Волчица. Там, где дом

Глава 18

– Завтрак! – громко возвестил Мирчел, заставив Вейру подскочить на месте.

Смугловатый брюнет, бывший когда-то рабом, и заслуживший свободу многолетним трудом и тяжёлой жизнью, оказался верным охранником. Веламар приставил его к племяннице Сатейши, намереваясь обезопасить юную Вейру от возможного покушения. Король сомневался, что недоброжелатели прознают о том, чем занимается эта девица, но на случай, если посторонние прознают об этом и захотят помешать, Вейру должно оберегать.

Сам Веламар, спроси его Измаэль, мог бы ответить, что преданных короне людей необходимо беречь, даже если кажется, что они не несут стране какой-либо пользы. Главная их ценность заключается в том, что они существуют, и, чем больше их, тем лучше: народ, который верит и любит своего правителя – столпы, на которых строится благополучие страны. Заговоры будут всегда, но ещё будет народ. Главное – показать людям, что нововведения правителя ведут к лучшей жизни. Тогда народ пойдёт за королём.

Мирчел был рождён на юге Анрэйте, близ моря. Он был четвёртым из девяти детей. Его отец был рыбаком. Семья Мирчела часто голодала: большую часть улова продавали, а то, что оставалось, приходилось делить на мелкие порции. Однако есть одну рыбу каждый было невозможно, и вскоре родителям мальчика пришлось задуматься о будущем детей. Старшую сестру отдали в ученицы портнихе. Один старший брат начал помогать отцу, а другого отдали в учение плотнику. Денег катастрофически не хватало, и тогда родителям пришлось сделать то, о чём они сожалели до самого конца своей жизни.

Мирчел был слабеньким здоровьем ребёнком. Физически он развивался медленно, так как рыбу его организм отвергал, а другого родители мальчика позволить себе не могли. Маленького Мирча родители с рыданиями и со слезами на глазах фактически продали знатной семье. Зато у мальчика появился шанс выжить.

Своей подопечной Мирчел вскользь поведал, что ему пришлось пережить. Сначала его часто били за то, что он не мог справиться с простейшей работой. Потом он окреп, стал посыльным. Позже юноша помогал на конюшне, на кухне и везде, где требовалось. Когда Мирчу исполнилось шестнадцать, на него стали заглядываться девушки. Парень, несмотря на подростковую угловатость и внешнюю неуклюжесть, выглядел довольно привлекательно: худой, но довольно высокий; темноволосый, из-за частой работы на солнце – загорелый. И необычные для такого типа внешности глаза мутно-голубого цвета играли не малую роль.

Вейрана слушала Мирчела с открытым ртом, что очень льстило мужчине. Вейра подкупала мужчину своей простотой и скромностью. Тихая, кроткая, с вдумчиво-отстранённым взглядом, она производила на него впечатление гораздо большее, чем могли это сделать девушки, наряжаясь в платья с вызывающими вырезами и самым изысканным макияжем. Племянница Сатейши подкупала своей простотой, и Мирчел почему-то чувствовал, что просто обязан позаботиться об этой малышке. Свою заботу Мирч выражал в том, что строго следил за распорядком дня подопечной (к тому же, это было несколько болезненным вопросом для него, учитывая прошлое). Ночью ему это, к сожалению, было недоступно – последние смены выпадали Фолессу, сменщику Мирчела.

– Вейра, хватит спать. – Мужчина водрузил поднос с едой на стол. Вейра едва успела убрать бумаги, которых обреталось на столе огромное множество. – И не хмурься, иначе морщины появятся раньше времени.

Девушка хмуро глянула на своего охранника. Сколько раз она пыталась объяснить ему, что еда в библиотеке – кощунство! Но Мирчел оставался непоколебим в этом вопросе: организму необходимо нормально питаться, даже если Вейра не чувствует голода. Племянница ведьмы и раньше частенько пропускала приёмы пищи, ограничиваясь перекусами между очередным изучением параграфа или раздела книги, которую прислала ей мать. Но теперь, когда Вейрана стала практиковать магию, пища стала необходима ей как воздух: иных способов восполнить резервы организма напрямую она ещё не знала. Так что с такой бесцеремонностью своего охранника девушке пришлось смириться.

– Ты хоть спала сегодня? – спросил Мирч, наблюдая за тем, с каким аппетитом Вейра уминает принесённую ей еду.

– Уфу, – не отвлекаясь, ответила она.

– Ну, хоть за этим Лесс следит, – проворчал мужчина.

Вейрана благоразумно промолчала. Уж что-что, а за рамки своих должностных обязанностей Фолесс не выходил, в отличие от Мирчела. Сказано охранять, – он охраняет. А вот за тем, чтобы подопечная соблюдала режим сна и приёма пищи, Лесс не следил. Хочет Вейра почитать ночью в библиотеке, и охранник молчаливой тенью следует за ней. Хочет девушка просидеть за книгами с утра до глубокой ночи – пожалуйста. А если вдруг уснёт прямо в кресле с книжкой в руках, так Фолессу же проще – никуда не надо ходить, следи только за тем, чтобы никто посторонний не появился и не разбудил.

Отношения между охранниками были нейтральными, хотя время от времени становились натянутыми. А дело заключалось в том, что Мирчел пытался убедить своего сменщика быть «более внимательным к Вейране». Но Фолесс бескомпромиссно заявил, что не обязан делать то, что выходит за рамки обязанностей, которые обозначил его величество. Больше Мирч не заводил разговоров о том.

– Как продвигаются твои исследования? – перешёл к нейтральной теме мужчина.

– Хорофо. – С энтузиазмом ответила девушка, не переставая жевать.