Волчья ягода

Глава 8.

Женя.

Я проснулась будто от толчка. У вас когда-нибудь было ощущение, что тело поет? И столько сил…, что можно горы свернуть, и переделать все дела.

Было?

Вот у меня сейчас было именно такое ощущение.

В комнату проглядывали теплые солнечные лучи и мне, до зуда на коже, захотелось до них дотянуться. Откинув одеяло, я босыми ногами прошлепала по ковру, чтобы встать под солнечный свет.

Нет! Нужно окно открыть.

Да! Так значительно лучше!

Но все равно… что-то мешает!

Точно! На мне была незнакомая длинная сорочка. Вот она то и мешала, не давая до конца насладиться солнышком.

Одно движение и сорочка летит на пол.

О! Блаженство!

Я впитывала тепло солнечного света, каждой клеточкой кожи чувствуя, как оно проникает в меня. Наполняя эйфорией и заставляя тело буквально звенеть.

- Развлекаешься!?

Неожиданный голос Елизаветы Петровны заставил вздрогнуть и кинутся к оброненной ночнушке.

- Ззздравствуйте! – ускоренно одеваясь, я попыталась приветствовать старушку.

- И тебе не хворать! – уперев руки в бока, Елизавета Петровна с улыбкой смотрела на меня. – Выспалась?

- Да! – ответила я, немного не понимая к чему такой вопрос. Все же бросив взгляд на окно, убедилась, что еще рань несусветная. На всякий случай, глянула в телефон. Точно, шесть утра.

- Женя, Женя, ну и напугала ты нас! – Женщина прошла в глубь комнаты. Ты четверо суток в себя не приходила.

- ?!!

Напрягая память, я попыталась что-то вспомнить. Перед глазами тут же замелькали какие-то немыслимые образы: лес, камни, мама, столп огня в небо… Но ведь это просто сон! Или нет?

- В тебе сила проснулась, дочка! – как что-то само-собой разумеющиеся бросила Елизавета Петровна, усаживаясь на краешек кровати и слегка отодвигая одеяло.

- Какая сила?!

- Ведьмовская, само-собой!

На что я просто рассмеялась, но смех стих, стоило только посмотреть в лицо, сидящей на кровати женщины. Что-то изменилось в нем с нашей последней встречи. Хотя… вроде все то же самое! Нет. Сияние? Точно! Оно самое! Точно такое же, как у меня несколько минут назад, когда я с ума сходила!

- Но! Какая из меня ведьма? – я все еще пыталась отшутиться.

- Сильная, Евгения, сильная! – ответила Елизавета Петровна, глядя мне в глаза. – И потомственная.

- Но… - я хотела ответить, что не было в нашей семье ведьм, а потом вспомнила бабушку Аглаю, и других женщин нашей семьи… - Бред! Ну были в нашем роду знахарки…

- Не знахарки, дочка, не знахарки, а Белые ведьмы!

- Белые?

- Одевайся и спускайся в низ! Тебя нужно сначала покормить, а потом уж мы с тобой поговорим. Теперь нам много придется общаться, дочка. - Елизавета Петровна встала и быстро вышла из комнаты. – Егор уехал, а Настёнка еще спит, так что нам никто мешать не будет! – бросила она, прежде чем за ней успела закрыться дверь.

И что это только что было!

Но тут мой желудок издал характерный звук, намекая, что старушка в некоторых вещах все же права. И я бросилась в ванную.

Выйдя из комнаты, я первым делом отправилась к дочке. Я даже не сомневалась, открывая дверь в не знакомую для меня комнату, что там я найду свою малышку. Но даже не удивилась. Просто еще один заскок в моей сегодняшней ненормальности.

Моя крошка мирно спала, положив ладошку под щечку и высунув из-под одеяла ножки. От этой картины душу омыла теплотой и нежностью. Стараясь не шуметь поправила на Настёнке одеяло, укрыв маленькие ступни. Только по опыту знала, не пройдет и минуты, Настя вновь их высунет. Что и случилось, не успела я дойти до двери. Мне оставалось лишь улыбнуться и прикрыть аккуратно дверь.

          На кухне Елизавета Петровна споро выставляла на стол угощения. Причем в таком количестве, словно завтракать соберется как минимум человек десять. При этом она умудрялась еще и печь блины.

- Вы кого-то ждете? 

- Нет. С чего ты взяла? – удивилась бабушка Егора.

- Ну, тут как бы на целую роту бравых солдат!

- Это я по привычке… - махнула она рукой, - да и ты небось голодная. Вон сколько сил потратила… Садись давай и не стесняйся… Я, как сейчас помню, готова была слона съесть после своего первого выброса.

- Так это был не сон?

- Евгения, давай ты поешь, а потом я тебе все расскажу. Договорились?

- Хорошо!

В какой-то мере Петровна оказалась права, и я с удовольствием умяла столько, сколько не ела еще никогда.

- Ну, а теперь поговорим! - Выключив плиту, Елизавета Петровна вновь наполнила мою чашку чаем, в этот раз сделав и себе и присела на соседний от меня стул.

Егор нашел нас на берегу речки. Она оправдывала свое название – «Студёная». Да только местную детвору это нисколько не заботило, они с удовольствием барахтались в совсем не по-летнему холодной воде. Еще раз доказывая мне слова Елизаветы Петровны – мы в стае оборотней. Я бы могла не верить словам женщины, посчитать все это больным бредом свихнувшейся старухи. Но… почему-то поверила… А сейчас воочию наблюдала, как несколько мальчишек ловко перекинувшись в волков, наступали на Дмитрия Кожевина и мою Настю.  И когда только я успела отвлечься!

Но вмешаться и отогнать наглую мелюзгу я не успела. Дима сам перекинулся в волка, и заслонив собой Настёнку с рыком двинулся в сторону мальчишек. Медленно наступая на них. Не прошло и секунды, как нападающие, низко склонив морды и тихонечко скуля, признали свое поражение и стали так же медленно пятиться назад. Еще бы! Волк Настиного защитника был на порядок выше и крупнее обидчиков. Мне самой стало не по себе! А Настя как ни в чем не бывало подошла к своему заступнику и положила ладошку на холку зверя.

- Настя, нет! – только и успела выкрикнуть я.

На что дочь повернулась ко мне и спокойно произнесла:

- Мама, это же мой Дима!

- Он сейчас не Дима! Он дикий зверь!