Волчья стая

Глава 6 Селище Прозора

С первыми лучами солнца мы выступили в путь и уже к полудню добрались в довольно крупное селище, почти такое же, а может и поболее моего прежнего. Стояла деревенька очень живописно, в излучине большой реки, с крепкими избами, окружённая пахотой и готовыми огнищами. Над долиной разносился умиротворяющий шум жизни, густо замешанный из криков детворы, мычания скотины и звона кузнечного молота. Селение влюбляло в себя с первого взгляда.

— Вот бы тут, на скале крепостицу поставить, чтоб с большой реки видна была, и вход в излучину стерегла, а за ней торжище аккурат до деревни. Построить пристань под ладьи да торговлишку наладить по реке с другими селеньями, а потом сидеть тихонько под защитой высоких стен и выдавать нагора разные изобретения. Дружину ещё можно собрать, обучить добро и заставить норманнов стороной обходить это райское место - понеслись в моей голове наполеоновские планы.

Ведуна тут знали и привечали, а меня сразу атаковали молодые девицы, не двусмысленно намекая на интересное продолжение знакомства. Мужики с некоторой опаской поглядывали на воя, в платье богатом, статью богатырской не обиженного. Принял нас на постой, в доме своем, староста Прозор выказывая этим нам особое уважение. Пока Фрелаф решал дела свои ведовские с общинниками, я скинул бронь с кафтаном, оставшись босым в одних портках, расседлал лошадей и повёл их на реку купать.

Как советовал ведун наводить дружбу с товарищами боевыми, четвероногими.

Коней порадовал, да сам наплавался под возбужденные возгласы общинников, на диво сие, как отрок по своей воле на глубину лезет и не топнет, даже старики любопытство проявили. Не спеша возвращаясь от речки, наслаждался ласковыми лучами вечернего солнца обсыхая на ходу и вообще решил немного на публику поиграть, демонстрируя спортивную мускулатуру. Благодаря хорошей теоретической подготовке и обильному питанию, за зиму мне удалось нарастить мышечную массу, так и шёл до коновязи, что возле Прозоровской избы под девичьи шепотки. Культурную программу для общинников продолжил упражнением с боевым шестом, исполняя комплекс японских приемов, абсолютно непонятный селянам, но жутко любопытственный. Зрители по старше прохаживались стороной и при этом тянули шеи смущаясь проявлять явный интерес. Огольцы же расселись по краям полянки, на которой я устроил свою гимнастику, громко пересказывали и потешались над моей придурью. Молодёжь заполнила промежуток между двумя лагерями, причём девицы встали особняком и в основном улыбались и строили мне глазки. По всему, девица с длинной светлой косой, оказалась самой смелой среди подружек и дождавшись, когда я закончу ратные забавы, подола мне холщовую тряпицу, чтобы обтереться.

Без лишних расшаркиваний она представилась:

- А меня Рута звать.

Девушка настоящая красавица, даже по меркам будущего, подошла близёхонько, да и пропал я от игривого взора синих глаз и улыбки нежной.

Вечером, в доме Прозора, за столом большим, собрались самые важные селяне, гостей дорогих потчевали всем лучшим. По принятому обычаю накушавшись до икоты, завели беседу. Сказывал Фрелав про диковины, которые сам ведал да от людей уважаемых слыхивал. Для местных общинников столько информации было темой для обсуждения на целый год и поводом завести разговор на торжищах с купцами заезжими.

Поведал голова общинный про напасть с деревней случившуюся.

- Объявились тати окаянные на дороге смоленской, купец давеча пропал с обозом и ватагой оружной. Сказывают, мол, не мужики там с дубьём, а дружинники бывшие князя черниговского. Чем-то они не по нраву пришлись и погнал тот их со двора своего. Окрест слух идет, собрались злодеи ватажкою, людом разноплеменным и нет им дороги к родичам своим. За главного дан Олаф-Косой, здоровущий и хитрый, как лисица. Дружинники самого князя смоленского Святослава Владимировича по дорожке хаживали, да не сыскали супостатов. Обезлюдил с тех пор тракт Смоленский, потому как лютуют они шибко, ладно просто грабили, так примучивают всякого без разбору роду и племени до смертушки.

Взялись уговаривать нас остаться в селище на зимовье, покудова тати сами не сгинут или не уйдут в другие земли. А пуще просили Фрелафа подсобить с ворожбой:

- Наслать бы погибель на них, окаянных. Любую жертву Перуну готовы от селения дать – обещал Прозор.

Уговорить ведуна свернуть от предначертанного в видениях, не состоятельно, да и виделось мне, что ушлый старик, не шибко то тех разбойничков-то и опасался.

Нам опять предстояла ночь в средневековой цивилизации, а до вечера следующего дня планировали уже быть на древлянском капище.

Да здравствует средневековье, с его упрощённым подходом к межполовым отношениям, и незамутнённый всяческими правилами поведения, разум. Синеглазка была прекрасна и изобретательна, мне «сносило крышу» от её громких криков, это я потом додумал - были они скорее для подружек, мол, «слушайте неудачницы». Под утро подарил Руте колечко из норманнских припасов и браслетик, за ночь волшебную, проведённую с ней на сеновале. Селянка оказалась ровесницей, но не по годам рассудительной, понимая разницу статусов, скромно предложила себя на будущее в холопки, ежели хозяйством решу обзавестись, и непременно родить мне богатыря пообещала.

Утром мы выехали в сторону Смоленска, провожаемые всем селищем, ведя по одному заводному коню. Я прилюдно расцеловал свою подружку и громко пообещал не позабыть, а может и воротиться по-возможности, подымая её статус. Излишки, в виде двух лошадок и трофеев с всадников кучковских, сторговали общине.