Волчица. Там, где дом

Часть 3. Точка отсчёта

Глава 10

   Риата:

   Я блуждала по тёмным лабиринтам уже очень долго. Счёт времени потеряла, как и способность ориентироваться. Запах сырости, затхлый воздух и отсутствие света в этих проклятых катакомбах, сводили уже с ума. Чаще стали посещать мысли о том, что моя "обожаемая" семейка решила сделать гадость напоследок, отправив добровольно умирать здесь. Может, было бы лучше, если бы я осталась в Саэри? Умереть в бою не самая худшая смерть, и к тому же быстрая. Даже в какой-то степени почётно. Всё лучше, чем мучительно растягивать момент ожидания, блуждая по этому... бесконечному кошмару.

   Я никогда не запоминала, если мне снились плохие сны - стоило проснуться, как они забывались, оставляя после себя только неприятные ощущения. Сейчас же, обладая огромным количеством времени, я осознала: худшим кошмаром для той, кто привык к ароматам утрённей росы, запаху свежей травы и мокрой земли и листвы, - такой лабиринт. Мрачно, сыро. Я почти не ощущала движения воздуха, казалось, могу взять его руками и слепить что-нибудь, настолько тяжёлым он был. Тяжёлым и мёртвым.

   Ещё в начале своего пути, когда стена за спиной окончательно отрезала меня от Ремира, я не могла даже предположить, что "тайный ход" на деле окажется системой точно таких же ходов. Об этом я узнала, когда неожиданно поняла, что пространство вокруг меня изменилось - звук собственного дыхания и шагов подсказали. Куда идти? В какую сторону? Или вообще стоит вернуться? Нет, возвращаться я не собиралась. Даже если оборотни выжили, то их осталось совсем немного. А если выжил Ваэрд и Дирк... тогда нашей "свадьбы" точно не избежать.

   Я шла, наугад выбирая направления. Ориентироваться, когда тебе из всех чувств доступен лишь слух, очень тяжело. Сначала не раз спотыкалась, падала. Исцарапала ладони и ноги. Потом пообвыкла. Когда природа лишает человека одного чувства, то усиливает остальные. В моём случае слух обострился до предела, как и осязание. Пожалуй, раньше я никогда не слышала так хорошо. И ещё ощущала малейшие изменения в воздухе - становилось ли холоднее, гулял ли сквозняк, и, почувствовав их, двигалась в этом направлении.

   Впервые я была благодарна тому, что родилась с кровью оборотней.

   Не знаю, было ли предусмотрено какое-либо освещение для тех, кто решался воспользоваться подземными ходами, но мне очень хотелось увидеть свет и почувствовать тепло хотя бы пламени обычной свечки. А может, катакомбы создавались для оборотней: они бы наверняка сумели выбраться за несколько часов, от природы обладая прекрасными чутьём и рефлексами. Да и в темноте, наверняка, пришлось бы легче, чем мне, привыкшей к постоянному искусственному освещению в тёмное время суток.

   Полное безмолвие компенсировалось усиленной работой мозга. Я много размышляла. Даже слишком. Виной тому служило пространство, незримо давившее на сознание. Я ощущала себя в ловушке, безвыходной и пугающей. Как же повезло, что не страдаю боязнью маленьких пространств. А вообще есть все шансы её приобрести, если выберусь отсюда и не сойду с ума.

   Безумно хотелось присесть на минутку, отдохнуть, а ещё лучше поспать. Сколько часов я брожу по лабиринту? Или часы растянулись на сутки?.. Хотелось есть, пить, тепла - сильно продрогла из-за того, что приходилось медленно передвигаться. О горячей ванне и постели старалась не думать, так как становилось только хуже. Поэтому думала о том, что сделаю первым делом, когда выберусь из подземелья. Пожалуй, завалюсь спать прямо на голую землю: надо дать телу отдохнуть, если хочу потом добыть еду. На счёт охоты я не переживала - с детства научилась ловить дичь и готовить её. Очень надеюсь, что выйду где-нибудь в лесу, или на его окраине, потому что ещё неизвестно, какие деньги понадобятся в городе или любой деревушке для оплаты ночлега и пищи.

   Как назло, с первоначальным планом действий разобралась быстро, и мысли повернули в другое русло. То самое, которое находится далеко отсюда, в стране под названием Анрэйт. И русло это протекало в двух направлениях: к зеленоглазой девчушке и одному темпераментному принцу.

   За Фиолу я волновалась. Постоянно, начиная с того момента, как ушла с Ваэрдом. Она маленькая и совершенно беззащитная. Кто её защитит? Одна мысль не давала беспокойству перерасти в панику: Сатейша обещала позаботиться о маленькой принцессе. Я верила ведьме. Она знала тайну зеленоглазой девочки, но не выдала её при первой же возможности. Конечно, всегда оставался шанс, что рано или поздно она кому-нибудь расскажет, однако я всё-таки склонялась к тому, что даже если это случится, то ведьма как-нибудь выкрутится. Разочаровываться в брюнетке с глазами глубокого синего цвета отчего-то не хотелось. Наверное, потому что в душе надеялась обрести, если не подругу, то хотя бы надёжного товарища, на которого можно положиться.

   А вот мысли о сероглазом принце вызывали неприятное ощущение, заставлявшее ныть где-то в груди. Будь я полноценным оборотнем, непременно бы завыла от тоски: кажется, я серьёзно попалась на крючок. Ещё не знаю, хорошо это или плохо, но меня безумно тянуло к нему. А стоило вспомнить совместные ночи, становилось вовсе невыносимо. Интересно, как он? Думает ли обо мне? Хорошо, что мы успели объясниться до того, как мне пришлось уйти, иначе, даже не знаю, что могло бы случиться: у Измаэля далеко не самый простой и тихий характер, и на спокойную реакцию нельзя рассчитывать. А ведь он ещё ревнивым собственником оказался... Что он мог себе напридумывать? Что я сбежала от него к любовнику? Вполне возможно, если вспомнить, как он разозлился, когда оттолкнула его. Страшно представить, что ждало бы окружающих, не пообещай я вернуться...

   Кстати, меня не отпускало какое-то смутное чувство, неизменно возникавшее при воспоминании о том дне, когда за мной пришёл Ваэрд. Что-то не давало покоя. Какое-то несоответствие.