Волчья метка

Глава 21. Выбор.

«Когда-то давно старый индеец рассказал своему внуку одну жизненную истину:
- Внутри каждого человека идет борьба двух волков.
Один волк - это зло:  гнев, зависть, жадность, надменность, гордыня, жалость к себе, ложь, обиды, эгоизм.
Другой волк - это добро: мир,  любовь, надежда, спокойствие, скромность, доброта, щедрость, честность, сострадание, верность.
Маленький индеец, тронутый до глубины души словами деда, на несколько секунд задумался, а потом спросил:
- А какой волк победит?
Ответ старого индейца был прост:
- Всегда побеждает тот волк, которого ты кормишь».
Притча племени Чероки.

Очень долго перед моими глазами стояла картинка, как волчица с вызовом смотрит на Хатико, как он не отводит глаз от убитого отца. Так тяжело принятое им решение ничего не значило.

Очень долго, всю дорогу до больницы в Ловелле, куда меня отвез сразу же Люк; в приемном покое, где мне вкололи обезболивающее и оставили ждать врача.

Я сидела на кровати, на одной из ряда других, не до конца зашторенная занавеска, позволяла мне наблюдать за суетливой жизнью больницы: важно спешащие врачи, растерянные пациенты и взволнованные сопровождающие. Немного удивляло, откуда в таком маленьком городе столько ночных пациентов. Возможно, от лекарств, но у меня было ощущение, что я - Алиса, которая попала в Зазеркалье. В ряду жертв домашних разборок, пьяных подростков, я, со сломанной оборотнем рукой, ощущала себя с другой планеты.

На вопросы медперсонала, что со мной случилось,  привычно отвечала, что автомобильная авария. Они скептически осматривали раны на лице и теле, но спорить не стали. Узнав, откуда я, понимающе переглянулись - мол, от этих можно ожидать чего угодно. Я была одна. Люк доставил меня врачам и тут же исчез. Сам он тоже выглядел неважно, но, как и другие оборотни, он, разве что руку оторвет, только тогда обратиться в человеческую больницу.

- Вас заберут? - спросила меня медсестра, когда я выходила из кабинета с новеньким белоснежным гипсом на руке.

- Да, да, - понятия не имела.

И что за жизнь такая, когда я буду нормально спать по ночам в своей кровати.  Я проторчала в больнице всю ночь. Мне предлагали госпитализоваться, но я отказалась. Пока я была на процедурах, мои документы были доставлены и оформлены, я рада, что обо мне не забыли, среди всего хаоса в стае.

Двери больницы разъехались, выпуская меня на морозный утренний воздух. В центре полупустой парковки, у старенького пикапа, стоял Рид, сложив руки на груди. Почему-то мне некстати вспомнился фильм "Шестнадцать свечей". Волна щемящей радости поднялась во мне. Я надеялась, что он будет здесь, но ожидать от него такого, было бы слишком. Сдерживая свои эмоции, я старалась не сорваться на бег.

- Ни дня без травмы?

Я уже поняла, что беззаботный и шутливый тон он включает как самооборону от лишних вопросов и повышенного волнения вокруг себя.

- Я работаю над собой, - мне оставалось только поддержать его тон.

Сам он выглядел не лучше, будто прошел через терку. Теперь и шею украшал бинт, а на лицо, видимо, махнули рукой, оставив сиять ранами.

Рид с сожалением осмотрел мою руку, стараясь ее не касаться, помог сесть в машину.

- Прости, что не защитил тебя, - тихо сказал он, когда мы отъехали от больницы.

- Брось, ты не виноват, - и я действительно так думала.

- Мы знали, что они будут готовить ловушку, - Риду не помогли мои слова, он нахмурился, переживая произошедшее, - Он всегда искал слабые места своего противника. Стая и ты – вот мои. Мы не знали, кого он выберет. Им пришлось бы выбирать, а, возможно, и разделиться. Мы надеялись на это. Иначе я не разрешил бы тебе ехать.

Я мягко коснулась его рукава, показывая, что понимаю его, пытаясь доказать, что не виню его. Но он все продолжил свое покаяние:

- Тебя должен был сопровождать не только Люк, за вами шли Род и Дерек. Но они почувствовали чужаков рядом с резервацией и вернулись. Там ведь дети…

Он не договорил, но мне и так было понятно. Главные приоритеты – это защита будущего альфы ради защиты всей стаи, затем защита детей и женщин, оставшихся в стае, а уж потом я. При таком раскладе я должна быть благодарна, что хоть Люк со мной остался, а не бросился защищать своего сына и жену. Даже догадывалась, почему. Сопровождать меня, это верный способ увести опасность подальше от дома. На тот случай, если жертвой выберут меня. Так и получилось. Сейчас, когда все закончилось, я рада, что детей эта битва не затронула. Непонятно осталось только одно:

- Но почему Мира не осталась защищать Киру, если рядом были чужаки?

- Ее материнский инстинкт заменила жажда мести, - Рид попытался скрыть свои эмоции, но я все равно заметила, как он крепче сжал руль, - Так себе из меня получился альфа. Еще до начала, да? – он горько усмехнулся, но как всегда попытался все свести в шутку.

- У тебя все получилось, - не поддерживая его шуточный тон, серьезно сказала ему, - Ты справился. Но никто не приходит к победе легко.

Он оторвал взгляд от дороги и, наконец, искренне мне улыбнулся. Он с удивлением смотрел на меня, и мне снова неловко стало под его долгим прямым взглядом.

- Что? Что ты так смотришь? Смотри на дорогу! – я рукой повернула его лицо, чтобы он вспомнил, что все-таки за рулем и прекратил меня смущать, - Ты все-таки волк, а не кошка – у тебя не девять жизней.