Волчья невеста

15. Глава - Вера и магия, мысли юного эксперта академии

Ежедневно, через пару часов после лекций, один светловолосый молодой человек путешествовал из своего общежития при священной академии в главный храм Аглеима, находящийся в самом сердце столицы. Единственное здание, которому было разрешено находиться на возвышенности, храм всегда был открыт для посещения, однако местные жители все реже обращались к вере в божественную Троицу. Пустые скамейки из тисового дерева грустно выделялись на фоне массивного здания церкви, воздвигнутого задолго до первой Империи, в то время, когда люди верили в богов сильнее, чем в собственные имена. В аскетичном виде постройки ощущалось настоящее смирение: витражи из древнейшего стекла и первых технологий давали людям возможность погружаться в мир фантазии, заставляя разглядывать простые узоры, за которыми скрывалось нечто большее, чем обычный незамысловатый рисунок. Руны, покрывающие стены основания церкви, вызывали не меньше вопросов, но знающие люди, окончившие священную академию, могли с легкостью прочитать эти старые письмена. Белые стены устремлялись высоко в небо, и, приходя к одной из тех самых одиноких скамеек возле этого мистического места, молодой человек всегда задирал голову, разглядывая белоснежные бесконечные ступени и выступы, стремившиеся к стеклянному куполу.

Поглощенный своими мыслями, он мечтал хотя бы однажды оказаться на самой вершине: сердце юноши будоражил вид, который открывался с таких невероятных высот. Весь Аглеим буквально располагался под ногами церкви, как огромный великан, каждый день разглядывающий свои владения. Маленькие и большие улочки, забитые людьми рынки и площади, даже закаты в его голове трансформировались в нечто непередаваемое. В какой-то момент своей недолгой жизни юноша даже сожалел, что ему выпала скучная роль аристократического отпрыска, чья жизнь однажды закончится так же, как и у всех других. Будь он безмолвным камнем, находящимся где-то высоко, его существование могло бы продолжаться бесконечно.

Молодого человека звали Дэмиен Ревилье. Он спокойно рассматривал свои записи в большой тетради, лежавшей у него на коленях. Страницы, исписанные чернилами и зарисовками, были черновиком самого Дэмиена в самом обычном смысле: поиск ответов на вопросы мироздания заполнял всю его голову, хаотично появляясь и исчезая, как облака на небосводе. Он чувствовал, как магия, пронизывающая мир, напоминает ему о божественном — о том, как каждое чудо, будь то искрящийся фейерверк или нежный шепот ветра, является проявлением чего-то большего. Многие люди вокруг не понимали и не принимали его домыслов: как же три Бога, которых почитали тысячелетиями, которые упрямо вмешивались в жизни обычных людей и вводили свои правила, могли подвергаться сомнению? И как же магия, языческие культы и науки, столь чуждые руны, могут сопоставляться с тем, что Боги подарили человечеству? Магия пришла на их континент недавно, принося с собой лишь войны и горе. Агрессивные заморские адепты, маги и ведьмы, понимающие мир через призму безбожия, но обладающие истинной ценностью человека, могли творить невероятные вещи: открывать порталы сквозь пространство, создавать огненные руки, вызывать проливные дожди, внушать страх или любовь. Эти волшебники были подобны трём Богам, которые вносили свои коррективы в жизнь, но им не требовались алтари или молитвы. Высокомерие тех, кто обладал силой творить магию, было наравне с Божественным.

Будучи учеником, или, как в простонародье смеялись, "послушником", Дэмиен не мог избавиться от мысли, что учение их религии устарело. Последние толковые книги датировались более полвека назад: верующие старались найти как можно больше ответов на свои вопросы относительно богов, анализируя их, разбирая, как мифических персонажей. Отчасти это было правдой — а кто, собственно, видел этих богов? Шепотом с детства каждый ребенок слышит две вещи: страшные легенды о выдуманных зверях и сказания о трёх Богах — и это не может вызывать искренней веры.

Но, говоря честно, Дэмиену нравилась сама религия, её концепция: Боги воистину существуют. Магия существует. А что, если два враждующих лагеря на самом деле подчиняются одному командиру, просто не понимая этого? В юношеском сердце теплилась бунтарская мысль: а что, если умение людей создавать немыслимые вещи, знающих астральные руны и языки, на самом деле — это истинные последователи его веры?

Ведь как их обучали? Старший Бог — это бог солнца и мудрости, который решает всё в этом мире. Он восседает на белесом троне с повязкой на глазах: в одной руке у него меч, которым он отсекает ненужное, а в другой — золотые весы, где на одной чаше находятся все человеческие грехи, а на другой — молитвы, достигающие его ушей. Переполнение одной из чаш сулит либо счастье, либо злую кару.

Второй Бог — бог силы и зрелости, которому читают молитвы все, кто связан с физической работой, бог души и крови. Каждый муж, начиная от каменщика до генерала, должен наизусть знать молитву о "сильной руке и стальной воле". Каждый, кому нужна сила, испытывает невероятные порывы после должного обращения. Средний Бог вспыльчив: если слова, обращенные к нему, недостаточны или неточны, он может сделать верующего калекой.

Третий Бог — бог дома, плодородия и веселья. Женщин учат с детства, что ребёнок в облике бога всегда сидит у неё на плече: маленький мальчик тянется к теплу и уюту, а также к беззаботности и юности. Младший всегда будет радоваться, когда к нему обращаются за помощью в приземлённых бедах: если есть проблемы с землёй, урожаем, гармонией в доме, а, самое главное, в детях. Но не стоит игнорировать молитвы к третьему Богу, ведь, будучи самым младшим и капризным, его кара приходит в жизнь последователей как горькая шутка.

А также нельзя забывать о тройственной молитве, обращенной ко всем Божествам. Нужно знать правильные слова или молитвы, которые дойдут до всех Богов в период искренней проблемы и печали. Старший Бог всегда судит, когда человек упоминает их священные имена. Сила тройственной молитвы была доказана тысячелетиями: в самые темные моменты люди слезно боготворили невидимых кукловодов и получали то, что им было необходимо. Спросите любого человека в Империи — каждый расскажет о легенде, когда Боги вмешались в их несчастье.