Волчица, дочь ведьмы

Легион

Французский легион, держал границу Франции и наша союзная армия, ни как не могла преодолеть их сопротивление. В легионе, как таковых французов, в общем-то, и не было, это были полки из отборных головорезов со всего мира, которым Франция только оплачивала работу.

Наш полк, теперь во главе с моей мамой перекинули на границу Франции для прорыва линии обороны войск НАТО, где на острие и стоял французский легион.

После передислокации нас с Тамарой передали по приказу мамы в штурмовую группу, после чего все бойцы первого и второго звена спецназа написали рапорт о переводе в штурмовики.

Может быть, мама этого и добивалась от командования, так как штурмовать легион, обычными бойцами было бесполезно, а спецназ для штурма ни кто не давал.

Нас распределяли на малые группы и каким-то чудом в командиры нам назначили «Гадюку» дополнительно придав нам пару китайских солдат с пулеметом. При тренировках у нас случались языковые конфузы с китайцами, но вскоре они поняли силу русского мата и действовали в группе как одно целое, иногда ругаясь по-русски на свой китайский пулемет.

Первым нашим штурмом была маленькая деревушка, где окопался легион и держал оборону. После нескольких залпов реактивных систем, одна из машин которых накрыла подступы аэрозольной завесой не позволяющей стрелять ПТУРами. Три наших танка с минными тралами с разных сторон ринулись вперед, разгребая минное поле и прокладывая дорогу. Они стреляли внутрь деревни без прицела, так как через аэрозольную завесу они тоже ни чего не видели, но создавали мощный беспокоящий огонь. Когда два танка вернулось, а один потеряв гусеницу от выстрела ручного гранатомета, застрял у самого края деревни, в бой пошли мы.

Наш бронетранспортер, стреляя из крупнокалиберного пулемета, держа нашу группу на броне, ворвался через белое облако аэрозоли в деревню и, остановившись между двумя небольшими домами, высадил нас, после чего «Гадюка» отдала приказ коробочке срочно сматываться.

Жестами она показала нам и китайцам распределиться по домам. Мы с Тамарой побежали в правый дом, а китайцы в левый. По нам велся шквальный огонь со всех сторон, одна из пуль чиркнула мне по шлему пока я убегала с дороги. Смотря через прицел коллиматора на автомате, подбегая к дому, я заметила, как из окна в меня целился солдат в НАТОвской форме, но в этой дуэли я оказалась быстрее. Добежав до стены, я закинула ручную гранату в разбитое мной окно. Тамара добежала до меня и, встала передо мной, мы двойкой стали двигаться вдоль стены, разбивая стекла окон и бросая туда гранаты. Подходя к следующему и уже разбитому окну, нам под ноги из дома бросили гранату, но Тамара как профессиональный футболист приняла подачу на носок ботинка и, подбросив ее, поймала рукой и закинула обратно в дом.

- Крутой финт! – крикнула я. Тамара взглянула на меня, и по ее глазам было видно, что она улыбается, ее рот, и нос, были скрыты под респиратором, как и у меня.

Открыв не запертую дверь, Тамара встала на колени и, падая боком внутрь на пол, открыла огонь из автомата. Старый прием спецназа, которому нас учили, сработал и последний выживший легионер, от очереди попавших в него пуль, выпал в окно, наружу.

Мы проверили весь дом, теперь кроме нас и пятерых трупов здесь никого не было. Мы заняли позиции у стен рядом с окнами, выходящими на ту сторону, откуда велась по нам стрельба.

«Гадюка» буквально влетела в дом и оценив обстановку передала по рации, чтобы слали еще посылки, что означало, что мы закрепились и ждем подкрепления.

Китайцы в своем доме тоже славно поработали, они забрались по лестнице на чердак и, спускаясь сверху, перерезали ножами всех трех человек охранявших дом, после чего установили свой пулемет и создали ответный огонь.

На второй и третей дороги тоже шли бои, была слышна трескотня и звуки разрывающихся гранат. Когда мы захватили первую линия домов, «Гадюка» смотря на свой командирский планшет, скомандовала в рацию, всем укрыться одеялами.

Мы развернули маленькие пакетики с тонкими пластиковыми металлизированными одеялами и укутались в них с головой, не понимая, зачем все это.

Тетя Афина в военной форме подполковника, которая сидела на ней идеально, зашла к нам в дом и, заметив нас с Тамарой, приветственно помахала рукой. После чего встала посередине комнаты и подняла руки, закатив ставшими желтыми глаза, как были у мамы, когда она смотрела на Тамару. Все вокруг стало покрываться инеем и трещать от резкого перепада температуры.

Мой автомат тоже покрылся инеем и, прикоснувшись к нему пальцем, я почувствовала, как моя кожа моментально прилипла к нему. Было очень холодно, генерал мороз делал свое дело, вернее подполковник Афина.

Она стояла уже час, когда прибыл очередной бронетранспортер, и в дом вошла тетя Карина одетая в песцовую шубу и шапку ушанку, она так же, как Афина помахала нам рукой, увидев нас замерзающих и забившихся в угол дома.

Температура на улице переваливала за минус семьдесят градусов и через час, когда стало теплеть в живых из легионеров осталось совсем не много, а наши штурмовики стали прибывать регулярными рейсами.

Найденные, живые легионеры не могли нормально говорить и двигаться, многие отморозили себе конечности. Мы не стали брать их в плен, а просто собрали при зачистке в одну кучу и, разоружив, отправили пешком на запад.

Легенда о непобедимом французском, иностранном легионе была разрушена, а новая легенда о непобедимом полке Беловой была написана.

Мы теснили легион, который прочно стоял и держал границы, один населенный пункт за другим переходили под наш контроль. Ведьмы делали свое дело, толкая армию вперед. Все, даже за рубежом знали ведьм поименно.

Однажды я проснулась от того, что земля тряслась под ногами, а от зарева стоящего у горизонта в поселке который нам только предстояло взять, ночью было светло как днем.

Я вышла из палатки и посмотрела вдаль. Весь горизонт вспыхивал яркими вспышками и сопровождался оглушительным грохотом.