Волчья Зорька

Глава 2.5

Проснуться его заставила внезапная сильная боль во всем теле. Казалось, суставы вытягивались, выкручивались, разрывая мышцы и сухожилия. Неуклюже сев в постели, Владимир, морщась от боли потер запястье. И в глубочайшем недоумении уставился на свои руки. Они были покрыты густой серой шерстью.

“Как у собаки, - пронеслось в воспаленном мозгу. - Или… волка”.

Новый приступ адской боли скрутил его. С ужасом он смотрел, как на том месте, где должны быть ногти, выступают острые крупные звериные когти.

В панике, все еще не веря в то, что все происходит наяву, заорал князь во все горло. Но из глотки вырвался лишь леденящий душу вой.

- Снова вином своим упился, болван, - с раздражением проворчал старик Хованский, нащупывая в потьмах ногами домашние туфли. - Когда ж ты за ум-то возьмешься, бестолочь? Ну, я тебе сейчас…

Накинув халат, Сергей Петрович в крайнем негодовании распахнул дверь, готовясь задать сыну трепку. Но тут из комнаты Володи прямо на него, едва не сшибив с ног, вылетел огромный волчище, дико вращая почти безумными глазами. Князь, отпрыгнув к стене, сначала с перепугу что-то прохрипел, а затем уже завопил во всю мочь, зовя прислугу на помощь. Но когда сонные, взъерошенные, будто воробьи, слуги сбежались на крик барина волка уже и след простыл.

Над загадочным исчезновением молодого князя Хованского размышляли самые светлые умы Империи, но разгадку отыскать им так и не удалось. Как и связать воедино пропажу Владимира и волка в его комнате. Версии строились самые разные. Вплоть до самых абсурдных. Но ни одна из них не была даже на крупицу близка к реальности. Некоторым же мысль о вмешательстве темных сил в голову закрадывалась, но тут же с возмущением отметалась. Ибо произошедшее было за гранью понимания.

Варенька же с той злополучной ночи в избушке колдуньи не могла спать по ночам. В ее кошмарных видениях огромный волк перепрыгивал через окно ее комнаты, запрыгивал на кровать и склонясь над нею, с укором одними карими глазами вопрошал: “За что?”.

Каждый раз вскакивая в холодном поту, звала она верную Акульку, ведь только та могла понять ее как никто другой. И вцепившись в горничную, трясясь всем телом сидела в постели до рассвета.

От недосыпания Варенька за короткое время сильно подурнела, а рассудок ее помутился. Папенька и влиятельный супруг вызывали лучших докторов, но те лишь разводили руками. Дескать, душевное расстройство. Излечить нельзя. Прописывали успокоительные капли, которые лишь продлевали ее кошмары.

Ложась спать, Варвара велела Акульке наглухо запирать ставни и двери, а на подоконник напротив ее кровати ставить зажженную свечу - вдруг она отпугнет зверя. Вениамин Карлович прознав про это пытался отговорить, дескать опасно, пожар еще не дай Бог. Но Варенька закатила такую истерику, что высоковозрастной супруг, передав ее заботе Акулины, поспешил ретироваться.

А ведь как в воду глядел.

Ранней весной, едва только капель ударила о землю, облетело округу печальное известие о кончине князя Хованского. Сергея Петровича на фоне пережитых потрясений разбил инсульт и после трех дней беспамятства, они тихо почил в бозе в окружении лишь самых верных слуг.

- А ведь я виновата и в этом тоже, - тихо сказала Варвара, когда Акулька принесла ей эту весть. - Старик был крепкий, мог бы еще дюжину лет прожить…

- Ох, барынька, вам исповедаться, - с затаенной надеждой в голосе предложила горничная. - Покаяться. Авось и душеньке вашей легче станет. Давайте, я батюшку к вам приведу? Тайно, никто не прознает.

Но Варвара Петровна лишь печально покачала головой:

- Не могу, Акулька. Будто мешает что-то, не дает. Нет.. Не могу.

Пережила Варенька князя лишь на пару месяцев. В душный майский вечер, когда в знойном предгрозовом воздухе стоял удушающий аромат цветущей вблизи черемухи, Варваре было особенно неспокойно. Акулина поспешно принесла склянку с успокоительным, стала строго отсчитывать каждую каплю, но барыня вдруг выхватила из ее рук бутылочку и не считая накапала в стакан. Выпила залпом, легла. И практически через несколько минут забылась в тревожном сне.

Измученная горничная исступленно посмотрела на лекарство, что держала в руке.

- Себе накапать, что ль? - устало проронила она.

Накапала десять рекомендованных доктором капелек. Но этого ей показалось мало и Акулина решила удвоить дозу. Девушке хотелось всего-навсего выспаться. Проглотив горькую микстуру, Акулина убрала склянку и устроилась подле госпожи в кресле. Перед тем, как заснуть она посмотрела, хорошо ли закреплена отодвинутая занавеска на открытом окне. На подоконнике как обычно томно горела свеча.

“Погасить бы надо, - подумала Акулька. - Барыня после такой дозы не скоро встанут…”.

Но капли уже подействовали. Ноги девушки налились свинцом, веки слипались, выбираться из уютного кресла пусть даже на пару секунд так не хотелось…

“А, пусть, - уже засыпая успокоила себя горничная. - Ветра нет, что может случиться…”.

Когда грянула гроза, обе женщины крепко спали. Поднявшийся ветер опрокинул свечу на окне, первой занялась легкая занавеска, а дальше пламя быстро охватило комнату Вареньки.

Перекинуться на весь дом огонь не успел. Проснувшиеся слуги потушили. Но когда смогли наконец добраться до комнаты барыни, спасать там было уже некого.