Волчья Кровь

Глава 4

— Влюбленные все дуры, они словно преданные собачки.
Коко до Шанель

Утро началось не с бодрящего солнечного луча и пения птиц, а с чьего-то хриплого крика внизу, под аккомпанемент грохочущей посуды. На секунду мне показалось, что я уже дома, в своей квартире, и сосед за стеной снова ругается со своей истеричкой-женой. Сон был таким крепким, а пробуждение — настолько резким и диссонирующим с реальностью, что мозг отказывался перестраиваться. Но вот я открыла глаза, и иллюзия развеялась, как дым. Я проснулась не в своей мягкой постели, а на жестком сене, с соломой, набившейся в самые неожиданные места, в окружении стойкой вонючей сырости и какого-то непонятного шевеления в волосах. Машинально я провела рукой по затылку, и к крикам снизу прибавился мой собственный, душераздирающий визг: в мои спутанные за ночь волосы забрался довольно здоровенный, мохнатый паук размером с мою ладонь! Я затрясла головой, пытаясь сбросить мерзкое существо, а дверь в этот момент почти тут же распахнулась. В комнату влетел Артсиаль, с лицом, выражавшим готовность к бою, пока я отчаянно стряхивала с себя незваного гостя.

— Лина, что случилось? — его голос был напряженным и быстрым.

— Убери его! Быстрее, убери его с меня! — я зажмурилась, указывая пальцем на свою же голову.

Арт мгновенно оценил ситуацию. Вместо того чтобы просто смахнуть паука, он с преувеличенной аккуратностью подошел и начал выпутывать его мохнатые лапки из моей кудрявой, взъерошенной шевелюры, будто развязывал сложный морской узел.

— На мужчин с клинками бросаешься без тени сомнения, а безобидного паучка боишься? — в его голосе прозвучала насмешка.

— Если бы он вежливо спросил, можно ли ему побегать у меня в волосах, я бы, возможно, даже не возражала! — огрызнулась я, наконец почувствовав, как он снимает противное существо. — А вот так, внезапно и без приглашения — увольте!

Он усмехнулся, коротко и тихо, и отпустил паука на пол. Тот, не теряя ни секунды, пустился наутек и скрылся в щели между грубыми досками пола.

— Я уж думал, на вас напали, моя леди, — произнес Арт, вытирая руки о платок.

— Во-первых, я не твоя леди. А во-вторых, взгляни на меня, — я развела руками, демонстрируя свои порванные еще при падении джинсы и заношенную футболку. — Я вообще хоть немного на леди похожа?

— Внешность обманчива, — парировал он. — Вы составите мне компанию на завтрак?

— С превеликим удовольствием, — ответила я, чувствуя, как в животе предательски заурчало от одного только слова «завтрак».

Я осталась одна в своей каморке под самой крышей. Утренний свет, пробивавшийся через маленькое запыленное окошко, выхватывал из полумрака кружащие в воздухе пылинки. «Вот оно, мое королевство. Четыре стены, соломенный матрас и паучий царь в качестве соседа». Я потянулась к карману, где всегда лежал телефон… и снова наткнулась на пустоту. Ни смешных тиктоков, ни сообщений от подруг, ни даже надоедливых уведомлений из банка. Только тишина, нарушаемая гулом голосов снизу.

С грохотом я принялась распутывать свою пегую копну волос. «Вот надо мне было краситься?» — этот вопрос преследовал меня с того самого дня, как я в порыве юношеского бунта окрасила свои волосы в ярко-рыжий цвет, а затем решила поэкспериментировать. Теперь сам черт не разберет, какого они оттенка — где-то рыжие, где-то темно-русые, а на кончиках еще сохранился остаток синей краски. Да еще и постоянно топорщатся во все стороны, создавая впечатление, что меня только что били током. Никакая расческа надолго не брала эту анархию. С горем пополам я кое-как привела их в божеский вид, вспомнив, как давно обещала себе все остричь, но так и не решалась повторить свой прошлогодний эксперимент с «дизайнерским» каре (читай: как попало обкорнала длину).

Таверна «Сивый мерин» с утра выглядела не лучше, чем ночью, но пахла хоть чем-то съедобным — какой-то кашей и жареным мясом. За столиком в углу уже сидел Арт, и перед ним стояли две дымящиеся миски. В том, что одна из них — моя, я уже не сомневалась.

— Артсиаль, вы очень любезны, — сказала я, подсаживаясь. — Но я привыкла сама заказывать себе еду. А если быть точнее, сама есть то, что назаказывала.

— Впредь буду знать, — кивнул он, и в его янтарных глазах мелькнула искорка интереса. — Приятного аппетита.

Еда оказалась на удивление съедобной. Каша с мясом и луком. Буднично, просто, но сытно. Я ела молча, чувствуя на себе его взгляд. Он изучал меня, как интересный экспонат.

— Ты что-то хотел от меня? Или просто решил понаблюдать, как я завтракаю?

— Вы не могли бы показать амулет, цепочка которого столь призывно выглядывает из-под вашей рубашки? — произнес он без всякого предисловия, его взгляд стал цепким и изучающим.

Я инстинктивно прикрыла вырез рубашки ладонью, почувствовав, как металл кулона будто на мгновение стал горячее.

— Нет, — коротко и твердо ответила я. — Когда мне его давали, строго-настрого запретили кому бы то ни было показывать. И вообще…

— Я знаю, что такое амулет мага, — мягко, но настойчиво перебил он. — Просто покажи. Я не собираюсь отбирать у тебя силу.

— Зачем это тебе? — не сдавалась я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Запрет Тариссы звучал в ушах набатом. Но с другой стороны, этот парень, кажется, и так всё просек. Или это ловушка? Его янтарные глаза смотрели прямо, без обмана, но с глубиной, в которой можно было утонуть.

— У тебя странная аура, — ответил он, как ни в чем не бывало. — Мне стало интересно. Она… мерцает.

От этого наблюдения мне стало не по себе. Он видит больше, чем кажется. Черт, будь что будет. Я медленно, не сводя с него глаз, достала амулет из-под одежды. Цепочка холодно блеснула в тусклом свете таверны. «Иначе, чувствую, он меня саму достанет, а на амулет все равно посмотрит», — подумала я с раздражением.

— Что ж, смотри.

Он наклонился ближе, его пальцы едва не коснулись металла, но он удержался. Его взгляд скользнул по символам.