Волейбольная площадка

Мирослава знакомится с новым классом

Волейбольная площадка

1 глава Первая встреча с волейбольной площадкой.

– Мамуль, я пойду с Тотошкой погуляю немного, хорошо? – громко крикнула Мирослава в сторону кухни. Белый стриженный Тотошка радостно завилял хвостиком, заслышав свою кличку и закрутился волчком вокруг ног своей любимой хозяйки.

– Хорошо, только далеко не уходи. Ты ещё не очень хорошо знаешь этот район, – озабоченно произнесла миловидная, стройная женщина под сорок показавшись на пороге кухни. Её ухоженное лицо обрамляли стильно подстриженные тёмно-русые волосы.

– Да нет, мы здесь около дома погуляем, – кивнула Мирослава и, надев на собаку красный кожаный ошейник, прицепила к нему поводок и шагнула за дверь. Спустившись на современном лифте с музыкальным сопровождением вниз, она вместе с Тотошкой направилась к выходу из подъезда.

– Здравствуйте, – негромко поздоровалась Мирослава с тремя разновозрастными женщинами за пятьдесят, сидевшими на скамейке около подъезда.

Женщины, не прекращая переговариваться между собой, вразнобой поздоровались с ней.

– А это новые жильцы…переехали вчера… – услышала она вслед, но ей было всё равно на мнение этих женщин. Она неторопливо двинулась вдоль длинной девятиэтажки. Завернув за угол, увидела четырёхэтажное кирпичное здание, огороженное забором из железных прутьев, окрашенный в зелёный цвет. Это была школа, в которой с завтрашнего дня ей предстояло учиться.

«Как здорово, что школа рядом с домом! А то в прошлую приходилось ехать на автобусе почти полчаса», – подумала Мирослава во все глаза разглядывая здание и прилегавшую к нему почти безлюдную территорию. Почти, потому что, если перед центральным входом в здание было, действительно, безлюдно, то на большом футбольном поле сразу за школой вовсю кипела жизнь: в дальнем конце поля начинающие футболисты шести-семи лет от роду под руководством невысокого, крепкого на вид, молодого тренера старательно выполняли упражнения с мячами. За ними внимательно наблюдали их родители, сидевшие на длинной, невысокой трибуне, располагавшейся вдоль всего поля. Ближе к Мирославе, у больших железных вратарских ворот бегали за мячом шестеро рослых старшеклассников. Седьмой, невысокий, но юркий как юла, подскакивал на месте, стараясь не выпускать мяч из вида. На нём были вратарские перчатки, которые он то и дело поправлял на своих руках.

– Димка, давай забивай!.. Ромка, бей!.. Федька, не подведи!! – на первом ряду трибун, болея за одноклассников, веселились их подружки.

Мирослава с некоторым волнением оглядела их, ведь кто-то из них завтра может оказаться её одноклассником или одноклассницей. Девчонки были одеты в модные разноцветные балахоны, худи, леггинсы, у некоторых волосы были подкрашены в светло-лиловый или салатовые цвета. Вели они себя раскованно, но без пошлости. Сразу было видно, что это группа давно знакомых и дружащих между собой ребят и девчонок. Мирославе на секундочку так захотелось стать одной из них, так же смеяться как сейчас смеялись и веселились они, так же болеть за высоких, крепких мальчишек, которым явно льстило внимание юных девушек.

Мирослава, даже приостановилась на несколько минут за забором, наблюдая за ними. Потом она вздохнула и пошла с Тотошкой дальше по небольшой прямой аллее, тянувшейся через дорогу от школьного забора. Потом завернула налево и направилась по асфальтовой дороге вдоль домов, разглядывая всё по сторонам. Честно говоря, неизбежность событий завтрашнего дня усилила её тревогу после того, как она увидела старшеклассников на школьной спортивной площадке. Как её примут завтра в новом классе одноклассники? Как отнесутся учителя?

В целом Мирославе почти всегда удавалось быстро влиться в любой коллектив, но тем не менее она всегда испытывала небольшой мандраж перед каждым новым классом в котором ей предстояло учиться. Папа Мирославы был военным и уже на её памяти им пришлось сменить пять или шесть военных гарнизонов по всей стране. И вот теперь его направили на обучение в какую-то военную академию в Москве. Поэтому завтра Мирославе предстояло в очередной раз открыть дверь в класс, где будут находиться ученики, большинство из которых и понятия не имеют как непросто приходится тем мальчишкам и девчонкам, которые вынуждены часто менять города и школы.

Но ничего! Как говорит папа Мирославы в таких случаях: «Где наша не пропадала!! Держись, Мирочка, всё будет хорошо! Главное – верь в себя!»

Мирослава невольно улыбнулась, зная, что завтра утром в очередной раз услышит от папы эти, уже так хорошо знакомые, слова.

Солнце клонилось к закату, Мирослава пошла по большой, оживлённой аллее в направлении к дому. Мимо, по проезжей части дороги, проезжали машины, в центре аллеи на скамеечках сидели пенсионеры и молодые мамы, и папы с колясками. Со стороны разбросанных тут и там маленьких детских площадок доносились смех и визги малышни. Навстречу катились на роликах ровесники Мирославы, стараясь не сбить никого из прохожих. Мирная, яркая жизнь вокруг настроила Мирославу на лирический лад – как же ей всё это нравится! Нравится город, нравятся его люди…

В этот момент у Мирославы зазвонил телефон. Она глянула на дисплей и поднесла мобильник к уху: – Да, мамуль, мы уже идём в сторону дома. Хорошо, постараюсь нигде не задерживаться.

Она посмотрела в сторону, где приблизительно должен был находиться её дом, увидела знакомую высоковольтную вышку, стоявшую неподалёку от их дома, и взяла курс на неё. Путь также пролегал между домами и детскими площадками, автостоянками…

Неожиданно Мирослава услышала знакомые звуки ударов по мячу. Звуки доносились откуда-то спереди, куда она ещё не дошла. Почему-то сердце её забилось быстрее. Эти звуки она ни с чем не могла спутать. Там, где-то впереди, играли в волейбол!

Мирослава очень любила играть в эту замечательную игру, а её первым тренером конечно же стал папа. Он был хорошим игроком и поэтому его всегда приглашали играть за самые разные сборные во всех гарнизонах, где ему приходилось служить. Мама обязательно ходила болеть за него и всегда брала с собой Мирославу. А Мирославе так нравилось громко болеть за папу, что иногда весь зал покатывался со смеху, заслышав как пронзительный детский голосок кричал на весь зал: «Папа, эйс, эйс, эйс!!»