Волчья невеста

Глава 49

Мари гнала кобылу так быстро, как только могла, но была вынуждена замедлиться, приближаясь к волчьему поселению. Меньше всего ей хотелось столкнуться со стаей в одиночку.

Её молитвы были услышаны, когда она заметила Кьяру в человеческом облике, сидящую на пеньке посреди её любимой поляны. Опасаясь напугать девушку громким возгласом, Мари спешилась и осторожно приблизилась.

Внутри неё всё сжалось при виде Кьяры. Если при первой встрече сестра Курта казалась озорной и яркой, то теперь выглядела потерянной, напуганной и болезненно бледной.

— Кьяра. Это я, Мари.

Девушка обернулась, и её опухшие от слёз глаза расширились от удивления.

— Как ты…

— Где Курт?

— Тебя не должно здесь быть! — Кьяра выразительно покачала головой, а Мари подавила вспышку раздражения. У неё не было времени на споры.

— Я не уйду! Где он?

Кьяра встревоженно посмотрела на неё, но затем поднялась и бесшумно направилась в сторону деревни. Мари попыталась следовать за ней так же тихо, но, несмотря на все усилия, её шаги казались оглушительно громкими. Ветки хрустели под ногами.

Они пробирались между хижинами, пока не вышли к холму на краю деревни. В его склоне была вырезана дверь. Сердце Мари забилось неровно, когда она различила приглушённое рычание и визги, становившиеся всё громче по мере приближения.

— Он не в себе, — прошептала Кьяра, когда они остановились. Слёзы навернулись ей на глаза. — Когда он очнётся, то так рассердится на меня! За то, что показала тебе.

— Не бойся, я всё улажу. — Мари попыталась изобразить улыбку и осторожно положила руку на плечо девушки. — И спасибо.

Кьяра кивнула и ушла. Мари подобрала юбки и толкнула тяжёлую дверь, не имея ни малейшего понятия о том, что её ждет внутри. Не успела она переступить порог пещеры, как дверь с грохотом захлопнулась, отрезав единственный источник естественного света. Теперь помещение освещал лишь одинокий факел.

Ступень в пещеру оказалась ниже, чем ожидала Мари. Она оступилась и полетела вниз, растянулась на грязном полу, больно ударившись локтем.

Скорость и свирепость, с которой волк бросился на неё, ошеломляли.

Мари вскрикнула и в ужасе отползла к стене. Когда она осознала, что всё ещё жива, то осмелилась поднять глаза. Волк не прекращал попыток добраться до неё. Мари потребовалось время, чтобы привыкнуть к тусклому свету, и когда её зрение адаптировалось, она увидела, что Курт был прикован цепью к стене.

Присмотревшись, она заметила, что его мех в области шеи весь в крови — именно туда впивалась цепь во время его яростных рывков.

Его глаза остекленели, а зубы щёлкали с оглушительной силой.

— Курт?

Волк замер на мгновение, а затем возобновил атаки. Рык и сила бросков стали яростнее. Мари заставила себя подняться на дрожащих ногах, но как только ей это удалось, Курт забился ещё сильнее. Тогда она опустилась на колени, и её лицо оказалось на одном уровне с его мордой.

Ужас охватил Мари, когда она попыталась заговорить. Её мысли были такими же размытыми и неясными, как свет в пещере, и это жутко мешало сосредоточиться.

— Прости, — начала она, выдавив первое, что пришло на ум. — Я… прости за то, как я обращалась с тобой в последнее время. За то, что злилась. Я знаю, что всё это не твоя вина.

Она с трудом сглотнула, понимая, что если замолчит, то уже не наберётся смелости продолжить.

— Я никогда не винила тебя. Просто… я хотела иметь право выбора. Меня раз за разом загоняли в этот лес, в эту жизнь, а когда я пыталась выбрать свой путь, то всё теряла всё.

Курт продолжал рычать, но броски превратились в бесцельную беготню на месте. Его мех больше не стоял дыбом, и Мари впервые осмелилась заглянуть прямо в его волчьи глаза. Так странно было видеть эти золотисто-карие глубины на фоне окровавленного меха.

— Я знаю, — продолжила Мари, — у тебя тоже никогда не было выбора. Тебе приказали жениться и управлять всеми этими людьми. И ты… По какой-то причине ты всё это ты любил меня. Был добр ко мне без всякой причины, даже когда я не была добра к тебе.

Лицо Мари вспыхнуло, когда она вспомнила дни их ледяного молчания. И боль в глазах Курта глазах, когда она вернулась домой с Гензелем, игнорируя его мольбы о внимании.

— Но сейчас, Курт, — сказала она дрожащим голосом, — сейчас я выбираю тебя. И я не уйду, пока тебе не станет лучше.

Волк прекратил рычать и застыл посреди сырой пещеры. Его взгляд стал удивительно человечным. Прежде чем Мари успела ещё что-то сказать, зверь растворился в облаке мерцающей пыли, и на его месте оказался мужчина, стоящий на коленях.

Курт застонал, пытаясь подняться, и Мари поспешила поддержать его.

— Отдохни, — попыталась она успокоить его, когда он вскрикнул от боли.

Остатки крови пропитали её ладони. Цепи всё ещё натирали Курту шею..

— Тебе нужно уйти, — прохрипел он.

— Нет. Я не оставлю тебя.

Курт не стал сопротивляться. Вместо этого он поднял дрожащую руку и нежно провёл пальцами по контурам лица Мари. Она прижала его ладонь к своей щеке, а он обхватил её талию второй рукой и притянул ближе.