Волчья стая

Глава 8 Капище

Мы постепенно удалялись от смоленского тракта, тропинка ведущая в глубь дремучей дубравы норовила с каждым пройденным шагом раствориться. Одному только Фрелафу было понятно направление, и он твёрдой поступью вел нас вперёд. Порой нам приходилось продираться сквозь густой кустарник и протаскивать за собой коней с поклажей. Думаю, мне тут без ведуна и делать было бы нечего, даже с картой и компасом.

Останавливаясь на ночлег, старец сообщил, что мы давно под защитой запретного леса и можно не опасаться живых.

- А мертвых? – тут же переспросил я.

- Не знаю – ответил ведун.

На следующий день мы всё-таки дошли, почти уперлись в неожиданно возникший частокол из заострённых брёвен в три сажени высотой. Массивные дубовые воротины отворил ещё более бородатый и древний старик, чем Фрелаф, из глубины двора на нас смотрело ещё две пары внимательных глаз - холопка босая в сарафане из грубой, бесцветной ткани и мишка-двухлеток, сидящий на цепи, будто собачонка дворовая.

— Это Дубок, он тут всегда, - представил мне ведун хранителя капища, - не видит и не слышит уже давно по старости своей, зато чует всё. Он ведал, что свои идут, как только мы в лес запретный зашли. - Да, Андрей Любомирович, дорога сюда закрыта для неизбранных. Ночью сегодня само капище решит, свой ты али чужой. После трапезы вечерней, надлежит тебе провести ночь среди богов в центре капища, будешь привязан к жертвеннику, потому как разное с тобой может происходить - сказывал Фрелаф.

А я и испугался, и насторожился, особенно меня жертвенник напряг.

Кушали мы досыта, Дубок откуда-то пополнял стол с завидным разнообразием, суетилась и строила глазки теремная девка: - грустно ей бедняжке в окружении старцев да идолищ страшных.

А потом я очнулся голым, ноги и руки мои были прикованы железными кольцами к большому холодному камню, сверху на меня, откровенно злыми глазами смотрели лики богов, вырезанные прямо на стволах вековых дубов. Рядом стоял Фрелаф с Дубком, вздев руки к небу, они бормотали не очень понятные фразы, суть которых ускользала от меня вместе с сознанием, наверно молились. Оставалось только чуть-чуть подождать, а потом может и обратно в Пашкин Гелендваген попаду, хотя уже не очень хочется.

— Вот и девка стоит, хихикает, бессовестно изучая мои причиндалы – отметил я, постепенно проваливаясь в темноту.

Мне показалось, что сейчас наступит приятный сон…

Открыл глаза от резкой боли, в мой живот впились когти ворона, он долбил клювом грудную клетку, кроша кости и отрывая окровавленные куски мяса. Разлетающиеся капли крови окрашивали его чёрные крылья, а я извивался всем телом, пытаясь скинуть старательного убийцу:

- Я ещё живой, что ты, тварь, делаешь? Никакой сверхскорости и никаких ярких красок мира ко мне не приходило, боль и ничего кроме боли и обречённости.

- Фрелаф помоги - пробовал я позвать на помощь, но сам не слышал своего голоса.

Ворон и не думал прекращать, уже погружая свой клюв глубже, чтобы зацепить сердце.

Мелькнувшая серая тень сорвала с меня мучителя, клыки волчицы в мгновение ока разорвали чёрного ворона. На краю уплывающего сознания я понял, это моя волчица:

- Ракша, - я почувствовал её запах, как её шершавый язык заботливо успокаивает мои раны, и провалился в спасительный сон.

Дождь!

Сквозь листву вековых дубов на моё истерзанное падальщиком тело капают крупные капли, наверно, смывая кровь. Я с ужасом открыл глаза.

Первая мысль – он вскрыл мне грудную клетку, и, кажется, добрался до органов! Такое тут не лечат, или заражение добьёт.

— Вот это номер – воскликнул, осматривая своё тело.

- Даже царапин нет! Всё уже зажило или привиделось? А как же волчица, Ракша-то была? – перебирал я, накатывающие мысли.

Через пару минут пришли мои надзиратели, расковывать, точнее раскрывать сложный запорный механизм кандалов, приговаривая:

- Ух, и орать ты горазд, молодец, а как рваться-то начал, думали поломаешь всё – Фрелаф был явно мной доволен.

Может и показалось, но теперь лики богов смотрели на меня по-отечески, с одобрением.

- Андрей Любомирович, тепереча всюду будешь ты чувствовать, где место это заветное для тебя находится, прямо нутром своим. Оборони от напастей и ворога лютого капище священное, а взамен оно даст тебе силу и знания потаённые. А пока пойдём в баньку, попаримся да помоемся. Может и девку потискаешь, а то извелась она вся - торжественно сказал ведун.

Несмотря на всю абсурдность происходящего, меня не покидало чувство присутствия Ракши, казалось, вот сейчас обернусь резко, и увижу мою волчицу.

Ещё неделю пробыли мы на капище. Можно, конечно, назвать обучением или частичное введение в ведовство, но так или иначе, время я провёл с пользой. Перенимая у старцев премудрости охотничьи, науки ведовские да ратные. Сделал Перуну подношение и захоронку с деньгами и драгоценностями, уж больно много таскать приходилось. Подарил девице браслетик золотой за ласки и заботу. Пока суть да дело спорились, она профиль волчий везде на вещах моих вышивала, искусная работа вышла.

Порешили с Фрелафом, что следует мне путь держать в дружину Смоленского воеводы.

- Дело-то, конечно, твоё, Андрей Любомирович, не пропадёшь ты потому, что силою и средствами немалыми одарен богами. Странностей в тебе больно много. Судишь порой людей строго, а девке теремной можешь милость проявить, ставишь себя высоко, будто бы сын княжеский. Вот токма неведомы тебе многие обычаи и уклады жизненные. Среди людей поживёшь воинского сословия, а там и обдумаешь, где та правда мирская да кривда. Прошу, потаи от люда нутро своё, не след им даже мыслить, что не простолюдин ты. Есть в Смоленске дружка мой старый, не должен он отказать, да и язык за зубами держать умеет, вот и схороним надёжно на его подворье имущество своё, покудова без надобности будет.

Всё-таки моя гипотеза присутствия Дражки в закоулках моего сознания находила всё больше подтверждений. Науки от старцев и личные знания, когда-то услышанные в моём будущем, педантично укладывались на свои полочки в мозгу. Зачем сейчас может пригодиться устройство автомобиля Тойота - не понятно, но я теперь мог не пользоваться услугами хитрожопого мастера. Меня веселило, как это действует на средневековый ум Дражко, все эти знания про самолёты, высокие дома из стекла и бетона, телевизор и тому подобная лабуда. Мне бы его раньше заполучить, стал бы финансистом успешным, не меньше.