Волчица. Там, где дом

Глава 19

Следующие дни Ролана провела у постели дочери в надежде, что она очнётся. Но с каждым днём её всё сильнее грыз червь сомнения. Его величество вошёл в положение магессы, и предложил занять гостевые покои во дворце до момента, пока Вейрана не придёт в себя. Ролана настороженно отнеслась к внезапному участию и сочувствию короля, и очень деликатно отказалась от столь щедрого предложения. Аргументировала она это тем, что не хочет быть нахлебницей, к тому же женщина располагает достаточным количеством денег, чтобы позволить себе снять приличный номер в хорошей гостинице на длительное время.

Непоколебимое желание магессы быть независимой от чего-либо, каждый воспринял по-разному. Веламар лишь сильнее заинтересовался. Ардауру было близко подобное отношение – он сам, будь у него возможность, ни за что не согласился на такое. Сатейша… не была удивлена, даже наоборот, ожидала от подруги подобное. От капитана Ферниса Ролана получила полный уважения взгляд. Впрочем, как бы магесса не упрямилась, а всё своё время проводила в покоях дочери, денно и нощно неся дежурство. Выговаривать за такое взрослой женщине никто не решился, да и не стала бы Ролана слушать – без лишних слов поставила бы на место выскочку.

Сатейша первое время старалась подменять подругу, чтобы та могла удовлетворить потребности организма. Однако вскоре ведьма сдалась: Ролана, видя, в каком состоянии пребывает Сатейша после выполнения прямых обязанностей главы медицинского ведомства, отсылала её отдохнуть. Сати возмущалась, сопротивлялась, но в глубине души радовалась тому, что есть возможность поспать лишние часы. Само собой, из-за этого ведьма чувствовала вину.

– Лана, так нельзя. – Не в первый раз подняла тему Сатейша за ужином.

– Мы уже говорили об этом, Эш. – Сухо напомнила магесса. По её тону можно было легко догадаться, что обсуждать поднятую тему она желает меньше всего.

– Я помню. – Сверкнула синими глазами подруга.

– Начинаю в этом сомневаться. – Холодно сказала Ролана.

– Можешь сомневаться, сколько душе угодно. – Парировала ведьма с достоинством. – Но так продолжаться не может.

Магесса громко вздохнула, закатив глаза. Так по-детски, как считала сама Ролана, она вела себя крайне редко, – обычно когда кончалось терпение.

– Ты не должна постоянно сидеть у постели Вейры. Сходи, посмотри город, дворец, загляни на ярмарку, в конце концов...

– Как я могу развлекаться, когда моя дочь который день подряд не приходит в себя? – чётко проговорила каждое слово магесса, стараясь сдержать рвущиеся наружу усталость, отчаянье и боль, сплетённые в один тугой узел, мешающий вдохнуть полной грудью.

– Я не имела в виду развлечения. – Спокойно отозвалась Сатейша. – Тебе необходимо именно развеяться. Отвлечься. Такими темпами вскоре свалишься с лихорадкой на нервной почве.

– Ты просишь слишком много. – Поджала губы Ролана.

– Как знаешь. – Легко согласилась ведьма. – Но учти, что с завтрашнего дня я буду в разъездах, и вытащить тебя на очередной приём пищи будет некому. – Предупредила Сати.

Ведьма не врала: на следующий день она покинула дворец. Насколько поняла Ролана, Сатейша собиралась отправиться за пределы столицы, потому о быстром её возвращении не было и речи. Впрочем, магессу не волновало ничто, кроме дочери, и была рада тому, что никто её больше не дёргал. Так она считала поначалу, а потом женщина стала ловить себя на мысли, что без Сати и её уговоров, ей тоскливо. Узел из боли, страха и усталости начал потихоньку душить. Ролана стала разрываться между желаниями дежурить у постели дочери и прогуляться часок по дворцу.

Тишина, более не нарушаемая Сатейшей, начала ощутимо давить. Ожидание лишь усугубляло эффект. Короткие часы сна последние дни и вовсе стали напоминать пытку: переживания выплеснулись в яркие кошмары, не запоминающиеся по пробуждении, но оставляющие неприятные ощущения после себя. В конце концов, магесса не выдержала. Словно во сне, она поднялась и вышла, сначала из спальни дочери, а потом из её покоев. Встрепенувшись, Ролана хотела было вернуться к Вейре. Рука, уже потянувшаяся к двери, замерла в нерешительности.

В голове неожиданно всплыли слова ведьмы о том, что не помешает развеяться. «Отвлечься, расслабиться», – кажется, так говорила Сатейша. В тот момент в Ролане взыграло упрямство: какие развлечения, когда каждую минуту борешься с мыслью, что дочь, может быть, никогда не придёт в себя?.. Но сейчас в голове намертво засели слова ведьмы. «Развеяться»… Может, действительно, стоит попробовать?

Магесса внезапно осознала, что находиться у постели собственной дочери ей становится всё труднее, и ждать неизвестно чего с каждым днём невыносимее. «Наверное, Эш права. Безвылазное сидение в четырёх стенах сводит с ума не хуже, чем ничего не знающие студенты, сдающие экзамен».

Испытывая стыд за собственную слабость, Ролана всё же решила пройтись по дворцу, осмотреться, но совсем немного – просто чтобы размять ноги, оправдывала она себя. Женщина с интересом разглядывала портреты предков короля Веламара, оценивала примерную стоимость убранства дворца и качала головой. Ролана неспешно вышагивала по коридорам. Она потеряла счёт времени, и… потерялась, совершенно забыла о том, что необходимо запоминать путь. Такого позора от собственной глупости женщина не испытывала давно. И ведь могла же оставить магическую отметку, чтобы без проблем вернуться!