Волчий князь

Глава 1 часть 4. Беглец

Может, оно и к лучшему? Всего-то и надо — морду опустить. Внезапно он почувствовал, что в холодной глубине к его левой задней лапе что-то прикоснулось. Машинально дернувшись, он попытался убрать лапу. Но стоило замереть, как прикосновение возобновилось. Теперь его пощекотали по подушечкам. Ласково так, нежно. Это уже никак нельзя было спутать с какой-нибудь утонувшей тут до него корягой.

— Эй, эй, кот! — заголосил Федя. — Там внизу что-то есть и оно меня трогает!

— Есть, — спокойно согласился кот, выгибая дугой спину и распушая хвост. — Может, болотник какой или навка там. Мдау! Ты бы, серый, вылез из воды, от греха подальше. А то сожрут же! И будешь тут еще одним огоньком блуждать.

— Это как? — уже всерьез испугался Федя.

— А вот так, притопит тебя болотник, мясо сожрет, а душу выплюнет. Но болото тут древнее, голодное, само оно тебя не отпустит, так и будешь тут летать и других путников в трясину сманивать. Для пользы общего дела. Кушать-то всем хочется. Мдау!

От таких перспектив Федя бултыхнулся активнее. Дергал лапами, греб, пытался выпрыгнуть. Да все без толку. Паника вновь подняла в нем отвратительную скалившуюся голову, сковывая мысли и лишая воли.

— Ты, серый, не мельтеши! Не мельтеши! — принялся советовать ему кот, но Федя его не слышал. — М-да-урр!..

Разочарованно мяукнул кот.

— Эй, гений болотный! — громогласно гаркнул наконец на волка котяра. — Успокойся, я сказал! И слушай сюда!

Рокот, раскатившийся по болоту, казалось, даже поднял ветер, заставив пригнуться травы и замереть Федю. Вывалив из пасти горячий язык, Федя уставился на кота полными мольбы глазами.

— Выбираться из топи надо не лапами дрыгая, аки повешенный на петле, а с умом, — уже спокойнее посоветовал кот. — Медленно, плавно, без суеты. А то болото — оно ж как барышня обидчивая: засуетишься — и пиши пропало. Оно степенных любит.

— Ага, — буркнул Федя, — делать-то что?

— Запомни, кочка — твой друг. Нащупал лапой — закрепился. Не нашёл — не суйся. И никаких резких движений! Понял?

Федя покивал, аккуратно подогнул одну лапу и с величайшей осторожностью начал тянуться к ближайшей кочке.

— Вот так… вот так… — подбадривал его кот. — Молодец, серый! Теперь главное — не обоср…

Хлюп!

Кочка предательски ушла из-под лапы, и Федя нырнул с головой. Благо, быстро вынырнул. Булькнул, закашлялся и яростно отфыркался, расшвыривая топкую грязь вокруг себя.

— Ну… ты молодец, конечно, — подытожил котяра. — Записывай: урок второй — не верь кочкам. Они лживые, как цыганки на ярмарке.

Федя, едва не захлебнувшийся грязью, жалобно фыркнул и снова затрепыхался.

— Ой, серый, да ты ж бьешься-то, как карась на сковородке, — вздохнул кот, подобрал хвост и удобнее уселся на облюбованной им кочке. — Слушай сюда. Разжёвываю медленно, чтобы даже такой пустоголовый щенок, как ты, смог усвоить.

Раздраженно помахивая кончиком хвоста, кот наблюдал за притихшим Федей.

— Первое: лапы шире! Раскорячься там, как шмыгун. Чем шире раскорячишься, тем меньше провалишься.

Выполнив указание, Федя замер, боясь лишний раз пошевелиться, дабы не нарушить и без того незавидное положение.