Волейбольный ритм

Глава 5. Не бойся просить о помощи

Flëur — Камень

Лана

« Сегодня Катя расспрашивала меня в школе о том парне с красивыми глазами, который оказался тренером моего брата. Сначала я даже не смогла сосредоточиться на вопросе, что задала мне подруга. Но теперь каждый раз слыша слова: тренер, волейбол – колени сами начинают дрожать. Я чувствую сильную усталость. Не хочу тревожить маму и идти к врачу, но это недомогание со мной с того дня, как я побывала в спортзале. Не знаю, что со мной, но мне это не нравится. Может, этот Никита меня проклял? 15.09.2025 »

Откладываю дневник в сторону и отталкиваюсь от пола так, что стул на колесиках теперь становиться мне каруселью. Я не знаю, что со мной. Постоянная усталость, потеря внимания и концентрации — все это выбивает меня из колеи. Я стараюсь больше делать упор на учёбу, но мою рассеянность подмечает и мама, а она врач, все видит, поэтому, не хочу её лишний раз беспокоить.
Сегодня она положила мне три шоколадных батончика и такой же шоколадный коктейль с трубочкой на четыре урока в школу со словами: «Старайся не переживать. Это поможет поддержать сахар в крови, сосредоточишься на важном». Не хочу, чтобы она думала, что я халтурю.
Смотрю на время — до начала работы еще три часа. Решив выпить горячего чаю, быстрым шагом иду в сторону кухни, однако на полпути меня останавливает голос мамы. Странно, я думала, она сегодня на смене.
— Поговорим? – увидя мой вопросительный взгляд, она добавила, — Мне сегодня дали выходной, за вчерашний подвиг.
За подвигом скрывалась операция большой немецкой овчарки по кличке Нора, которая служит в полицейском участке. На последнем задании она неудачно прыгнула и повредила лапу. Вчера мама и её коллеги вправляли ей кость и, слава Богу, теперь с собакой всё хорошо.
— О чём?

Присев на мягкий диван в комнате родителей, она начала:
— Эти два дня ты сама не своя, это после того, как ты Даньку с занятий забрала. У тебя проблемы в школе?
Её обеспокоенный взгляд мечется по моему лицу, пытаясь выведать хоть что-то. Ну вот, так и знала, что она обо всем прознает.

Закусываю щеку изнутри и смотрю на свои руки — тонкие пальцы, на ногтях нет маникюра, местами у кутикулы содрана кожа. Делаю вздох и говорю:
— Со мной все в порядке, просто не могу войти в привычный ритм, десятый класс очень, эм, насыщенный, вот.
Смотрю в мамины синие глаза и понимаю, не верит. Как я это понимаю? По плотно сжатым губам, чуть нахмурившимся бровям и потускневшему взгляду.
— Со мной правда все в порядке, мне не...
— Не бойся просить о помощи, кнопка. Я всегда рядом, Всегда.
Мама притягивает меня к себе и крепко обнимает. Её рыжие волосы спадают по плечам, падают на лицо и я не могу увидеть те эмоции, что она испытывает. Не хочу сделать ей больно своим самочувствием и также сильно обнимаю в ответ. Дома лишь мы вдвоём и это молчание громче всех слов. По моей щеке скатывается одинокая слеза, которая тонет в копне маминых волос. Надеюсь, она её не почувствует.

— Мам, мне пора собираться. Давай чайник поставлю.
Встаю и начинаю идти в коридор, как до меня долетает:
— Я люблю тебя.
Сердце больно колит. Ненавижу скрывать что-то от мамы, но сейчас у неё завал на работе и мелкие не дают спуску. Надо быть сильнее.
Я улыбаюсь и отвечаю:
— И я тебя, мам.

* * *

Лампабикт, Элли на маковом поле — немерено

Целую маму в щеку и выхожу из квартиры. На мне бежевая толстовка, джинсы, на ногах синие кампусы на оранжевой подошве. Этим летом, у бабушки, я встретилась с ребятами со старого класса и команды. Пара человек, но с ними мы очень хорошо общались. Увиделись мы у ларька с мороженым, разговорились и один из них, вроде Митька, предложил сделать мне подарок, но такой, чтобы всегда под рукой был.
«Вернее, под ногой» — сказал он тогда и сначала я ничего не поняла, но потом, широко улыбнувшись и достав чёрный маркер до меня наконец дошло. Оперевшись о магазинчик, я подняла правую ногу в воздух, а ребята начали творить. Так, на подошве этих кед красуется 5 росписей от некогда близких мне людей, которые, не смотря на мой отъезд в другой город, были рады нашей встрече.

«Ох уж эти воспоминания», – думаю я и иду в сторону остановки. Я люблю свою работу, кто бы что не говорил. Для кого-то общепит и кофешки — табу, но не для меня. Мороженное — моё самое любимое лакомство. Во первых — оно холодное и напоминает зиму, которую я очень люблю, во вторых — оно же до безумия вкусное. Там, где работаю я, можно создать свой авторский десерт: выбрать топинг, посыпку, вкус начинки и съедобного стаканчика. Ну не чудо ли?
А еще, каждый раз приходится ехать в разные места и твой партнер меняется на каждой смене. Как по мне, это очень интересно и необычно. Ты не к кому не привязываешься и никто не надоедает. Вот сегодня, например, я еду в Центральный парк культуры и отдыха. Удивительнте место, особенно осенью. Часть листьев зелёная, а другая половина переливается оранжевым, золотым и жёлтым оттенками. Старая и новая архитектура объединяется в гармоничную композицию, и гулять там — одно удовольствие.
К остановке подъехал мой трамвай. Красный, местами пошерканый, но красивый. Сев в конец вагона, я осмотрелась. «Солнечный и пустой» — идеальное описание. Яркие лучи освещают старые синие сидения, отражаются в окнах и пляшут на стенах, на которых много постеров и цветастой рекламы. Днём народу, как ни странно, не особо много. На этом маршруте в это время бóльшая часть людей едет из центра, так как примерно сейчас заканчиваются пары у многих студентов.
Кондуктор — женщина лет шестидесяти с морщинистым лицом, доброй улыбкой, в очках и очень пушистом синем свитере — пробила мне билет. Тринадцатый. Мое счастливое число. Наша старая квартира была под таким же номером. На плече старушки сумка с котиками, что делает её ещё милее. Чем-то напоминает мне мою бабушку. Как же я скучаю по старому дому. Там у нас тоже ходили в основном трамваи да тралейбусы.