону целый день.

Каждое утро я убегала на реку пытаясь совершить контролируемое обращение, но ни чего не получалось.

Спустя неделю тренировок, «Гадюка» похвалила нас, сказав, что мы, наконец, стали похожи на бойцов.

В тот же день капитан из штаба принес приказ, где нам предписывалось участвовать в штурме высоты совместно с десантниками, которые бьются за нее уже пятый день.

Капитан решил направить в командировку наше отделение, во главе с «Гадюкой» или, как теперь нас называли товарищи из второго подразделения «Гадюшник».

Наш «Гадюшник» погрузили в грузовой бронированный автомобиль и отправили на фронт, который уже находился в двухстах километрах от нашего расположения.

Мы встретились с потрепанными десантниками после очередного штурма высоты, из которого они вернулись с тремя «трехсотыми».

«Гадюку» проводили к высоте, ознакомится с обстановкой.

Высота, представляла из себя большой холм, без деревьев покрытый густой травой высотой с метр. Весь холм вокруг был заминирован, на высоте были укрепленные окопы и подземные коммуникации, в два уровня, внутри держали оборону две сотни бойцов НАТО.

Вокруг холма у подножия был густой лес, откуда и начинали штурм десантники, каждый день.

Когда «Гадюка» вернулась, она попросила командование доставить восемь снарядов разминирования и найти реактивную установку с кассетными дымовыми зарядами.

Снаряды разминирование привезли через пару часов, это были брезентовые шланги, набитые тротилом, длиной восемьдесят метров каждый.

Вскоре сообщили, что нашли свободную установку «Торнадо», с дымовыми кассетными реактивными снарядами, готовую к работе.

Когда стемнело, «Гадюка» взяла боевой блочный лук, со стальными стрелами, из своего рюкзака, и катушку с пластиковым тросиком. И, погрузив на десантников снаряды разминирования, мы отправились в лес на линию штурма.

«Гадюка» отмотала от катушки длинный кусок тросика и продернула его через кольцо на стреле, далее она выпустила стрелу вверх, так чтобы она упала вертикально, вблизи окопов на холме. По мере того как стрела удалялась трос разматывался по всей длине ее полета. Когда тяжелая стрела упала, она полностью вошла в землю, из которой торчало только кольцо с продернутым через него тросиком.

Мы привязали заряд разминирования к одному краю тросика и начали тянуть на себя другой край, через блок, которым стало кольцо на стреле. Заряд, привязанный к тросику, продернутому через кольцо на стреле, пополз вверх, как змея скрываясь в траве. К первому заряду был привязан второй, к нему третий, к третьему, четвертый. Теперь заряды, спрятанные в траве, располагались вдоль всего холма, от леса до окопов. Точно такой же трюк мы проделали и с другого фланга, проложив вторую тропу.

Когда тропы были готовы, две штурмовые группы, с разных флангов снаряженные тепловизорами были готовы к атаке. С одной стороны готовилось к атаке наше отделение, с другой, штурмовая группа десантников.

По сигналу «Гадюки» по холму были выпущены реактивные кассетные боеприпасы с дымовыми шашками и произведен артиллерийский залп. Десятки шаящих, дымовых шашек рассыпались по склону холма.

Когда вершину опоясанную окопами заволокло дымом, мы подорвали противоминные заряды. Земля с двух сторон холма взлетела в небо, и если бы не наушники закрывающие уши, можно было получить контузию.

Мы поднимались на вершину холма цепочкой, тремя клиньями, по три человека в каждом клине, вооруженные бесшумными автоматическими винтовками с тепловизионными прицелами. На половине пути, в полном задымлении, через прицел мы стали различать цели, которые тут же уничтожая их шквальным огнем. Мы не давали ослепшему в дыму врагу даже высунуть голову из окопов, все кто попытался открыть ответный огонь, были уничтожены.

Когда мы поднялись к окопам, ряды бойцов НАТО стали быстро редеть в дыму, и вскоре начали, поднимать руки вверх, стоя в задымленных окопах.

Высота была взята в течение пятнадцати минут. Десантники даже немного обиделись на нас, но признали, что на то мы и элита, чтобы показывать чудеса военного искусства.

При возвращении на базу, я продолжила свои попытки обращения. Утром, прибежав на реку и раздевшись, под ледяным дождем, замерзая, я искренне желала стать зверем и кажется даже начала выть, когда меня дернуло, как от мощного разряда электрическим током. Все, вокруг оставаясь неизменным, стало в моих глазах другим. Появилось то самое чувство, когда зрение, слух и нюх создают одну картину. Огромная уверенность в себе и мощь в теле, были приятны и даже немного расслабляли. Шел ледяной дождь, а мне было тепло и совсем не сыро. Я рвану вперед и бежала со скоростью спортивного мотоцикла, огибая деревья и перепрыгивая через валежник и кусты. Через пятнадцать минут лес кончился, и я повернула обратно. Достигнув места, где лежала моя одежда, с разбега, прыгая в реку, я захотела стать, обратно, человеком. В воду я уже вошла в человеческом обличии, ледяная вода обожгла кожу холодом, но я была счастлива.