Волчья Кровь

Глава 20

Чтобы разгромить врага, сначала изведи его союзников.
The Elder Scrolls V: Skyrim

Солнечный луч, упрямый и назойливый, пробивался сквозь щель в ставнях, рассекая пыльную мглу в моей комнате. Он уперся прямо мне в глаза, но я даже не шевельнулась, чтобы отодвинуться. Лежала на спине и смотрела в потолок, уставясь в причудливую трещину, которая извивалась, как река на старой карте. На уроках меня не было, да и зачем? Лицо, должно быть, все еще было красным и опухшим от вчерашних слез — тех, что лились тихо и безнадежно, пока я не уснула, скомкав окровавленное и пропахшее вином платье. Где-то там, в своих кабинетах, ректор Рошарк наверняка уже подготовил приказ об отчислении. Мои сумки с вещами, казалось, только этого и ждали, стоя у стены немым укором.

Я не нашла в себе сил даже подняться и позавтракать. Лежала, утонув в одеяле, и пыталась представить свое будущее. Уйду отсюда. Поселюсь в лесу, в какой-нибудь заброшенной хижине. Буду грабить разбойников и жить на это. Может, даже награду за меня позже назначат, как на опасного зверя. А что магией пользоваться не умею как следует? Так вон живут же люди вообще без нее, и ничего. Мысль была глупая, отчаянная, но в своей простоте она казалась такой же надежной крепостью, куда можно спрятаться от стыда и унижения.

В дверь постучали. Тихо, но настойчиво. Люцифер, дремавший у моих ног, мгновенно вскочил, распахнув кожистые крылья, и издал низкое, предупреждающее рычание, в его янтарных глазах вспыхнули искры. Сердце екнуло — пришли? Уже за мной?

— Иди на место, — сипло приказала я ему, и ильдерс, нехотя сложив крылья, отступил в угол, не сводя с двери горящего взгляда. — Открыто! — крикнула я, не в силах подняться.

Дверь скрипнула. Шагов было несколько, но говорила лишь одна Тиль, ее голос прозвучал как глоток свежего воздуха в затхлой комнате.

— Лин, ну как ты?

— Фигово, — выдавила я, глядя на нее одним глазом из-под одеяла. Она стояла посередине комнаты, а за ее спиной, у порога, виднелись силуэты Гила и Бани. Группа поддержки. На секунду в горле встал комок.

— Неужели он тебя уже отчислил? — Тиль подошла ближе и села на край кровати.

— Нет. Но к этому же все идет. Плохая все же затея — драться с принцессой на королевском балу.

— Да брось ты! Все видели, что это она тебя за волосы схватила первая. Это была чистая самооборона.

— Ага, конечно, — я с горькой усмешкой повернулась к ней. — Только думают все, что это я, дикарка, на благородную эльфийку бросилась в припадке бешенства. У нее брат, статус, связи. У меня что? Рога и хвост?

— Ну хочешь, мы все сейчас пойдем к ректору и поговорим с ним? — горячо предложил Гил с порога. — Сколько можно терпеть эту блондинку? Она всех уже достала!

— Не нужно. Я сама во всем виновата. Я уйду, и пусть она радуется. Придет день, — голос мой дрогнул от ярости, — когда я ей клинком на спине волка вырежу. А пока не стоит даже дергаться. Она все равно на целую пропасть выше.

— Ты несешь бред, — Тиль покачала головой, и в ее глазах светилась и боль, и упрямство. — Вот честно. Ты сколько раз смело и дерзко отвечала на ее выпады, и тогда ты думала о том, что она выше?

— Не в этом дело! — я наконец села на кровати, скомкав одеяло в кулаках. — Если она по-настоящему захочет меня уничтожить, у меня будут такие проблемы, с которыми я так просто не разберусь! А мне это не нужно. Я устала.

— И это сказала девушка, которая целовалась с ее женихом прямо посреди бального зала у всех на виду? — Тиль подняла бровь.

Жаркая волна стыда и гнева снова накатила на меня. — Артсиаль не ее жених! Он только мой. И делить я его ни с кем не буду.

— Спрячь клыки, волчица, — фыркнула Тиль, — мне точно таллэр в мужья не нужен.

— А ей-то вот нужен... — прошипела я.

— Корона его ей нужна! Статус. Понимаешь? — Тиль говорила быстро, страстно. — А неженатых принцев у нас не так уж много осталось. За человеческого ни одна уважающая себя эльфийка не пойдет, это только наша романтичная Дириэль пускает слюнки на человека, а у них, у высших эльфов, за чистотой крови следят строго. Только правящие дома могут позволить себе нарушать этот негласный закон.

— Вот тем более мне не светит ровным счетом ничего, — я снова упала на подушку. — Я даже не королевской крови. Я никто.

— Брось! — она махнула рукой, как будто отмахиваясь от назойливой мухи. — Ты — ликан. Последняя. Единственная в своем роде. Ты сама по себе — королевская кровь. Любой аристократ за такую партию поборолся бы, будь у тебя хоть капля политической хватки.

— Угу, — я язвительно усмехнулась. — Только тот, кого я хочу, не особо рвется брать меня в жены. Он предлагает место фаворитки. На вторых ролях.

Тиль на секунду задумалась. — Ну... если честно, я бы, наверное, согласилась, — сказала она осторожно. — Подарки, приемы, внимание принца... Это же сказка!

— Сказка, где у него жена — стерва, а твое официальное место — второе. Ага, прекрасная сказка.

— Ну да, — Тиль вздохнула. — Если смотреть с этой стороны... не очень.

— Вот и я о том.

— Так все! — она вдруг хлопнула себя по коленям и встала. — Хватит ныть и вариться в собственном соку. Лапы в зубы и бегом к ректору! Он тебя с утра уже искал. Группа поддержки нужна?

Я с тоской посмотрела на дверь. — Нет. Пойду одна. Надо же когда-то учиться отвечать за свои поступки без дружеского щита.

— Как знаешь. Но если что... мы все тут.

— Если что, я зайду попрощаться, — сказала я, пытаясь шутить, но получилось горько.

— А как же иначе? — Тиль обняла меня крепко, по-дружески, и это объятие дало мне каплю смелости перед предстоящим. — Держись, Лин.

Подруга вышла, уведя за собой ребят. Я осталась одна. Вздохнув, я кое-как оторвала себя от кровати и подошла к умывальнику. Вода была холодной, и это немного освежило. В зеркале на меня смотрело раскрасневшееся, припухлое лицо с запекшейся царапиной на щеке и синяком под глазом. «Прелесть», — мысленно констатировала я. С вчерашнего дня я так и не сняла рваное платье. Пришлось переодеваться. Процесс напоминал сборы на эшафот.