Волчий оскал

Глава 18

Угодив в руки Вону, я вскрикнула. Он появился из-за угла совершенно неожиданно. К счастью, Харди ушёл раньше меня, а я действительно заплутала.

– Как хорошо, что ты здесь, – с наигранным облегчением сказала я и широко улыбнулась Вону. – Я заприметила крыльцо, а потом природа увела меня дальше. Тут очень красиво!

– Верно, – он с подозрением изучал пространство за моей спиной. Напрасно. Харди давно сидел за своим столиком. А может даже ушёл, потому что миссия на сегодня закончена. – Не уходи далеко от меня, хорошо? – с холодком в голосе попросил Вон, взял меня за руку и повёл к гостям.

Остаток вечера я скучала в компании незнакомых мне людей, стараясь занимать мысли тем, о чём мы говорили с Харди. И если Вон не обнаружит мой телефон, то с Харди я теперь на связи. Я позволила себе выпить шампанское и расслабиться. Напиваться я не могла, потому что внутри меня росло маленькое чудо Читтапона. Ни в коем случае я не желала ему вреда.

Вон приобнял меня.

– Тебе не холодно?

– Теперь, когда ты обнял меня, тепло, – елейно пропела я. Вону понравился тон моего голоса.

– Если хочешь, можем поехать в ресторан. Поужинаем вдвоём.

– Чудесная идея! Только сумочку возьму.

Мы покинули благотворительный вечер и поехали в ресторан, который находился чуть в стороне от дороги, спрятанный от случайных взглядов. Это было низкое здание из тёмного камня, широкие окна которого выходили прямо на океан.

Нас проводили к свободному столику.

Я села, и взгляд сразу упал на море. Волны медленно накатывали на чёрные скалы, разбиваясь с глухим, ровным звуком. Это действовало странно успокаивающе, но одновременно давило.

На столе уже стояли маленькие закуски – кимчи, маринованные овощи, что-то острое с чесноком. Я вдруг поняла, что от запаха чеснока меня воротит. Я отодвинула от себя тарелочку. Вон внимательно посмотрел сначала на соус, потом на меня.

– Что не так?

– Сильный запах чеснока.

– С каких пор ты не любишь запах чеснока?

– А с каких пор ты хорошо изучил мои вкусы? Я никогда не любила чеснок.

– Ты права. Просто… – он сделал глоток воды. – Появилась надежда.

Я вздрогнула.

– Какая ещё надежда?

– Вдруг ты беременна.

Я замерла лишь на долю секунды – достаточно, чтобы почувствовать, как всё сжалось в тугой комок. Сердце ударило в горло, дыхание сбилось, но я сразу взяла себя в руки. Нельзя показывать эмоции. Заставила себя расслабить плечи и сохранить лицо спокойным, будто его слова были всего лишь случайной догадкой. Он ничего не знает и не узнает.

– Это невозможно, Вон, – будничным тоном произнесла я, поражаясь тому, как легко мне это далось. – Если захочешь второго, то можно подумать после свадьбы. Не сейчас.

Он слабо улыбнулся.

– Зачем же ждать свадьбы?

Мне трудно было найти причину, поэтому была благодарна официантке, которая вовремя пришла взять заказ. А потом мы выбрали другую тему для разговора. Вечер тянулся медленно для меня. С большим усилием я игнорировала бокал с вином. Нельзя. Вон говорил о свадьбе, о доме, в котором мы будем жить, о том, что мы часто будем приезжать сюда, в Чеджу, отдыхать. Он поделился своими планами, сказав, что собирается оставить музыку и уйти в кино. Я слушала вполуха. Я боялась даже представить жизнь с ним. Господи, не позволь нам дойти до этой проклятой свадьбы.

На самом деле, Вон готов был пожениться хоть сейчас, но волокита с моими документами задерживала процесс. Сегодня он раскрыл больше карт, и я могла делать выводы. Одна из просьб к Харди состояла в том, чтобы кто-то задержал процесс рассмотрения документов. Харди сказал, что позвонил другу по имени Кай – тот самый Кай, у которого на свадьбе мы были с Харди, и на которой мы с Читтом упали в бассейн – и тот знал нужных людей. Сегодня Харди получил от Кая подтверждение – дело будет сделано. А значит, у меня появилось время уладить всё и вывезти сына.

Мы съели десерт, после чего пора было ехать за Лукасом. Мы оставили его в детском центре с почасовой оплатой. Уверена, малыш получил большое удовольствие поиграть с другими детками, но я переживала за него, и Вон уважал мои чувства.

Забрав Лукаса, мы все вместе погуляли по побережью, нагнали сон и отправились на виллу.

Я сама уложила Лукаса спать, а когда вышла из его комнаты, Вон куда-то собирался.

– Ты уезжаешь?

– Отлучусь ненадолго.

Я кивнула, изобразив огорчение. Он поцеловал меня в лоб, затем в губы, улыбнулся и прошептал:

– Я скоро вернусь.

«Сверни себе где-нибудь шею», – зло подумала я.

Вон уехал.

Я тут же помчалась писать Харди. Мы говорили с ним минут десять. Затем я сделала себе кофе и включила телевизор. Почти все корейские телеканалы передавали новости. Я не вникала в них до тех пор, пока на экране не появилось лицо Читтапона крупным планом.

Я сделала звук погромче.