Волчья невеста

Глава 43

Следующие несколько дней Мари словно ходила по облакам. Это казалось странным — ведь ничего особенного не случилось, всё оставалось по-прежнему. Курт так и не обрёл покой, а дедушка по-прежнему относился к нему с предубеждением. Но после той прогулки на горе Мари не переставала улыбаться.

Шла уже третья неделя их пребывания на ферме. Мари старалась не думать о том, что их с Куртом план, возможно, провалился, и ей придётся вернуться в волчий город.

Чтобы отвлечься, она помогала бабушке и дедушке собирать ранний урожай. Курт тоже подключился к работе, находя любые предлоги, чтобы избежать очередных тренировок. Очевидно, боевое искусство, подарившее покой Лензу, ему не подходило.

— Мари, не отвлекай его! — прикрикнул дедушка, когда она в очередной раз подошла к работающему в поле Курту. — Дни становятся короче, нужно всё собрать на этой неделе!

Мари закатила глаза и, передав Курту ведро с водой, кивнула.

— Он обращается с тобой так, будто ты не способна мыслить самостоятельно, — заметил Курт, сделав глоток.

— Да, но… — начала Мари, но её прервал стук копыт приближающейся лошади.

Гость был виден издалека, и Мари, вздохнув, направилась к воротам встречать посетителя. Это оказался скотовод, живший ниже по дороге.

Мужчина, чуть моложе того возраста, в котором сейчас был бы её отец, весь покрытый дорожной пылью, подъехал на телеге с новорождённым телёнком. С копной седеющих чёрных волос и широко посаженными глазами, он уставился на Мари, как только её увидел. Она пыталась вспомнить, что знала о нём — кажется, он овдовел незадолго до того, как её семья переехала в Валд.

Курт последовал за ней, а вскоре подошли и бабушка с дедушкой.

— Ленз! — крикнул мужчина, спрыгивая с лошади. — Ты же хотел купить телёнка? Этот тебе точно понравится! — Он помолчал, прежде чем спросить: — Это Мари?

— Да, в обоих случаях, — проворчал дедушка.

Пока Ленз осматривал телёнка, мужчина не сводил глаз с Мари. Курт демонстративно кашлянул, когда взгляд соседа начал опускаться ниже лица девушки.

Подняв глаза, скотовод наконец заметил его.

— А это кто?

Все замерли, не зная, что ответить. Курт и Йохан не покидали ферму, чтобы не вызывать лишних вопросов, на которые проклятие всё равно не позволило бы ответить. Но молчание в ответ на прямой вопрос выглядело столь же подозрительно, как и появление незнакомцев в Майсене. Мари, собравшись с духом, выпалила:

— Это мой жених!

Мужчина вяло кивнул и пробормотал Курту приветствие, а Мари заметила вспышку гнева на лице деда.

— Вы придёте на свадьбу Адлера в конце недели? — спросил гость у Ильзе.

— Мы ещё не решили, — натянуто ответила она.

— Жаль. Люди уже шепчутся, почему Ильзе и Ленз не показываются в деревне, — усмехнулся он. — Что-то скрываете?

Бабушка и дедушка обменялись тревожными взглядами. Ленз сказал:

— Урожай в этом году ранний и обильный. Стараемся не сбавлять темп.

— Но мы, пожалуй, пойдём на свадьбу, — вмешалась Ильзе.

После нескольких минут обсуждения покупки телёнка мужчины ударили по рукам. Когда сосед уезжал, он бросил на Мари ещё один жадный взгляд.

Разъярённый Ленз подлетел к внучке и Курту, как только скотовод скрылся из виду.

— Мари, — строго рявкнул он, — я не желаю больше слышать эту чепуху!

— Что ты имеешь… — начала она, но Курт перебил:

— Я бы не назвал нашу помолвку чепухой, старик.

Ленз несколько мгновений молчал, тяжело дыша, затем повернулся к Ильзе:

— Всё. Я не могу больше делать вид, что позволю своей внучке выйти замуж за эту псину.

— О, ну ты-то был лучшим выбором для своей жены, — съязвил Курт.

Ленз впился в него гневным взглядом:

— Я изменился ради своей жены. А не просто болтал, что могу разрушить чары, когда захочу.

В следующее мгновение они сцепились. Мари не успела опомниться, как нос Ленза оказался в крови, а Курт лежал на земле — его сбил с ног удар посохом в грудь. Лицо Курта исказилось от боли и ненависти. Он попытался встать, чем вызвал новые удары.

Мари, охваченная яростью, схватила камень и бросила в дерущихся мужчин, намеренно промахнувшись, но сумев привлечь их внимание.

— Я ненавижу вас обоих! — выкрикнула она, и эти слова были чистой правдой на данный момент.

Развернувшись, она помчалась к горе с такой скоростью, будто за ней гнались злые духи. Слёзы жгли глаза. Должно быть, бабушка остановила Ленза и Курта — никто не преследовал её.

Часть её беспокоилась о расстоянии между ней и Куртом — они ещё не знали пределов её свободы. Но другая часть была слишком зла. В голове проносились ужасные картины: Курт теряет контроль, Ленз калечит его…

Пытаясь успокоиться, Мари закрыла глаза и прислушалась к природе. Шум ручья, кваканье лягушки, прощальные песни птиц — лето начинало увядать.