Волчья метка

Глава 8. На перекрестке.

«Иногда сны мудрее, чем пробуждение».
Черный Олень Хехака Сапа, оглала

Сбор моих личных вещей занял от силы полчаса, и то только потому, что тетя настояла, чтобы я забрала свои альбомы с гербарием. Увязнув в своем вранье, я долго препиралась, а тетя настаивала, что они будут памятным кусочком здешних мест. А я не могла ей сказать, что тащить их на автобусе до Мэриленда не смогу и придется оставить их в машине Рида. На этом тетя не остановилась, из моей комнаты она двинулась вниз, собирать мне вещи для взрослой жизни.

Я осталась в комнате, чтобы незаметно просмотреть расписание автобусов и выстроить маршрут. Придется делать пересадки. Я откинулась на спинку кровати. Плохо то, что из Ловелл  я смогу уехать или через пятнадцать минут, нет, уже через четырнадцать, или только завтра утром. Я открыла сайт вокзала Пауэлл, города, что находился в тридцати минутах от Ловелл. Если получится уговорить Рида довезти меня туда, то оттуда я смогу сесть на автобус до Каспера, а потом уже пересесть на автобус до Ларами. На машине я бы добралась до Ларами за девять-десять часов, а так путешествие обещало затянуться на неопределенный срок. Сейчас у меня накопилась такая моральная усталость, что я была бы счастлива потратить все свои деньги до прямого перелета в Мэрилэнд. Но Дэвиду понравилась мысль сделать марш-бросок сквозь несколько штатов. Дэвид был моим сокурсником, у нас была одна специальность, вместе участвовали в научной экспедиции, а теперь и вместе ехали в один университет. Сложно было охарактеризовать наши отношения. Дэвид был легким человеком - все ему давалось просто – учеба и общение с людьми. Но с этим было и какое-то легкомыслие - жизненные цели были только в размытом представлении, все его решения были случайными или по с течению обстоятельств. Так и экспедиция, и аспирантура были моими планами, а ему они просто показались подходящими. Но я была рада его компании, хотя и удивлялась такому отношению к жизни. Хотя с моими-то тараканами судить людей... Пожалуй, когда мы сдружились, он подарил мне часть своей беззаботности. Иногда мне казалось, что он ждет чего-то большего, но когда я мягко уклонялась от прямых предложений и разговоров, а он так же легко забывал эту тему.

Оставшееся время я бесцельно моталась по дому, не зная чем себя занять. Тетя Сара хлопотала над сумками, ведь новой ячейке мира оборотней так много всего нужно, чтобы осесть на новом месте. Придется со всем этим разбираться Риду. И с кучей склянок тети Сары тоже, которые она намеривалась мне дать с собой на первое время - минимальный набор на все случаи жизни. В общем-то, против ее посылки я не ничего не имею, но точно не уволоку столько с собой. В наши редкие встречи она всегда мне привозила такие презенты. Правда, иногда я эгоистично мечтала о более практичных вещах, например, о новом постельном белье. Но она было так погружена в свой растительный мир, что частенько забывала о простых и приземленных заботах.

За всей этой суетой я прекрасно видела подавленное состояние тети. И дело вовсе не во мне. К тому, что я ушла из ее жизни, она уже привыкла. Ей тяжело было терять Рида. Как они тяжело принимают новых членов стаи, так и тяжело расстаются со своими. Даже в пятилетнем возрасте мне запомнилась угнетающая атмосфера, которая царила долгое время после смены альфы и ухода отца Рида. Ушел отец, теперь уходит сын - и всему причиной стала я. Как мрачно для него обернулась эта сказка про уанжити.

В девять часов забежала Мира, она быстро проверила раны и сказала, что принесет необходимую мне аптечку к машине.

- Как они? - спросила похоронным голосом тетя.

- Они прощаются, - грустно вздохнула жена Моргана, - Мама Купер ему полжизни в чемодан пытается уложить.

Тетя лишь печально покивала. Я училась в университете, где многие студенты легко покинули свои дома, редко навещали своих родителей, а после учебы вообще планировали отправиться покорять большие города. Здесь же, с их ортодоксальными взглядами, прощались, будто навсегда, с двадцатипятилетним парнем.

Без семи десять, час икс настал. Я чувствовала вину за то, как сильно хочу уехать отсюда и оставить позади всю эту историю. Но не могла отделаться от мыслей о том, что то, что принесет мне избавление,  для несчастного волка будет прощанием с семьей. Мы самым несчастным образом оказались связаны. Проходя мимо окна, меня привлекло движение на улице. Около дома Мартинов стояли Рид и Клэр. Девушка стояла без куртки, наверное, выбежала из дома, когда увидела Рида. Ветер красиво развивал ее темные блестящие неестественно прямые волосы. Ни разу ни одна прядь не упала на лицо, будто у нее был со стихией договор. Мои-то ветер всегда нещадно треплет, за минуту превращая в гнездо. В своем объемном свитере она казалась еще более худой, даже хрупкой. Особенно на фоне широкоплечего парня. Они выглядят красивой парой. Я отстраненно наблюдала, как Клэр что-то в чувствах вещала ему, то и дело, касаясь его руки или плеча. Купер же вставлял редкие реплики, все больше хмурясь. Что же интересно она ему такое рассказывала? В любви напоследок признавалась?

- О, Рид! Я так люблю тебя! Давай сбежим вместе, создадим свою стаю и нарожаем кучу волчат! - изобразила я ее, конечно же, писклявым голосом.

- Клэр, душа моя, я бы рад, да вот засада, куснул другую я, на ночь глядя, - о как у меня в стихах получилось, конечно же, грубым басом.

- Я помогу тебе от нее избавится - давай сожрем ее! - понесло меня. В этот момент Рид ухмыльнулся, покачав головой, и посмотрел прямо на мое окно - прямо на меня. Упс! Попалась... Кто же знал, что его волчьи локаторы настроены на мой дом. Клэр, видимо, поняла, что Рида рассмешили вовсе не ее слова, и тоже посмотрела на мое окно. Только уже менее дружелюбно. Прятаться больше не имело смысла, Рид, глядя на меня, постучал по своим часам, и указал на входную дверь. Верно, он за мной и шел, когда его подловила Клэр.