Волчья кровь. Обращенный

Эпилог

Прошла неделя с момента нашего поединка с Лавллом. Мое тело восстановилось, а раны зажили. Стая потихоньку возвращалась в привычную жизнь, без запретов и глупых правил Лавлла. Его заклеймили. Как и обещал Мишер, он сделал это сам. Я не стала смотреть как его выгоняют за пределы стаи, но через окно слышала его сердитые выкрики и пустые угрозы. Теперь его ждет жизнь одиночки и что с ней делать – решать только ему. Лавлл сам виноват и мне его совсем не жалко. Власть опасная штука, развращающая сердца.

Большая часть стаи приняла Кеннета, что не могло не радовать. Он всячески старался доказать свою полезность и вызывался помогать даже по пустякам. Я очень переживала и не знала, как начать с ним разговор, помня, что он хотел вернуться в Англию. Но он с радостью принял свою новую роль вожака, и согласился быть рядом со мной, навечно.

Кеннет рассказал, что делают с обращенными и как ему удалось сбежать из лап Верховных. Это возмутительно, что они питаются их кровью, в то время как обращенные люди становятся подобные нам. Получается, они убивают себе подобных ради долгих лет жизни. Радует, что Фидриан не знал и не поддержал этого, когда вступал в их орден. Поступок, который совершил отец для меня, расколол лед в сердце. Мое отношение к нему изменилось. Несмотря на наши ссоры, он подумал о том, что мне стало дорого. Не могу сказать, что начала чувствовать к нему любовь. Скорее это была благородность и принятие его требований. Он лишь хотел как лучше для меня, как и все родители, просто не знал, как выразить.

До Верховных дошли вести, что я и обращенный будем править стаей Северной Швеции. От них пришло письмо, заставившее меня проклинать Габриэля и всех, кто состоит в ордене. Новость, о том, что Фидриан был казнен за спасение Кеннета, омрачила всех. Я никак не могла принять, что больше не увижу его. Кеннет чувствовал вину передо мной и не знал куда деваться. На память от отца, он отдал мне деревянный герб нашей стаи. Рядом с маминой могилой, мы посадили деревце дуба и обвязали золотой лентой в память о Фидриане.

Так же в их письме требовалось немедленно передать Кеннета обратно, иначе они придут сами. Ответ на это писал Кеннет, обещая рассказать всему миру про их секреты. Они не станут ставить свою репутацию под угрозу, потому что их меньше, чем простых волков. Кеннет служит доказательством, что обращенные не опасные, если знать, как укротить их жажду крови. Кстати, о ней, Кеннет подумывал все-таки отправиться в Англию, чтобы предать суду ту девушку, которая его укусила, чтобы больше не страдали люди. Я с ним согласилась и поездку запланировали после всех официальных дел.

Бывший кабинет отца, где навел свой порядок Лавлл, пришлось разгребать. Линта, тихонько зашедшая в дверь, попросила прощения за свое поведение, а также разрешение уйти из стаи. Я не стала ее удерживать. Она знает, что ей здесь никто не рад. Возможно, она решила уйти вслед за Лавллом, а может и нет.

Своего друга я вернула в стаю и назначила альфа-волком. Он заслужил этого за свою преданность. Долен, по-прежнему не очень жаловал Кеннета, но их перепалки стали дружеского характера. Они старалась задеть друг друга колкостями и кажется, обоих это забавляло. Уверена, со временем они станут лучшими друзьями.

Сиелла помогала нам со всем, и я очень радовалась ее компании. Она попросила остаться на своем месте Вестника и так же много путешествовать. Конечно же, я была не против.

На официальную передачу стаи прибыла даже Эльфира, чем удивила всех. Кеннет поглядывал на нее подозрительно, зная строптивый характер бабули. Она, как бывший вожак выразила свое доказательство, что обращенный не опасен и она признает его перед всей стаей, вожаком. Честно, это было приятно. Ее помнили многие из старого поколения, поэтому доверились ее слову. Теперь мы с Кеннетом, после подписания всех бумаг и обмена крови, стали полноправными вожаками стаи Северной части Швеции.

А еще через неделю, провели свадебный обряд по всем волчьим законам с громкими волчьими песнями, разносившимся по всему лесу.